После развода. Бывший работает на меня - Виолетта Весна Страница 8

— Начнем с границ, — сказала она, включив диктофон после моего согласия. — Вы не участвуете в решении о взыскании Власову. Можете ставить ему производственные задачи и оценивать риск для контракта. Все личные сведения, не относящиеся к работе, остаются вне материалов.

— Согласна.

— Нечаева до завершения проверки не отстраняем автоматически. Ограничиваем доступ на изменение спецификаций и договоров, сохраняем зарплату и получаем объяснение. Есть основания считать, что он может удалить данные?

— Резервные копии уже сняты. Вчера он передал архив без исходной версии таблицы и написал, что ее у него нет.

— Это основание сохранить носители, но пока не основание обвинять его в уничтожении. Кто администрирует систему?

— Холдинг. Локальный специалист имеет ограниченный доступ.

— Запрошу журнал у холдинга. Вы хотите присутствовать при опросах?

— При опросе Нечаева — да, как руководитель. При опросе Михаила — нет. Получу протокол в части, касающейся производства.

Оксана сделала пометку.

— Разумно. Еще вопрос: вы намерены увольнять главного инженера независимо от результата?

— Нет.

— Оставлять независимо от результата?

— Тоже нет.

— Тогда конфликт управляем.

Она говорила сухо, без попытки поддержать меня. После нескольких дней на заводе это действовало почти успокаивающе.

Мы пригласили Нечаева. Павел вошел с адвокатом, которого успел найти за утро. Я не возражала. Внутренняя проверка не была следствием, но последствия могли стоить ему должности.

Оксана объяснила права и предмет разговора. Нечаев положил перед собой блокнот, хотя ничего в него не записал.

— Кто принял решение купить триста двадцать реле? — спросила я.

— Закупочный комитет. Протокол в архиве.

— В протоколе указана рамочная закупка после успешного пилота. На момент договора пилот не завершен.

— Поставщик держал цену до конца месяца. Прежний директор потребовал экономию восемь процентов по комплектующим.

— Есть распоряжение?

— На совещании.

— Протокол совещания?

— Не велся.

Оксана не вмешивалась, пока я задавала вопросы в пределах производства.

— Кто изменил количество в серийной спецификации?

— Файл сохранен под моей учетной записью. Таблицу готовил отдел.

— Назовите сотрудника.

— Мы работали совместно. Не помню, кто именно правил строку.

— Вы проверили таблицу перед отправкой технологу?

— Проверил показатели экономии.

— Количество?

— Оно соответствовало закупочному плану.

— То есть триста двадцать?

— Да.

— Тогда почему вчера вы сказали, что закупка объема не равна установке?

Он наконец открыл блокнот.

— Потому что не закупки решают, что ставить в шкафы. Мы обеспечиваем наличие.

— Кто направил технологу таблицу как утвержденную?

— Я отправил рабочий файл. Утверждение должно было пройти техническую службу.

— Где отметка о необходимости согласования?

— В обычном порядке она не нужна. Технолог знает процедуру.

Нечаев отвечал аккуратно. Каждое отдельное действие выглядело обычным: договорился о цене, закупил запас, отправил таблицу. Цепочка приводила к семидесяти двум шкафам без технической подписи, но он разрезал ее на участки и объявлял каждый чужой ответственностью.

— Ваш годовой показатель зависит от экономии? — спросила Оксана.

— Как у любого руководителя закупок.

— Премия за полугодие начислена?

— Да.

— В расчет вошла эта закупка?

Павел посмотрел на адвоката. Тот тихо сказал, что ответить можно.

— Вошла.

— Сколько?

— Сто восемьдесят семь тысяч рублей до удержаний.

Оксана записала сумму.

— До завершения проверки доступ на изменение спецификаций и заключение новых договоров передается вашему заместителю с двойным согласованием. Вы продолжаете исполнять остальные обязанности. Распоряжение получите сегодня.

— Получается, меня уже признали виновным.

— Нет, — ответила она. — Мы исключили возможность изменения предмета проверки. Оценка будет после журналов версий и объяснений.

Когда Нечаев вышел, я попросила Оксану отдельно проверить премиальное положение. Экономия сама по себе не доказывала умысел, но объясняла, почему цена могла стать важнее пилота.

В обед поступили деньги за сервис. Бухгалтерия начала частичную выплату зарплаты по согласованной очередности. Я спустилась в столовую за десять минут до закрытия и увидела Михаила за столом с двумя инженерами. Свободные места были только рядом с ними и у окна возле мусорных контейнеров.

Я выбрала окно.

— Ирина, — позвала Нина из очереди. — Садитесь к нам, здесь сейчас освободят.

За ее столом сидели мастера участка. Я приняла приглашение. Отказываться из-за присутствия бывшего мужа значило бы превратить обычный обед в заявление, которого никто не просил.