Книга 2. Война и мир Сталина, 1939–1953. Часть 2. «О дивный новый мир…», 1945–1953 - Андрей Константинович Сорокин Страница 53

принимал непосредственное участие в формировании идеологии и управленческих структур создаваемой организации. Сохранился вариант постановления с его правкой, в котором советский вождь вычеркнул из названия создававшейся организации слово «комитет» и вписал другой вариант — «Координационный совет». Вместо «генерального секретаря» организации он предложил учредить должность просто «секретаря». «Постоянный технический аппарат» обретал объемные характеристики, «небольшой», уточнял Сталин[400]. Очевидны устремления Сталина понизить таким образом статус создаваемой организации при том, что высокопоставленные советские руководители, вроде А. И. Микояна, вовлеченные в процесс, замышляли СЭВ как центр притяжения не только для государств Восточной, но и Западной Европы. Так или иначе, 5–7 января в Москве состоялось закрытое учредительное совещание представителей шести восточноевропейских государств на тему «О тесном экономическом сотрудничестве СССР и стран народной демократии», итоги которого будут представлены Сталиным 8 января в Кремле на приеме участников совещания. Этот день сегодня и признается специалистами днем рождения СЭВ[401].

Содержание выступления Сталина на этом приеме известно из воспоминаний одного из лидеров болгарской компартии В. Коларова. «В ближайшие 8–10 лет будет вестись экономическая борьба за господство в Европе, — скажет Сталин. — Борьба будет вестись между США и Англией, с одной стороны, и СССР и странами с нар[одной] демократией — с другой». В связи с этим он считал целесообразным «сделать Совет открытым для всех стран Европы, которые бы выразили пожелание к нему присоединиться». Сталин оставлял двери открытыми даже для «югославских товарищей», заявив, что, «если югославы поумнеют, можно и их принять». По задумкам Сталина, СЭВ должен «путем развития нашего производства вырвать Европу из лап англо-американских империалистов», стать главным источником сырья и продовольствия для всех европейских стран. «Когда мы начнем поставлять сырье всем европейским странам, диктат Америки в Европе рухнет…» СЭВ создаст экономическую базу Коминформу, провозгласит Сталин направление нового курса в эпоху глобальной конкуренции двух систем[402].

Постановление Политбюро ЦК ВКП(б) «О тесном экономическом сотрудничестве СССР и стран народной демократии»

23 декабря 1948

[РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 166. Д. 799. Л. 46]

Запись из журнала регистрации лиц, принятых И. В. Сталиным 8 января 1949 г.

[РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 417. Л. 82]

Итоговый протокол будет подписан только 18 января, его содержание сильно отличалось от того проекта, который был одобрен декабрьским решением Политбюро с участием Сталина. И российским, и зарубежным специалистам это дает основание отвергнуть распространенные представления о «тотальном диктате» Москвы в сфере экономики в годы сталинского правления. К числу таких изменений относится и предложение другого названия — Совет Экономической Взаимопомощи, отличного от предлагавшегося Сталиным[403]. Сталин возражать не станет. Не последует возражений и против создания постоянно действующего органа — Бюро СЭВ.

1 февраля югославский представитель передал в советский МИД ноту с протестом по поводу того, что его страну не пригласили в созданную организацию, 28 апреля СЭВ рассмотрел вопрос о взаимоотношениях с Югославией. В феврале 1949 г. в СЭВ вошла Албания, в сентябре 1950-го — ГДР. В апреле 1949 г. Сталин утвердил представителями в СЭВ Молотова, Вышинского, Меньшикова[404]. Он внес небольшую, но показательную правку в постановление, которым утверждался «Перечень основных вопросов, подлежащих подготовке Бюро Совета для рассмотрения на заседаниях Совета Экономической Взаимопомощи в 1949 г. (с поправками, внесенными на сессии Совета)». На первом и втором местах, согласно этому документу, стояли вопросы расширения товарооборота между соцстранами и координация их торговли с капстранами. Причем Сталин во второй пункт проекта «О внешней торговле стран — участников Совета с капиталистическими странами» добавил фразу «и о ценах на товары»[405]. В отношениях с Западом вождь, судя по всему, опасался оказаться в роли «наивного дурачка» в не меньшей степени, чем в отношениях со странами-сателлитами. Сталина особо интересовал вопрос об экономических связях восточноевропейских сателлитов со странами Запада. В одном из докладов советских представителей в СЭВ Сталину от 9 сентября 1949 г. его авторы прямо сошлются на его указание «о необходимости обратить особое внимание на получение экономической информации. В частности, информации по вопросам торговли стран — участников Совета с капиталистическими странами»[406].

Постановление Политбюро ЦК ВКП(б) об утверждении телеграммы МИД в Берлин о введении рубля в качестве расчетной единицы по торговым соглашениям Германской Республики с Польшей и Чехословакией, с приложением телеграммы

1 декабря 1949

[РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 166. Д. 812. Л. 118–119]

В связи с созданием СЭВ не должен удивлять тот факт, что рубль станет одной из основных расчетных единиц на формировавшемся экономическом пространстве, а рублевые кредиты — средством покрытия бюджетных дефицитов, финансирования государственных расходов и развития экономик стран-сателлитов в целом. Так, 1 декабря 1949 г. Политбюро приняло постановление «О введении рубля в качестве расчетной единицы по торговым соглашениям Германской Республики с Польшей и Чехословакией»[407].

В апреле 1950 г. А. Г. Зверев и М. А. Меньшиков направили Сталину докладную записку, в которой сообщали, что «клиринговые соглашения Союза ССР со странами народной демократии заключены, как правило, в рублях…»[408]

«Страны народной демократии» станут во все возрастающих объемах просить поставок из СССР разнообразного сырья для своей промышленности. Сталин будет лично контролировать подобные запросы, как это произошло в случае с просьбой К. Готвальда и Р. Сланского об увеличении поставок сырья, полученной из Чехословакии в сентябре 1950 г.[409] С другой стороны, перед советским руководством будет остро стоять вопрос импорта в Советский Союз промышленной продукции и не в последнюю очередь товаров народного потребления.

Нужно понимать, однако, что экономическое взаимодействие СССР и стран «народной демократии» не сводилось только к обмену сырья на промышленную продукцию. Советский Союз в очень многих случаях оказывался поставщиком технологий и промышленного оборудования. Так, в октябре 1950 г. в Софию за подписью Сталина ушли две шифровки. В одной «болгарским товарищам» сообщалось, что их «заявка о тракторах, комбайнах и прочем будет выполнена» на условиях кредита[410], в другой — об удовлетворении просьбы правительства Болгарии «об ускорении пуска азотно-тукового завода».

С этой целью болгарской стороне передавалась в полном объеме проектная документация, поставлялось полностью оборудование и необходимые материалы, осуществлялся монтаж оборудования не только самого завода, но и углеобогатительной фабрики, насосной станции и водопровода[411]. Телеграммой в Берлин Сталин сообщал об удовлетворении просьбы правительства ГДР «о поставке бурового оборудования и об оказании помощи советскими специалистами в эксплоатации буровых станков»[412].