Фараби – основоположник исламской философии - Ризо Довари Ардакани Страница 6

Под западным влиянием мы понимаем упразднение всяких морально-нравственных ценностей, в том числе запрет на религиозное влияние вообще. Так, например, до конституционной монархии в Иране царствовали гнёт и тирания. Народ под руководством духовенства смог подняться против несправедливости. Но многие наивно предполагают, что существовавшая конституция не имела никакого отношения к деспотии. По их мнению, конституция только способствовала тому, что появился новый закон помимо закона традиции. Однако всё это не могло быть без особых причин. Достаточным является хотя бы и то, что защитники конституционного порядка были открытыми противниками всех религиозных ценностей. Когда что-либо говорилось о гнёте и несправедливости, их речи удивительным образом соответствовали тому, что происходило в Европе в XVIII веке. В действительности, с того времени, а может и раньше, наступил совершенно новый период для Ирана, где теряется свобода, способность к адекватному осознанию всего происходящего, а это, прежде всего, несёт отсутствие воли, апатию и зависимость.

Вспомним также марксизм. Это то, чем жили люди в СССР или Восточной Европе. Попытка копирования данного опыта случалась и в некоторых странах Ближнего Востока. Возможно, кто-либо посчитает нужным сравнить ислам с марксизмом и согласиться с тем, что всё же ислам в истории оставил большой след, тогда в ответ мы скажем, что:

во-первых, в период династии Омейядов, не побоимся этого слова, ислам вернулся в период доисламских ценностей (период джахилии – невежества). Омейяды следовали и подражали во всём традиции византийцев и персов;

во-вторых, с этого времени (захвата власти Омейядами) истинность ислама была покрыта различными идеологическими псевдонаучными покровами. Следствием чего стало то, что отсутствие конкретной цели было препятствием всякому духовному опыту и возможности духовной защиты человека от тёмных сил.

В свою очередь, различные группы не преминули воспользоваться этим, чтобы атаковать ислам. Эта атака на ислам продолжается и поныне. Конечно, самый большой и существенный удар по исламу нанесли сами мусульмане. Но, несмотря на все эти атаки, в конечном итоге все нападки, несомненно, потерпят полное фиаско. Ибо всякая идеология, будь то марксизм или буржуазный либерализм, приходит к своему финалу. Даже божественные законы прошлых пророков упразднены, потому что их время подошло к своему логическому пределу и историческому концу, в то время как ислам имеет всеобщее и универсальное значение, с установлением которого его имя приобретает ещё большее значение и смысл.

Вне всяких сомнений, в Иране мы имеем богатейшую культуру и нравственные ценности, безграничные философские мудрости периода ислама. И когда мы забываем своё прошлое величие и ценности, наши мыслители снова и снова возрождают утраченное и потерянное нами, преподнося его по-новому. Несмотря на то, что наша устремлённость на Запад приобретает всё более массовый характер, на самом деле она являет собой всего лишь ещё один покров поверх истины, не причиняя ей опять же никакого урона. Нельзя, конечно, недооценивать эти влияния, но и преувеличивать их тоже нет необходимости.

То, что выше было сказано касательно философов нашего времени, имеет непосредственную связь с вопросом о том, почему последние 30 с лишним лет[20] со стороны большей части интеллектуалов не было критических замечаний касательно идеологической и культурной экспансии Запада.

Когда мы говорим о доброжелательном отношении к духовенству со стороны Мирзы Ага-хана Кермани[21] и его последователей, многие по праву не обращают на это никакого внимания. Они считают всё это достаточно слабыми доводами, не имеющими рационального метода и конкретной реальной аргументации перед мощными критическими нападками на духовенство и наше будущее поколение в целом. Но именно в это время и начинается защита исламских ценностей, в которой были взяты на вооружение, в первую очередь, конечно, философия, затем спекулятивное богословие (калам) как метод рационального мышления. Рациональное мышление связано с исламским богословием, наукой, больше использующей традиционный метод передачи, то есть опирающейся на принятие критерием Священного Писания (Коран) со всеми вытекающими из этого последствиями.

Можно ли надеяться на то, что на Западе мыслители не поделят, в конечном итоге, всё на «западное» и «не западное», богоборческое и религиозное со всеми вытекающими отсюда проблемами? Или в действительности все эти проблемы не являются фундаментальными?

В своём большинстве западные мыслители не имеют между собой разногласий в основах философии. Если мы захотим исследовать западную философию и идеологию в целом, мы без труда установим, что множество их идей и философских концепций имеют общие корни, непосредственно связанные с идеей антропоцентризма.

Период Ренессанса XVIII века в Европе[22], затем философия Канта и Гегеля, марксистские идеи социализма, философские идеи экзистенциализма, идеи социал-демократии и следующих за ними различных политических партий, движения франко-масонов: всё это в совокупности представляет идеи гуманизма и соответственно выступает против всякого сакрального боговдохновенного знания, то есть знания, полученного неэмпирическим путём. Вследствие этого они выступают (хотят они того или нет) против религии единобожия и божественного вдохновения в целом (кашф аш-шухуд йакини). Таким образом, эти идеи не могут находиться в общем сосуществовании с исламом. Но использование их знания и определённый опыт вполне заслуживает похвалы. Однако, к сожалению, размышляя о мировоззрении, эволюции и развитии западной мысли, мы часто имеем только общие представления о них. Всё это может быть полезно прежде всего тем, кто имеет крепкую связь с традицией, имеет общее представление об исламской философии.

Сказанное нами выше не вызывает особого восторга и доброго чувства, ибо, с одной стороны, столько различных переплетений и смешений понятий, с другой стороны – хвала в адрес философии многими западными мыслителями. Это не может не настораживать, особенно тема, касающаяся некой связи философии и религии. Это отнюдь не считается нами противоречащим самой сути философии и, соответственно, не отрицает рациональный метод. Конечно, логика – это часть рационального метода, и философию можно рассматривать через призму рационального мышления, но рациональный метод не ограничивается исключительно философией, в рациональном мышлении есть и историческая причина. Её историю необходимо искать, начиная от Платона и до наших дней. Важный момент заключается в том, что рациональное мышление и логика, которую защищают некоторые наши современники, такие, как Бертран Рассел, Рудольф Карнап и Карл Поппер, а также последователи так называемой «новой логики», – это ограниченное рациональное мышление в рамках определённых интеллектуальных методов в философии. Такое рациональное мышление ограничивается частью посылок экспериментальной науки вкупе с обывательскими представлениями о знании как таковом.

Авторы подобной логики не имеют высоких целей и соответствующих направлений в своём мировоззрении. Но в своём большинстве простым языком или