Ученик - Кирилл Сергеевич Довыдовский Страница 62

— Ты! — выдохнула она шепотом. — Тебе что надо⁈

— Да так, — протянул я. — Прогуливался.

— Они сами за мной пошли! — бросила она с раздражением. — Это мой приз!

— Приз? — хмыкнул я. — Фига у тебя лапы загребущие.

— Не твое дело! И не мешай!

И снова потянулась за перстнем.

Мне, конечно, до нее дела не было. Я ее не знал. Но мне точно не хотелось упрощать жизнь Фонте.

Так что я цепанул бессознательного парня Телекинезом. И оттащил подальше от девчонки. Та этого явно не ожидала.

— Ах ты…

— Потом спасибо скажешь.

Дворянский перстень, конечно, крутая добыча. В каждом — капля Краски. Причем, чистотой не меньше пятидесяти процентов. Даже если просто его вскрыть — это уже кругленькая сумма. Это если перстень не твой.

Для владельцев же перстни вообще бесценны. В каждом заключен крошечный источник родовой Стихии. Если род старый, а Стихая развитая, то в перстень может быть зашита техника, намного превосходящая по силе возможности обладателя артефакакта. Это не говоря про престиж и прочие высокородные заморочки.

Потому для стихийного аристократа отобрать перстень — это почти, как объявить войну.

Вряд ли она это вообще поняла, но, по сути, я сейчас ей жизнь спас. Сейчас-то ладно. Рано или поздно она бы догадалась Привратника вызвать. А вот перстень бы ей точно не простили.

Пока мы спорили, до аристократов все-таки дошло, что они где-то не там ищут.

— Руно, ты че там…

Коренастый стихийник с мелкими глазками выскочил обратно в холл. И, конечно, сразу увидел Чу. Его губы расплылись в предвкушающей улыбке…

— Здоров, — махнул ему я.

Буск резко замер, будто в невидимую стену врезался. Еще через секунду из коридора выбежал Фонте. Уставился было на девчонку… Ну а потом заметил меня.

— Господа, — улыбнулся я ему. — Какими судьбами?

Фонте явно сначала растерялся. Взгляд его метнулся к лежащему без чувств подельнику, от него к Чу с арбалетом в руке, а после — к моей «бабочке», которую я уже вертел между пальцами.

— Звездный, — процедил он после паузы. — Тебе что здесь надо?

Ха! Надо же какой вежливый вдруг встал.

— И что, даже про Предателя Империи не вспомнишь? — переспросил я.

Щелки глаз у Фонте сузились. Он втянул ноздрями воздух, и даже стал немного похож на азио. Ну или на змея.

— Значит, ты с этой безродной заодно, — прошипел он. — Что ж, Звездные всегда были грязным родом.

Ага.

Вот это мне, пожалуй, и было нужно. Кулаки у меня чесались еще после разговора с Алексом — а тут такая удача.

— Если во всем видишь грязь, — отозвался я. — Видимо, ты сам увяз в ней с головой. Впрочем, чего еще ожидать от планетного рода?

Ефим рассказывал, что не было в Империи такого планетного графа (2) и, тем более, планетного маркиза (3), который бы не мечтал о вожделенной приставке.

Ну и Фонте прямо проняло.

Я уж думал он выхватит Меч. На поясе у него висел футляр для сайдера. Но нет. Он призвал Стихию.

Перед ним в воздухе сгустилось водяное облако. Буск, увидев его, азартно оскалился и тут же отпрыгнул в сторону. Видимо, чтобы с двух сторон на меня зайти. Его кулаки и до того покрытые пламенем, вспыхнули еще ярче…

— Сваливать надо, — раздалось со стороны Чу.

Все это время она стояла невдалеке.

— Сваливай, — пожал плечами я.

— Ты тогда двое на одного останешься, — добавила она быстро.

— Больше заработаю, — хмыкнул я.

Эту мысль мне, кстати, сама девчонка подкинула. Наладить какие-то союзы с типами вроде Фонте мне все равно не светило. Но обобрать-то их мне это не мешало. Перстни я бы брать не стал, не по-дворянски это, как ни крути, но вот тот же сайдер наверняка на несколько сотен пятипроцентовиков бы потянул. А мне еще род поднимать!

Чу, услышав мои слова, сама окинула аристократов жадным взглядом.

— Дербаним? — тут же предложила она.

Нет, вот реально у нее губа не дура.

— Этого — тоже? — махнул я на лежащего на полу парня.

— Его я сама взяла!

Договорить мы не успели.

На водяном облаке Фонте выступило с десяток утолщений. Ясновиденье резко кольнуло опасностью.

Спустя миг утолщения взорвались водяными таранами. Чу нырнула в сторону…

— И это все?

Я остался стоять на месте.

Техника Фонте била по площадям, так что мне досталась всего пара ударов. И оба я принял на Стену Телекинеза.

Один из самых простых приемов, на самом деле. Та же «рука», просто расширенная и уплотненная.

Почти тут же на меня откуда-то из-под потолка налетел Буск. И с ним даже проще вышло. Я толкнул его Телекинезом, и он долбанулся об противоположную стену. Правда, не вырубился. Свалился, но почти сразу стал подниматься, тряся головой.

— Ты пожалеешь об этом, Звездный, — процедил Фонте. — Я хотел дать тебе шанс. Хоть ущербный, но ты аристократ…

— Спасибо, конечно…

Совсем обнаглев, я попытался Телекинезом же сорвать у него футляр с сайдером с пояса. Фонте даже протянуло по полу… Но тут же он слепо ударил вокруг себя Стихией, и хватка сорвалась.

Эх!

Может тогда Разрез?..

— Привратник, забери меня! — резко выпалил Фонте.

Эй! Мы так не договаривались!

Но поздно. Высокий бледный человек в балахоне возник посреди холла.

— Виктор Фонте, вы готовы к отправлению? — раздался его голос.

— Да!

— Я тоже! — выпалил сразу Буск. Оставаться одному коротышке точно не улыбалось. — Я тоже готов!

Внешне Привратник на это никак не прореагировал. Но спустя миг и рядом с Фонте, и рядом с Буском возникло по зеркалу портала.

— Что-то ты быстро хвост поджал, Витек! — бросил я. — Мы вроде не договорили!

— Твое время придет, Звездный! — ответил тот. — И раньше, чем ты думаешь!

— Да-да, конечно. А как же дружок ваш тогда? — указал я на все еще лежавшего на полу Руне. — Бросаете?

В этот момент Фонте уже был в шаге от своего портала. Остановившись, он бросил взгляд на приятеля.

— Его тоже! — крикнул он Привратнику. — Тоже отправь домой!

— Учебный день еще не закончен, — ответил глухо Привратник. — Чтобы отправиться раньше времени, он должен сказать сам.

— Но он не может сказать!

Вот только на это Привратнику оказало глубоко по боку.

Я же, пользуясь случаем, показательно шевельнул «бабочкой». И Фонте быстро принял решение — нырнул в свой портал. Спустя секунду то же сделал Буск.

Дождавшись этого, Привратник тут же исчез.

— Крысы беззубые, — бросила Чу. — Своих даже последние жукоеды не бросают.

— Жукоеды? — глянул я на нее.

— Это… неважно.

Ну, неважно,