«СМЕРШ». От Александра I до Сталина - Александр Иванович Колпакиди Страница 3

С началом Отечественной войны 1812 года сотрудники Высшей военной полиции были направлены на фланги и в тыл противника. При оставлении территории в их задачу входило создание агентурных групп (в Полоцке, Могилеве и др.). В канцелярию Высшей военной полиции постоянно поступала информация о движении войск неприятеля, положении в его тылу. К примеру, П. Ф. Розен и Е. А. Бистром действовали в районе Динабург — Рига, А. Барц — в районе Белостока, где попал в плен к французам; В. Ривофиннолли — в Подмосковье; Шлыков оперировал под Полоцком и Смоленском, затем в полосе в 3-й армии, позднее выявлял агентуру противника в Москве. И. А. Лешковский был прикомандирован к корпусу генерал-лейтенанта П. X. Витгенштейна. Е.Г. Кемпен послан в Мозырь в корпус генерал-лейтенанта Ф. Ф. Эртеля для развертывания агентурной работы на территории Белоруссии. К. Ф. Ланг с двумя казаками специализировался на захвате «языков» (всего взял их десять), при этом был ранен. Вейс пропал без вести; В. П. Валуа на короткий срок попал в плен.

Деятельность Высшей полиции во время Отечественной войны 1812 года и заграничных походов 1813–1814 годов заключалась в сборе разведывательной информации и противодействии французскому шпионажу. Кроме чисто военных задач, ею выполнялись и политические — контроль на местах и выявление должностных преступлений интендантов и поставщиков товаров для армии[4].

Отдельно следует отметить деятельность службы военносекретной полиции в частях Отдельного оккупационного корпуса (численность 35 тыс. чел.), который дислоцировался на территории Франции. В задачу представителей полиции входило оперативное обеспечение корпуса, борьба с дезертирством, профилактика и расследование уголовных преступлений, совершенных как самими военнослужащими, так и против них. Командовал службой военно-секретной полиции подполковник Иван Лнпранди. Когда осенью 1818 года корпус был выведен из Франции, то выяснилось, что за четыре года небоевые потери (дезертирство, гибель в результате бытовых ссор и т. п.) этого соединения составили всего лишь 3 % от его численности, по тем временам это довольно мало. И в том, что большинство военнослужащих вернулись в Россию, во многом заслуга военно-секретной полиции.

Чем занималась

Высшая военно-секретная полиция

После победоносного похода в Европу и возвращения русской армии на родину значительная часть войск была расквартирована в Королевстве Польском и западных приграничных губерниях России. Главная квартира главнокомандующего 1-й Западной армией генерала-фельдмаршала М. Б. Барклая де Толли находилась в Могилеве. Обстановка в западных районах была тревожной. Умный и опытный фельдмаршал понимал, что без планомерно организованной разведки и контрразведки стабилизировать ситуацию в регионе не удастся. Поэтому по его инициативе в 1815 г. при Главном штабе русской армии на базе расформированной Высшей военной полиции 1-й армии создается отделение Высшей военно-секретной полиции с центром в Варшаве.

Основное внимание сотрудников этого органа было сосредоточено на армии Королевства Польского (королем Польши в 1815–1830 годах был русский император, а наместником — великий князь Константин Павлович). Высшая военно-секретная полиция, которая находилась в подчинении начальника Главного штаба «Его Императорского Величества» генерал-лейтенанта барона Ивана Ивановича Дибича, а непосредственное руководство ее деятельностью осуществлял начальник Главного штаба великого князя Константина Павловича генерал-лейтенант Дмитрий Дмитриевич Курута.

Обязанности Высшей военно-секретной полиции были чрезвычайно широки. Одной из них являлось ведение разведки и внешней контрразведки в Австрии и Пруссии, сбор военной и политической информации об этих странах, «содержание агентов во многих городах за границею и в Королевстве Польском». В ее компетенцию входили, кроме того, военная контрразведка, политический сыск, а также борьба с контрабандистами, фальшивомонетчиками и религиозными сектами. Сотрудники военно-секретной полиции отслеживали на территории сопредельных с Россией государств вражеских агентов, засылаемых в империю. За подобными лицами велось тщательное наблюдение, как за рубежом, так и на российской территории.

Центральный аппарат военно-секретной полиции, находившийся в Варшаве, состоял из начальника отделения, чиновника по особым поручениям, прикомандированного жандармского офицера и канцеляриста, ведавшего делопроизводством. Но и при сголь небольшом штате руководящих сотрудников секретная полиция добивалась впечатляющих результатов. Высшая военно-секретная полиция имела разветвленную сеть резидентур. В 1823 г. среди ее резидентов значились подполковник Засс, полковник Е. Г. Кемпен, дивизионный генерал Рожнецкий, руководивший заграничной агентурой, начальник 25-й пехотной дивизии генерал-майор Рейбниц, организовавший ведение разведки в австрийской Галиции, прежде всего в стратегически важном округе Лемберг (Львов). Чтобы не раздувать бюрократический штатный аппарат, для выполнения отдельных поручений регулярно привлекались армейские и жандармские офицеры, фельдъегеря, гражданские чиновники. Это были опытные и проверенные люди, которых посылали для ревизии деятельности агентуры на местах. Командиры воинских частей, расквартированных в западных губерниях Российской империи, также имели свою агентуру, выполнявшую задания Высшей военно-секретной полиции.

В целом работа Высшей военно-секретной полиции благодаря использованию офицеров армейских частей и чиновников местной администрации была довольно эффективной. Она не только организовывала разведку в приграничных государствах, а также контрразведку на своей территории за рубежом, но и по мере сил пресекала деятельность всевозможных сепаратистских националистических организаций, действовавших из-за границы.

Тем не менее, она не смогла предотвратить антироссий-ские выступления, наиболее крупным из которых являлось польское восстание 1830 года. Великий князь Константин Павлович едва не был убит в Варшаве. Ему с трудом удалось отступить и отвести русские войска в пределы Российской империи, где они соединились с армией генерал-фельдмаршала И.И. Дибича. Оба эти военачальника вскоре умерли от холеры. Очевидно, эти обстоятельства привели к упразднению в 1831 году Военно-секретной полиции[5].

Отдельно следует отметить деятельность учрежденной летом 1821 года во 2-й южной армии тайной полиции. Если в Польше угроза для Вооруженных сил исходила от настроенного антироссийски местного населения, то во 2-й армии — от собственных военнослужащих. Так, входивший в ее состав 6-й корпус дислоцировался на территории недавно присоединенной к России Бессарабии. Служить туда отправляли разжалованных за разные преступления офицеров. В этот регион стремились попасть огромное число уголовников, бродяг и авантюристов. Поэтому рассчитывать на высокий уровень боеспособности и дисциплины корпуса не приходилось. Чего именно опасалось командование, можно узнать, ознакомившись с инструкцией — опросником <«О предметах наблюдения для тайной полиции в армии»:

«…Не существует ли между некоторыми офицерами особой сходки, под названием клуба, ложи и прочего? Вообще какой дух в полках и нет ли суждений о делах политических и правительства?… Какие учебные заведения в полковых, ротных или эскадронных штабах; учреждены ли ланкастерские школы, какие в оных таблицы: печатыния или писанные и если писанные, то не имеют ли правил непозволительных».

Вооруженные силы — защитник или противник самодержавия

Одна из главных задач военной контрразведки — контроль за лояльностью военнослужащих Вооруженных сил по отношению к действующей власти. Если