Книга 2. Война и мир Сталина, 1939–1953. Часть 1. «Наше дело правое», 1939–1945 - Андрей Константинович Сорокин Страница 57

Лишь 17-го числа по радио с попыткой разъяснить общую ситуацию и целесообразность объявленной эвакуации, призвать к порядку и выразить уверенность в победе выступает секретарь МК и ЦК ВКП(б) А. С. Щербаков.

Очевидно, однако, что выступление это запоздало. Сталин вернется к работе в кремлевском кабинете 19 октября, когда дневник дежурных секретарей зафиксирует, что в 15.40 к нему в кабинет первыми вошли Молотов и Берия[493]. В этот день ГКО примет постановление о введении со следующего дня осадного положения в Москве и пригородных районах, написанное лично Сталиным и обнародованное 20-го[494].

Постановление ГКО СССР № 813 о введении осадного положения в Москве и прилегающих к городу районах

19 октября 1941

[РГАСПИ. Ф. 644. Оп. 2. Д. 23. Л. 49–50. Подпись — автограф И. В. Сталина]

Представляется достаточно очевидным, что эта последняя мера должна была стать не конечной, а исходной точкой мероприятий по организации эвакуации и предотвращению паники. Постановление санкционировало чрезвычайные по характеру действия органов НКВД, но к этому времени пик беспорядков уже прошел, а необходимые меры были уже приняты на низовом уровне в рабочем порядке. Панику удалось погасить.

Угроза падения Москвы оценивалась как реальная на протяжении целого ряда напряженных дней. 21 октября ГКО принимает постановление «О строительстве убежища в г. Куйбышеве». Постановлением предписывается Метрострою НКПС в трехмесячный срок построить два бомбо- и газоубежища глубокого заложения. Одно из них общей полезной площадью 1000 м2 предназначается для Сталина. В этот же день 21-го командующий Московским военным округом издает приказ за номером 01 «о создании прочной и устойчивой обороны г. Москвы» к 24 октября, которым предусматривалось создание трех рубежей обороны города: по Окружной железной дороге, Садовому кольцу и кольцу А и реке Москва (с юга). Предполагалось строительство огневых точек, баррикад, других заграждений, «приведение домов в оборонительное состояние». Мероприятия, подготавливавшие город к неблагоприятному развитию событий, продолжатся и позднее. Об этом свидетельствует, в частности, докладная записка зам. начальника УНКВД по Москве и Московской области А. В. Петрова от 3 ноября о подготовке агентурно-осведомительной сети для проведения разведывательной и диверсионно-террористической деятельности в тылу противника общим количеством 676 чел. [495]

Несмотря на достаточно очевидные проблемы в организации обороны города, ожесточенное сопротивление частей Красной армии остановило части вермахта на ближайших подступах к столице. Общее убеждение в том, что Сталин Москвы не покидал, сыграло важнейшую роль в ее успешной обороне. 7 ноября на Красной площади состоится военный парад, участников которого Сталин будет приветствовать, стоя на трибуне Мавзолея.

В. М. Молотов, С. М. Буденный, И. В. Сталин, Г. К. Маленков на трибуне Мавзолея во время празднования 24-й годовщины Октября

7 ноября 1941

[РГАКФД. 0–292976 ч/б]

Ситуация с обороной Москвы долгое время будет расцениваться как сложная. 30 ноября ГКО примет постановление «О лесных завалах». Будет решено «для более прочного прикрытия дальних и ближних подступов к гор. Москве… усилить строящиеся полевые укрепленные полосы системой лесных завалов на всем фронте и направлениях, выводящих к гор. Москве»[496].

В тот же день командующий войсками Западного фронта Жуков направит Сталину докладную записку о плане контрнаступления под Москвой[497]. Специальной сопроводительной запиской он попросит Василевского «срочно доложить» план и дать директиву, «чтобы можно было приступить к операции, иначе можно запоздать с подготовкой». Василевский оперативно представит записку Жукова Сталину, тот наложит резолюцию: «Согласен»[498].

5 и 6 декабря группировка советских войск Западного, Калининского и Юго-Западного фронтов численностью более 1 млн человек перешла в контрнаступление, ставшее первым крупным победоносным сражением Великой Отечественной, имевшим стратегическое значение. Уже 8 декабря Гитлер подпишет директиву о переходе германских войск к обороне на всем советско-германском фронте. Важнейшую роль в подготовке контрнаступления сыграет установка Сталина на создание и сохранение резервов. Маршал А. М. Василевский в только что опубликованной записи беседы с ним так описывал октябрьские события. «Возьмите в октябре месяце, в эти тяжелые для нас дни, когда противник сидел чуть ли не в Москве, у Сталина крепко сидела мысль о контрнаступлении. И мы начали создавать резервы: сначала три армии, потом шесть армий по Волге и т. д. И вот, как сейчас помню, под Наро-Фоминском у Говорова был прорыв. Звонит мне: „Александр Михайлович, капут. Нечем заткнуть, давайте…“ И я сам лично позвонил Сталину: вот обстановка такая, надо немедленно Говорову бросить. [Тот в ответ: ] „Ну, к черту, поезжайте вот так и вот так. Ни черта не дадим. Если начнем разбазаривать резервы, ни о каком контрударе речи быть не может и не отбросим немцев“. Вот так он эти резервы держал» [499].

Военный совет Западного фронта (слева направо): член Военного совета Н. А. Булганин, командующий фронтом Г. К. Жуков, начальник штаба В. Д. Соколовский, член Военного совета И. С. Хохлов

Ноябрь — декабрь 1941

[РГАСПИ. Ф. 71. Оп. 55. Коллекция фотографий]

* * *

В тени Московской битвы и по сей день остаются Тихвинская (с 10 ноября) и Ростовская (с 21 ноября) наступательные операции, сыгравшие свою роль в достижении успеха в сражении под Москвой. В соответствии с директивой Ставки ВГК от 24 ноября войска Юго-Западного направления, Южного и Закавказского фронтов, 56-й отдельной армии освободили города Ростов и Таганрог[500]. 29 ноября Сталин направит в войска поздравление «с победой над врагом и освобождением Ростова от немецко-фашистских захватчиков»[501]. 9 декабря войсками Северо-Западного фронта был освобожден г. Тихвин. Проведенные операции сковали силы противника на северо-западном и юго-западном направлениях накануне решающих событий Московского сражения.

Подводя итог рассказу о летне-осенней кампании 1941 г., хотелось бы обратить внимание читателя на осмысленность и целеустремленность действий Ставки ВГК во главе со Сталиным, которые к концу этого этапа вооруженного противостояния стали приносить ощутимые позитивные результаты[502]. Несмотря на поражения начального этапа, Ставке удалось предотвратить развитие ситуации по катастрофическому сценарию, навязать командованию вермахта борьбу за стратегическую инициативу, добившись срыва планов нанесения Советскому Союзу поражения в результате «молниеносной» войны. В значительной мере эти результаты были достигнуты за счет