Негласные войны. История специальных служб 1919-1945. Книга вторая. Война. Том первый - Игорь Иосифович Ландер Страница 134

Широкомасштабная помощь СОЕ опекаемой им ЭДЕС привела к тому, что за два месяца 1942 года ее первоначальная численность выросла от 98 до 600 человек, а к марту следующего года отряды Зерваса насчитывали уже 4 тысячи бойцов. Рост организации привел к переводу ее на военную структуру, в июле 1943 года включавшую 10 полков двухбатальонного состава, позднее переведенную на дивизионную систему организации. В составе ЭЛАС были сформированы 7 дивизий общей численностью 12 тысяч человек. Командование и основные силы ЭДЕС дислоцировались в Эпире, а часть подразделений — в Фессалии и Пелопоннесе. При штабе Зерваса находилась миссия СОЕ из 12 офицеров.

Собственные разведывательные и диверсионные операции британцев в Греции проводились исключительно в увязке с местными отрядами и группами Сопротивления, что породило определенный крен операций СОЕ в политическую сторону и ощутимый дефицит военной разведывательной информации, особенно в период 1943–1944 годов. Ситуацией воспользовалась СИС, ревниво наблюдавшая за активными действиями конкурирующего ведомства и постоянно пытавшаяся, хотя и безуспешно, подмять его под себя. Обстановка в Греции подходила для этого как нельзя лучше, поскольку МИ-6 фактически контролировала каирский Отдел межведомственных связей (ИСЛД) и претендовала на координацию операций всех британских спецслужб в Средиземноморском регионе. Следует отметить, что в Греции разведка не только соперничала с Исполнительным органом специальных операций, но и проводила собственную политическую линию на поддержку короля. Руководитель миссии СОЕ Майерс предупреждал, что такая стратегия может довести страну до гражданской войны, однако от его прогнозов просто отмахнулись. Эта информация дошла до Форин офис и лично до Черчилля. Премьер возмутился взглядами бригадира и планировал отозвать его, но затем передумал и оставил офицера в покое. Действия разведки увенчались частичным успехом на другом уровне и привели к отставке нескольких руководителей СОЕ высокого ранга, вплоть до исполнительного директора Чарльза Хэмбро, однако принципиальных изменений стратегии в Греции это не повлекло. Правительство трезво оценило ситуацию и не стало дезорганизовывать сложившуюся систему. СОЕ по-прежнему оставался единственной британской секретной службой, проводившей операции в Греции, причем их объем был достаточно велик. От агентов в Каир ежедневно поступало до 400 радиограмм, которые никто не успевал обрабатывать, и к моменту освобождения страны в штабе накопилось 350 мешков непрочитанных сообщений.

Однако такие успехи пришли далеко не сразу, вначале же британцев постиг грандиозный провал руководимой Гарри Грамматикакисом и Джоном Аткинсоном объединенной группы СОЕ и МИ-9. В ноябре 1941 года ее агенты высадились с подводной лодки на остров Антипарос в архипелаге Киклады, наладили контакты с местными участниками Сопротивления и вели разведку прибрежного судоходства. Через несколько месяцев поведение некоторых из них вызвало подозрение у контрразведчиков местного итальянского гарнизона. При обыске офицеры СИМ обнаружили у задержанных не только шифровальную книгу, но и список агентуры, перечень потенциальных контактов в Афинах на нескольких страницах и, как это ни парадоксально, дневник, в котором Аткинсон аккуратно фиксировал ежедневные действия группы. После нескольких дней допросов англичанин сломался и рассказал о том немногом, что осталось за пределами захваченных итальянцами документов. Провал повлек за собой не только прекращение поступления насущно важной разведывательной информации из Киклад, но и почти полный разгром афинского подполья и аресты его основных руководителей. Значительно обострились отношения между сотрудниками оперативного и политического отделов каирского центра СОЕ. Последствия катастрофы на острове Антипарос сказывались на специальных операциях британцев не один год. Фактически афинское подполье сумело возобновить свою деятельность лишь к 1943 году, когда бежавший в Каир от немцев один из его активных участников Иоаннис Пелтекис, вернулся обратно и образовал группу, со временем достигшую численности в 800 человек. Иногда она именовалась “Аполло”, но чаще это обозначение употреблялось лишь в качестве псевдонима самого Пел-текиса, а возглавляемая им организация кодировалась как “Ивонна”. Ее члены проводили диверсии, вели разведку судоходства, аэродромов, расположения минных полей. Поступавшая от “Ивонны” информация считалась очень надежной, ее достоверность оценивалась в 95 %. Именно члены этой организации выручили арестованного “Прометеуса II”, подкупив отвечавшего за его содержание под стражей чиновника. Существует и другая версия этих событий, согласно которой Кутсояннопулоса якобы освободили по сфабрикованному Пел-текисом поддельному приказу об освобождении арестованного из-под стражи. Считается, что в период с июня 1943 до сентября 1944 года в результате акций “Аполло”/“Ивонны” были уничтожены или повреждены 50 судов — от каиков и портовых буксиров до двух итальянских эскадренных миноносцев. В отместку за потопление 7000-тонного транспорта немцы расстреляли в Пирее группу заложников. Зафиксированы также проведенные этой организацией шесть успешных диверсий на железнодорожных путях и две атаки на склады с боеприпасами. Весной 1944 года организация подверглась разгрому, большинство ее руководителей были арестованы. Всего в германских тюрьмах оказался 71 участник “Ивонны”, из которых 59 были казнены, однако деятельность сети не прекратилась, а к лету возобновилась в прежнем масштабе. Судя по всему, по крайней мере, части этих жертв можно было избежать, если бы Пелтекис против собственной воли не оказался втянутым в неприглядный конфликт. Его пренебрежение к отечественным политическим деятелям оказалось столь велико, что начало вызывать их нешуточное раздражение. В результате “Аполло” стали обвинять в работе на германскую и советскую разведки и в поддержке ЭАМ. Целенаправленно распространяемые слухи ширились и, наконец, достигли такого уровня, что в них вмешалось эмигрантское правительство. В результате в августе 1944 года руководитель Исполнительного органа политической войны (ПВЕ) Рекс Липер потребовал от СОЕ немедленно прекратить финансирование “Ивонны”, составлявшее 2500 золотых соверенов в месяц. Это лишило организацию средств и не позволило ей выкупить из тюрем своих арестованных членов, что до этого довольно регулярно практиковалось ими ранее. Однако, несмотря на провалы и сложности, греческое движение Сопротивления разрасталось.

Немцы постоянно наносили удары по партизанским силам и всячески старались удержать позиции в Греции даже после выхода из войны Италии, часть сил которой на Балканах обратила оружие против вермахта. Удачное расположение полуострова на Средиземном море позволяло по-прежнему нарушать судоходство союзников с греческих авиабаз, не менее важным являлись и поставки в рейх стратегических материалов. Балканы обеспечивали Германию 50 % нефти, 60 % бокситов, 24 % сурьмы и 21 % меди, поэтому потеря такого источника была почти равносильна сокращению военного производства на треть. Немцы провели ряд успешных контрпартизанских операций, причем в 1944 году использовали в них силы ЭДЕС. В обмен на снабжение стрелковым оружием и боеприпасами войска Зерваса помогли вермахту удержать стратегическое шоссе Янина — Арта и нанесли ряд ощутимых ударов по силам ЭЛАС. Относительно небольшая, однако хорошо организованная и прекрасно вооруженная с помощью англичан