Наказание для инквизитора - Яна Смолина Страница 47

— Духи! Нет, я больше так не могу! Ты слышала, Магнолия? Бедное, наивное дитя! — смеялась она. — Боюсь, невесте месье Глера это не понравится.

— Ох, милая, — сказала Магнолия, стараясь не поддаться заразительному смеху Флоры. — Ты не уловила суть. Моя родственница собиралась замуж, чтобы потом подарить всю себя и заключённую в ней силу мужу. Нужен не просто хороший и честный человек. Нужен тот, кому ты доверишь себя без остатка. А в идеале полюбишь всем сердцем.

Я тупо уставилась на свой фужер.

— Не может быть

— Ещё как может. Ночь любви — и есть ритуал передачи силы. Поэтому к выбору достойнейшего нужно подойти со всей ответственностью.

Глава 28

Глава 28

Не знаю, то ли вино так подействовало, то ли шок от сказанного, но слова доходили до разума с опозданием. Разум просто не желал их принимать! А я одного не могла понять, зачем всё так? Даже плакать захотелось.

То есть чтобы не умереть в агонии, сжигаемая силой, что поселилась внутри меня, я должна отдаться мужчине⁈ Да это же дикость! Что, если я так и не встречу того, кому решусь довериться? А он? Будет ли он готов к такому вот подарку? Боже, чего ещё я не знаю?

Поднявшись из-за стола, покачнулась и, с трудом удержав равновесие, развернулась, чтобы молча уйти. Требовалось всё осмыслить, а ещё — разбить что-нибудь, потому что достало!

— Катрин! — голос Магнолии остановил на полпути. — Всё это очень серьёзно и надо обладать большой силой духа, чтобы нести вверенное тебе бремя. Сейчас ты на взводе и можешь совершить необдуманное. Прошу, вернись. Мы всё обсудим и решим, как тебе действовать дальше.

— Что, мужика мне искать будете? — ответила, скосив глаза на ведьму. — Никто мне не поможет. Это моё проклятие, и разбираться с ним придётся мне. Спасибо за инструкции. Увидите Жозефину, передайте ей пинок под зад.

Я продолжила ход и уже готовилась ступить на лестницу, как вдруг что-то тёмное бросилось мне под ноги и зашипело.

Различив в полумраке два жёлтых глаза, я поняла, что передо мной кот. Агрессивный кот с острыми когтями и не менее острыми зубами, которые он скалил, преграждая мне путь.

Знакомое тепло в груди потекло по венам, взбираясь по затылку и уходя в руки. Неприятное ощущение, успевшее забыться, возрождалось вновь. Руки покалывало от искр, отчего становилось одновременно страшно и больно.

Я уже ждала приступа, ведь спасительный кристалл угас. Но его не случилось.

— Не нужно злиться, Катрин, — проговорила Магнолия, выходя из-за стола и приближаясь ко мне. — Это всего лишь фамильяр. Ему нельзя причинить вреда. Сейчас ты должна успокоиться, и пока ты злишься, я не выпущу тебя отсюда.

В обычной жизни, когда просят успокоиться, это раззадоривает ещё больше. Возникает желание втащить советчику. Но в ту минуту я хорошо понимала, что Магнолия права, и стала дышать ровно и медленно, стараясь прочувствовать своё состояние каждой клеточкой, усмирить его.

— Сила, которой ты обладаешь, не любит резких эмоций, — продолжала женщина. — Она уничтожит тебя быстрее, если станешь поддаваться им. Я понимаю, что сказать проще, чем сделать, но говорю это не просто так. Моя родственница спасалась веретеном. Всякий раз, когда её начинало колотить, она садилась и пряла пряжу.

Жар потихоньку сходил, как и искры, которых стало меньше. Осознав, что чувствую себя лучше, я обернулась и переспросила, скривив в недоумении лицо:

— Пряжу?

— Да, Катрин. Напряжение из её пальцев уходило в нить, что облегчало ей состояние. Подумай, возможно, у тебя есть какое-то увлечение? Вышивка, плетение…

— Глина! — подала голос Флора, грохнув по столу ладошкой. — Тут и думать нечего. Ха! Ну всё, — она тоже поднялась и с самодовольным видом уставилась на меня. — Катрин, не отвертеться тебе теперь ни от моего заказа, ни от урн этого клыкастого графа.

— А ведь верно, — Магнолия одобрительно закивала. — В глину будет уходить твой излишек магии. Это даже лучше. И как я сама не догадалась? Флора — ты гений.

Обе заулыбались, обрадованные тем, как ловко всё решили. Идиллическую картину дополнял котяра, который забрался на перила лестницы и лениво намывал лапку.

Идея с глиной действительно была неплохая. Вот только имелось одно ма-а-аленькое «но».

— Я не гончар, — отчеканила с вызовом.

— Это и не обязательно, — тут же парировала Магнолия. — Ты пробовала себя на круге?

— Это ничего не значит.

— Понравились ощущения? Успокаивает, правда?

— Тебе-то откуда знать?

— Ну, — ведьма загадочно улыбнулась. — Был у меня любовник. Ещё до знакомства с Жоресом. Он кое-чего умел, — улыбка из загадочной стала лукавой до неприличия, — и меня немного обучал. Правда, эти уроки часто заканчивались тем, что я была по уши заляпана глиной.

— Неужто одной только глиной? — встряла Флора, на что получила укоризненный взгляд.

— Дело вообще не в этом, а в том, что при соприкосновении с вязким, податливым материалом, который можно превратить во что угодно, высвобождается особая энергия. Созидание всегда забирает много сил, но вместе с этим оно придаёт силы — совершенно другие, которые внутренне ощущаются как перерождение. Не знаю, как ещё объяснить. Ты будто бы обновляешься и готов на свершения. Иногда я даже позволяю себе дерзкую мысль организовать что-то такое, где каждый, когда устал или ощущает внутри пустоту, мог бы сесть в тишине и отдаться этой энергии. Не обязательно на круге. Можно рисовать, мастерить, вышивать — что угодно! Мне кажется, тогда стало бы меньше грустных глаз и нерешённых дилемм.

Флора удивлённо вскинула брови. Я же чуть не прыснул со смеху.

Ну надо же. Местная ведьма, к которой без большой нужды вряд ли кто приблизится, грезит организовать арт-терапевтический салон. Но почему бы и нет?

— У тебя не получится всё