После развода. Курорт для бывшей герцогини - Диана Фурсова Страница 60

Люди соглашались ждать.

Тесса утверждала, что брать прежнюю сумму уже глупо.

Эстелия согласилась.

Седьмой молчал.

Она ввела дополнительный ужин для дневных посетителей.

Седьмой молчал.

Разрешила вечерние прогулки к четвёртому и пятому источнику под сопровождением Брана.

Седьмой молчал.

К вечеру Эстелия начала злиться.

Не на воду.

На себя.

Она прекрасно понимала, насколько нелепо сердиться на древний источник за отказ соблюдать её судебный график.

И всё равно злилась.

Рейнар нашёл её в архиве.

Седьмой ключ лежал на столе.

— Сколько раз? — спросил он.

— Вы о ключе?

— Да. Сколько раз проверяли замок?

— Два раза.

Он посмотрел.

Эстелия отвела взгляд.

— Ладно, четыре.

— Эстелия.

— Шесть. Теперь точно всё сказала.

— За день?

— За два дня, не за один.

— По три раза в день. Вы ему совсем передышки не даёте.

Она раздражённо встала.

— До суда меньше сорока часов.

— Я тоже считаю часы.

— Тогда почему вы спокойны?

— Я беспокоюсь. Просто от моего беспокойства замок тоже не откроется.

— А по вам не скажешь.

— Долго учился не показывать.

Эстелия прошлась по комнате.

— Я не понимаю.

— Что, по-вашему, осталось недоделанным?

— В том и дело — ничего.

— Неужели совсем ничего?

Она резко повернулась.

— Комнаты заняты, люди довольны. Кухня наконец справляется. Мы столько восстановили, наняли местных, шесть источников работают… Я уже не знаю, за что ещё взяться.

— Вижу, сколько вы сделали.

— Тогда что нужно седьмому?

— Мне нечего вам ответить.

— Только не это, пожалуйста.

— Я не хочу обманывать вас.

Она села обратно.

— Не надо. Простите, я срываюсь.

Рейнар подошёл к двери.

Провёл пальцами по последнему замку.

— Может, дело вообще не в том, что вы делаете.

— Что я тогда упускаю?

— Вы всё время считаете каждое пробуждение ответом на конкретное действие.

— Они же отвечали. Не могли все эти совпадения быть случайными.

— Не могли, согласен. Но «починила комнату — проснулся источник» может быть слишком простым объяснением.

Эстелия нахмурилась.

— Четвёртый проснулся после открытия галереи.

— Или после того, как дом принял больше людей.

— Пятый — после зимнего сада.

— Или когда люди получили ещё одно место, где им хотелось остаться.

— Шестой — после террас.

— Там сидели не только гости.

— Именно, местные тоже приходили.

Он посмотрел на неё.

— Именно. Об этом я и говорю.

Эстелия замолчала.

Что-то в этом слове зацепилось.

Но мысль не сложилась.

— Думаете, дело в том, кто там сидел?

— Допускаю. Пока не утверждаю.

— Да, понимаю. Продолжайте.

— Но шестой источник проснулся в первый вечер, когда на одной террасе сидели постояльцы, мастера и семьи из Равенны.

— Дневной доступ это и позволил.

— Возможно, важен был сам вечер, а не введённое правило.

Она посмотрела на него.

Рейнар приподнял бровь.

— Я тоже могу пока только предполагать.

— Смотрите, как хорошо я вас научила сомневаться.

— Уже начинаю перенимать привычки.

Эстелия закрыла книгу.

— Мне нужно пройтись.

— Сейчас?

— Да. В этой комнате я только на ключ смотрю.

— К седьмому?

— Не туда.

Он явно не поверил.

— Правда, на закрытую дорогу не пойду. Обещаю.

— Я ещё не успел попросить.

— Всё было написано на лице.

— Снова лицо меня выдало.

Ночью «Семь облаков» выглядели совсем иначе, чем в день её приезда.

Эстелия шла по восточной галерее и почти не узнавала дом.

Тогда горел свет только в нескольких окнах.

Теперь тёплые квадраты тянулись по центральной части и гостевой галерее.

Из зимнего сада доносился смех.

На наружных террасах светили фонари.

От источников поднимались шесть полос тумана.

Не одинаковых.

Каждая жила по-своему.

Гости были повсюду.

Двое мужчин спорили возле стойки о завтрашней прогулке.

Семья из столицы возвращалась из зимнего сада.

На лестнице ребёнок пытался убедить Нейру, что видел в шестом облаке настоящего орла.

Нейра очень серьёзно отвечала, что записывать орла в книгу размещения не требуется.

Эстелия улыбнулась.

Вот же.

Работает.

Всё работает.

Она прошла дальше.

На кухне было жарко.

Марта стояла возле стола и что-то объясняла помощнику.

Двое работников ужинали на маленькой лавке у стены.

Один из нанятых парней ел прямо возле задней двери, держа тарелку на коленях.

Олдер вошёл с улицы.

— Мам, на меня ужин остался?

Марта даже не повернулась.

— В большой кастрюле бери. Не остыло ещё.

Он взял еду.

Огляделся.

Свободного места не было.

Сел на пустой ящик у кладовой.

Эстелия остановилась в дверях.

Несколько секунд никто её не замечал.

Потом Марта подняла глаза.

— Вам отложить, госпожа Ровенар?

— Нет, спасибо. Я просто заглянула.

— Тогда не стойте на проходе.

Эстелия машинально отошла.

Вышла во двор.

Бран возвращался с последней группы.

С ним шли восемь гостей.

Он рассказывал историю старой каменной арки.

Говорил спокойно.

Уверенно.

Люди задавали вопросы.

Когда группа ушла к дому, Бран сел на ближайшую скамью.

Не на террасе.

На простой служебной скамье у стены.

Снял шапку.

Закрыл глаза.

Эстелия подошла.

— Устали?

Он открыл один глаз.

— Посижу немного, и пройдёт.

— Значит, всё-таки устали.

— Под конец дня — да.

— Сколько прогулок сегодня?

— Три сегодня провёл.

— У вас есть помощник.

— Помощник вторую водил. Он тоже не сидел.

— То есть вы ещё сверх него взяли?

— Потому что последняя просила именно меня.

Эстелия села рядом.

— Вы могли отказать.

— Мог, конечно.

— Мне нужно вас разгрузить, а вы ещё берёте.

Бран посмотрел на двор.

— Так нравится мне.

Ответ оказался неожиданным.

— Самим водить группы?

— Рассказывать им про горы.

Он сам слегка удивился признанию.

— Всю жизнь думал: знаю их потому, что ничего другого не видел. А люди слушают, расспрашивают. Сам стал замечать то, мимо чего сорок лет ходил.

Эстелия улыбнулась.

— Значит, нравится, хоть и тяжело.

— Одно другому не мешает. Только спать теперь легко.

— Завтра две прогулки.

— На три уже настроился.

— Третью отдайте помощнику.

— Посмотрим, кого попросят.

— Бран, я серьёзно.

Он поднялся.

— Спокойной ночи, госпожа Ровенар.

— Вы сейчас просто уходите от распоряжения.

— Мне по возрасту пора отдыхать. Вы же сами велели.

— Вот пользоваться приказом вы умеете.

— Учусь у вас, госпожа.

Он ушёл.

Эстелия осталась.

Через несколько