Ученик - Кирилл Сергеевич Довыдовский Страница 74

После Слуга стал показывать, как надевать страховку. Как тормозить, в случае чего.

— Трассу под тросом я пару недель назад чистил, — сказал он. — Опасности быть не должно. Но все равно. Спуск длится шесть минут. Щит на такой скорости включать нельзя, весь заряд выгорит, так что будь внимателен. Если скомандую щит, то сразу тормози, а только потом включай. Ясно?

— Да!

У меня конечно были и Ясновиденье, и Телекинез, ну и, на самый крайний случай, Старик. Но все равно хотелось сделать все правильно.

По очереди мы зацепились за трос.

— В пяти метрах держись, — повернулся ко мне Ефим. — Готов?

— Полностью!

В ответ Слуга что-то пробормотал насчет того, «где нас таких непуганых берут», но потом просто толкнулся от опоры и поскользил по тросу вниз. Выждав секунду, я толкнулся тоже.

И мы поехали.

Первые несколько секунд скорость была совсем небольшая, как у идущего человека, но вскоре угол стал острее. И вот тут…

— Вот это круть!

Логика подсказывала, что нужно молчать. Но блин! Я в жизни ничего подобного не испытывал!

Ветки и листья понеслись рядом на огромной скорости. Чем-то ощущение было похоже на то, когда я летел через космос к громаде Аркума, но тут это было будто в тысячу раз реальней! Глаза вскоре заслезились от бьющего в лицо ветра, но я даже не подумал их закрыть.

Мы мчались на высоте метров пяти. Пару раз по пути возникало ощущение присутствия чего-то живого, но сосредоточиться я не успевал. Мы проносились мимо.

— Смотри! — выдохнул я.

Лес впереди внезапно кончился. Сердце ухнуло в пятки, показалось, что и трос куда-то исчез. Но оказалось нет.

Спустя секунду мы уже летели над бурлящим потоком.

Река в этом месте была метров двадцать шириной. Из воды торчали острые камни. Волны бились о них, разбрасывая брызги.

Когда я летел над самой серединой, в воде неожиданно показалась зеленоватая тень…

Всплеск!

— Ты видел⁈ — выдохнул я в восхищении. — Она хотела меня достать!

Да, — согласился Старик. — Похоже на речную форель, но на боку были светящиеся полосы. Видимо, это Окрашенное Животное.

Тот случай, когда в словах Старика ощущалось реальное любопытство. Ни Краски, ни всего, что с ней связано, в его предыдущих мирах не существовало. Так что эти вещи его интересовали.

Почти сразу после реки скорость движения стала снижаться. И еще через минуту мы совсем остановились.

Спрыгнув на землю, Ефим выхватил винтовку, оглядываюсь вокруг и прислушиваясь.

— Ефим, я рыбу видел!

— Да, я тоже, — ответил Слуга после паузы. — Это лирская форель.

— Та самая? — удивился я. — Изумрудная?

— Да.

Про эту рыбу у нас даже на уроках рассказывали. Когда-то она была чуть ли главным ресурсом на всей планете, но это было давно.

— Ее же запрещено ловить?

— Твой дед еще запретил, — ответил Ефим. — Но… — он чуть нахмурился. — Ладно, не о том сейчас. Слушай про тропы.

Дальше Ефим стал учить меня ориентироваться.

Тропа, о которой шла речь до этого, оказалась, по сути, настоящей дорогой, выложенной камнем. Она расходилась по чаще тоненькими ручейками. Лес здесь было куда более густой, чем тот, по которому я привык ходить.

Я попробовал «оглядеться» с помощью Ясновиденья. Использовал псионическую энергию, но ощутил, что мой «взгляд» упирается во что-то неясное.

Лес не позволял заглянуть глубже.

Причем тут это ощущение чужого внимания было заметно сильнее, чем я чувствовало до этого. Скорее напоминало то самое давление Меча, которое могли создавать псионики. Ну или тот же Старик.

— Помни, пока ты на камне, ты почти в полной безопасности, — проговорил Ефим негромко. — Ключевое слово — почти. Зверье знает, что рядом с тропой могут быть добытчики, потому обычно не суется. Но бывает по-разному.

Мы сняли с каната страховку и попрятали ее по рюкзакам.

— Сейчас зарядим ловушки, потом покажу тебе пару мест, где можно добыть Краски. Про щит помнишь?

— Да.

— Если что-то странное, то сразу включай. Думать потом будем.

Мы двинули вглубь леса.

Ефим шел впереди. Первые минуты он то и дело останавливался, постоянно прислушиваясь. Я шел следом, вертел головой.

Винтовку я в итоге все-таки повесил за спину. В руку взял любимую «бабочку». В случае чего быстрее среагирую. Мамин Меч я по привычке держал на дне рюкзака. Несмотря на историю в мастерской Рипа. И то, что потом я получил семерку на Псионке в Аркуме, Старик пока и не думал снимать свой запрет.

Впрочем, по боку — да и привычнее с «бабочкой». Главное, я наконец в лесу. Я ощущал, что ступил на порог другого, неведомого мира. Полного тайн и загадок.

— Ефим, а ты видел Майора? — спросил я.

— Ты!.. — Ефим аж поперхнулся. — Не поминай в рейде!..

Я, на всякий случай, смолк. С минуту мы шли молча. Вокруг шелестела листва, поскрипывали стволы деревьев. Но неожиданно Ефим все-таки ответил.

— Видел, — буркнул он. — На Семерке их тысячи были.

— Тысячи Майоров? — не поверил я.

— А ты что думал? — невесело усмехнулся старый легионер. — Майоры — это офицеры Красочных, их главная ударная сила. Пятый ранг… Ну или четвертый с половиной, по-разному считают. У Майора всегда свита из десяти-пятнадцати Красочных.

Я заткнулся, ловя каждое слово. Ефим не особо любил вспоминать старые времена. Но если поймать его в правильном настроении, байку-другую он мог рассказать. Я старался не упускать такие моменты.

— Они сильные? — спросил я.

— Майоры-то? — хмыкнул Ефим. — Не очень, когда по ним с крейсера бьешь. Или когда Клим Егорыч Океан Плазмы кастует… Эх, были времена! — на пару секунд он смолк, явно вспоминая что-то более для него приятное. Но после добавил. — Только так далеко не всегда везет. Если вот так в рейде наткнешься, Майор — это билет на тот свет. Говорят, что пятерку Красочных один на один бьет стихийник четвертого ранга… Вот только херня это все! Я лично видел, как одаренного пятого ранга, целого планетного маркиза, между прочим, средненький такой Майор разорвал.

Это было интересное сравнение.

Как и у Красочных, у стихийников существовала своя градация. И количество рангов было такое же. Но я еще до этого понял, что прямую аналогию проводить нельзя. Не менее важно, чем сам ранг, была Стихия, которой обладал одаренный. Вплоть до того, что стихийник четвертого ранга мог быть сильнее стихийника пятого ранга. Если у него была какая-нибудь редкая и сильная Стихия. И родовая Плазма Звездных, кстати, была именно такая. Так что ее в будущем точно нужно будет себе возвращать. Таким добром не разбрасываются.