Неравный брак - Альма Смит Страница 28

Глава 21

Незваные гости

Мир, хрупкий и выстраданный, длился недолго. Всего несколько недель, наполненных тихими утрами, совместными вечерами и медленным, но неотвратимым сближением душ. Вероника начала позволять себе мечтать.

О будущем. О том, чтобы доучиться, возможно, заочно, и открыть маленький медпункт прямо в ауле. О детях… Мысль о детях уже не пугала ее, а вызывала тихую, теплую надежду.

Артем стал другим — более открытым, улыбчивым. Он по-прежнему был главой аула, суровым и справедливым, но в его глазах появился свет, которого раньше не было.

Он советовался с ней не только о здоровье людей, но и о хозяйственных делах, о спорах между семьями. Ее мнение стало для него важно.

Идиллию нарушили всадники.

Они появились на рассвете, трое, на запыленных, усталых лошадях. Не местные. По их потертым, но качественным черкескам, по слишком уж бесцеремонным взглядам было видно — они чужие и приехали не с миром.

Артем, уже собиравшийся объезжать пастбища, встретил их у ворот. Вероника, выходившая из дома, чтобы навестить выздоравливающую Амину, увидела, как его posture мгновенно изменилась.

Спина выпрямилась, плечи напряглись, лицо стало каменной маской, которую она не видела много недель. Он снова стал тем самым грозным Касымовым, каким встретил ее в своем кабинете в городе.

Она замерла в дверях, прислушиваясь.

— Нежданный визит, Али, — произнес Артем, его голос был холодным и ровным, без тени приветствия.

— Дело есть, Касымов, — ответил тот, что был старше, с шрамом через всю щеку. Его глаза, маленькие и пронзительные, скользнули по Веронике, оценивающе и цинично.

— Новости из города. Важные.

Артем кивнул, не приглашая их войти.

— Говори. Я слушаю.

— Не здесь, — Али покачал головой, усмехаясь.

— Слишком много ушей. И глаз, — он снова посмотрел на Веронику, и по ее спине пробежали мурашки. Этот взгляд говорил, что он знает. Знает, кто она и при каких обстоятельствах здесь оказалась.

Артем помолчал, потом резко кивнул.

— Конюшня. Через пять минут.

Всадники двинулись дальше, к центру аула, явно направляясь к харчевне. Артем повернулся к Веронике. Его лицо было непроницаемым, но в глазах она увидела тревогу. Ту самую, что была в ночь, когда он рассказал ей о Данииле.

— Иди в дом, — тихо, но твердо приказал он.

— И оставайся там. Пока я не вернусь.

— Артем, что происходит? — прошептала она, чувствуя, как старый, знакомый страх сжимает горло.

— Ничего, с чем бы я не справился, — ответил он, но избегал ее взгляда.

— Просто… старая история. Иди.

Он развернулся и пошел к конюшне, его фигура была напряжена, как у пантеры перед прыжком.

Вероника не пошла в дом. Она зашла внутрь, но поднялась в свою комнату, из окна которой был виден вход в конюшню. Сердце бешено колотилось.

Она чувствовала — эти люди несли с собой беду. Ту самую, от которой он когда-то спас ее и ее отца.

Через несколько минут Артем вошел в конюшню. Вслед за ним зашли и те трое. Дверь закрылась.

Она не видела, что происходит внутри, но через полчаса дверь распахнулась. Первым вышел Артем. Лицо его было бледным и грозным. Он что-то кричал на своем языке, его голос, обычно такой контролируемый, гремел от ярости. Он схватил одного из гостей за воротник и буквально вышвырнул его прочь от конюшни.

— Чтобы духу вашего здесь не было! Понял? Никогда! — это она поняла.

Гости поспешно отступили, вскочили на коней и ускакали, не оглядываясь. Артем стоял посреди двора, сжав кулаки, его грудь тяжело вздымалась. Он выглядел… побежденным. И страшно злым.

Вероника не выдержала и выбежала к нему.

— Артем! Что случилось? Кто эти люди? Что они хотели?

Он повернулся к ней. В его глазах бушевала буря. Гнев, страх, отчаяние.

— Ничего, — бросил он сквозь зубы.

— Решили напомнить о себе. Ошибка.

— Какая ошибка? О чем они говорили?

— О том, что не должно тебя касаться! — рявкнул он, и она отшатнулась. Он никогда не повышал на нее голос. Он сжал веки, сделав усилие над собой.

— Прости. Просто… сделай, как я прошу. Иди в дом. Не задавай вопросов. Это для твоей же безопасности.

Он прошел мимо нее, не глядя, и скрылся в своем кабинете, громко хлопнув дверью.

Весь день дом пробыл в напряженной тишине. Артем не выходил из кабинета. Залина, видевшая сцену во дворе, ходила мрачнее тучи. Даже Амина притихла, чувствуя недоброе.

Вероника пыталась заняться делами — перебрала аптечку, почитала, но не могла сосредоточиться. В ушах стоял его гневный крик, а в сердце поселился ледяной комок страха.

Что знали эти люди? Что за «старая история»? И почему его реакция была такой яростной?

Вечером он вышел к ужину. Он был бледен, но внешне спокоен. Он ел молча, не поднимая глаз. После ужина он снова ушел в кабинет.

Вероника не выдержала. Она не могла жить в неведении. Она подошла к двери его кабинета и постучала.

— Войди, — послышался его усталый голос.

Он сидел за столом, перед ним стояла untouched чашка чая. Он смотрел в одну точку, его лицо было осунувшимся.

— Я не могу просто ждать, Артем, — сказала она, закрывая за собой дверь.

— Я видела твой страх. Я имею право знать, что угрожает моему дому. Моему… мужу.

Он поднял на нее глаза. В них не было злости, только бесконечная усталость и горечь.

— Эти люди… они из той же группировки, что держала в долгу твоего отца.

Вероника похолодела.

— Но… долг же погашен! Ты все оплатил!

— Деньги — да, — он горько усмехнулся.

— Но долги бывают разными. Не только денежные.

— Он тяжело вздохнул.

— Когда-то, много лет назад, я был молод, зол и жаден. Я хотел быстро поднять аул, вернуть ему былое благополучие после войны. Я пошел на сделку с ними. Перевозил их грузы через мои земли. Не спрашивал, что в этих грузах. Не хотел знать.

Он сжал кулаки, костяшки побелели.

— Потом я понял, с кем имею дело. Узнал, чем они торгуют. Людьми. Оружием. Наркотиками. Я вышел из дела. Откупился крупной суммой. Думал, связи разорваны. Но они… они никогда ничего не забывают. И не прощают.

Он посмотрел на нее, и в его глазах была мука.

— Они узнали о тебе. Узнали, что ты здесь. И что ты для меня… важна. Они приехали не за деньгами. Они приехали напомнить, что у них есть власть надо