Ученик чудовища - Дмитрий Геннадьевич Мазуров Страница 55

Кроу заставил меня снова и снова пытаться создать двойной разрыв, соединить две точки, удержать канал. Я пробовал десятки раз, и десятки раз терпел неудачу. Голова гудела, мана истощилась, но я упрямо продолжал.

— Достаточно на сегодня, — наконец сказал Кроу. — Отдыхай. Завтра продолжим.

Я кивнул и направился к выходу. Уже у двери остановился.

— Учитель.

— М?

— Я смогу!

Кроу не обернулся, продолжая смотреть на камин.

— Знаю, — тихо сказал он. — Иначе бы не тратил на тебя время.

Я вышел из кабинета и медленно побрёл по коридору. Усталость навалилась свинцовой тяжестью, но мысли всё ещё лихорадочно работали, перебирая обрывки сегодняшнего урока.

Пространство. Паутина. Связи.

Я остановился посреди коридора. В голове что-то щёлкнуло, соединяя два, казалось бы, не связанных понятия.

Пространственная магия — это работа с тканью реальности. Но что, если… что, если воспринимать её не как ткань, а как паутину? Огромную, всепроникающую сеть, где каждая точка связана с каждой тысячью невидимых нитей?

Я не нуждаюсь в создании двух разрывов. Мне нужно найти уже существующую нить, соединяющую две точки, и натянуть её. Сложить пространство по уже готовой складке.

Я замер, прикрыв глаза. Мир привычно наполнился нитями — связи маны, вибрации камня, пульсация защитных контуров. Но теперь я искал другое. Саму пространственную структуру. И я начал её видеть.

Тончайшие, почти неразличимые нити, протянутые между всеми точками реальности. Они не были прямыми — они изгибались, переплетались, закручивались в спирали, создавая сложнейший, невообразимый узор. Одни нити были толстыми, прочными, почти нерастяжимыми. Другие — тонкими, дрожащими, готовыми лопнуть от малейшего усилия.

Я потянулся к одной из таких нитей, связывающей точку, где я стоял, с дальним концом коридора. Не рвал, не создавал новый разрыв. Я просто… натянул её.

Пространство дрогнуло. Коридор передо мной словно сложился гармошкой, и дальний конец вдруг оказался рядом, на расстоянии вытянутой руки. Я шагнул.

И оказался в нужной точке.

Я обернулся. Тот конец коридора, где я стоял секунду назад, теперь был в десяти метрах позади.

Сердце бешено заколотилось в груди. Я не создавал портал. Я не рвал реальность. Я просто… использовал то, что уже было.

— Получилось, — выдохнул я. — Получилось!

В груди вспыхнуло такое жаркое, такое острое чувство торжества, что на мгновение я забыл о головной боли, об усталости, о всех неудачах сегодняшнего дня. Я сделал это. Я телепортировался. Пусть всего на десяток метров, грубо, используя новый, не до конца понятный метод — но я сделал это сам!

Я снова закрыл глаза, пытаясь закрепить ощущение. Нить. Нужно найти нить, соединяющую точки.

Попробовал ещё раз. Конец коридора — к лестнице. Нить нашлась почти сразу — тонкая и упругая. Я потянул. Пространство сложилось. Шаг и я на месте.

— Чёрт возьми, — прошептал я. — Чёрт возьми!

Восьмой раз. Девятый. Десятый. Я перемещался по коридору, из комнаты в комнату, с этажа на этаж. Некоторые нити поддавались легко, другие — с трудом, третьи вообще не двигались, будто приваренные намертво. Я учился отличать прочные, стабильные связи от хрупких, временных. Я учился натягивать их плавно, без рывков, чтобы пространство складывалось мягко.

К тому моменту, когда мана окончательно иссякла, я мог телепортироваться на расстояние до тридцати метров. Нестабильно, с переменным успехом, иногда проваливаясь в «складку» и выходя на метр левее или правее цели. Но я мог!

Я сидел на полу в коридоре, прислонившись спиной к холодной каменной стене, и глупо улыбался.

— Ты чего здесь расселся? — раздался знакомый скрипучий голос.

Я поднял голову. Ворон сидел на перилах лестницы, склонив голову набок, и смотрел на меня с подозрением.

— Отдыхаю, — ответил я.

— Отдыхает он, — каркнул ворон. — Кроу зовёт. Говорит, ты там чего-то намудрил с пространством.

Я моргнул, вспомнив как он пытался вбить мне в голову, чтобы без него я даже не пытался телепортироваться…

— Он в ярости, да?

— Ещё какой, — заливисто закаркал ворон, взлетел и скрылся в конце коридора

Я с трудом поднялся на ноги, всё ещё чувствуя слабость в коленях. И побрёл обратно в кабинет Кроу, чувствуя себя одновременно опустошённым и переполненным. Получилось. Наконец-то получилось.

Кроу стоял посреди кабинета смотря мне в глаза.

— Ну… — протянул он.

— Я… кажется, нашёл другой способ, — торопливо начал я. — Не создавать разрывы, а использовать существующие пространственные связи.

Гнев в его глазах мигом исчез, сменившись на нечто новое. Любопытство. Точно такое же, какое у меня просыпается во время изучения магии. Всё же в этом мы с ним необычайно похожи.

— Покажи!

Я закрыл глаза. Нить, соединяющая точку у двери с точкой у камина, нашлась быстро. Потянул её, мягко, плавно. Пространство дрогнуло и сложилось. Я шагнул и оказался в нужном месте.

Кроу молчал очень долго. Потом подошёл к месту, где я стоял секунду назад, и провёл рукой по воздуху, словно ощупывая остаточную вибрацию.

— Я не учил тебя этому. Потому что сам не умею. У меня другой контракт, другое восприятие, — он повернулся ко мне с долей гордости во взгляде. — Ты нашёл собственный путь. Это невероятная редкость. Ученик смог превзойти учителя… Пусть и в самой малости. Я горжусь тобой!

— Спасибо… — на миг проступили мои эмоции.

— Иди отдыхай. Завтра начнём систематизировать твой метод. Но если ещё раз попробуешь вытворить нечто подобное без моего присмотра… — его глаза вмиг загорелись предупреждением.

Я подавил улыбку. Проверять, что же он придумает мне в качестве наказания, совсем не хотелось…

— Простите, учитель.

— Иди уже, — махнул он рукой.

Я вышел из кабинета. В коридоре, за пределами тяжёлого внимания Кроу, улыбка наконец прорвалась наружу. Его слова приятно отозвались в моей душе. Всё же Кроу я уважаю и ценю его мнение.

У меня не было родителей в этом мире. Из прошлого я тоже их не помню. Но, пожалуй, он единственный, кто в моём сознании наиболее всего приблизился к фигуре отца. Вот только ему я это никогда не скажу! Впрочем, уверен, он это и так знает…

Глава 25

Следующие несколько дней я провёл в состоянии, которое сам себе определял как «продуктивное безумие». Телепортация через пространственные нити открыла новые горизонты, но одновременно создала кучу проблем,