Поверенная изгнанных жен. Дракон, увидимся в суде! - Ангелина Сантос Страница 47

— Банковская выписка.

— Оригинал у Счетной палаты, заверенный экземпляр получен днем шестнадцатым. Исправленная предварительная таблица приложена вместе с первой версией и отметкой о возврате залога.

— Приказ Торвальда об удалении Савины.

Тесса остановилась.

— У нас копия от горничной и запись ворот. Оригинал книги распоряжений истребован, но в перечне его нет.

Мы проверили расписку. Дом Вейров передал книгу Нейлу утром после отставки Ранара, Нейл направил в суд, но канцелярия положила ее в опекунское приложение, а не в общий том. Предмет существовал и был законно получен, однако без переноса в перечень защита могла утверждать, что мы предъявили его внезапно.

Ада составила техническое уточнение: не новое доказательство, а исправление номера уже принятого опекунского приложения. Секретарь подтвердил время первоначального получения и добавил ссылку до закрытия списка.

— Вот зачем мы не празднуем завершенный том до проверки, — сказала Тесса.

— И зачем одна пара глаз не ведет весь процесс, — ответила я.

Дальше она нашла каждый документ. Журнал маршрутов по Локсу имел две расписки. Отчет Орвена — регистрационный штамп и старый журнал комиссии. Пять доверенностей — отдельные протоколы добровольности. Соглашение Локса — подписи уголовной палаты и полный перечень обещанного смягчения.

Мы отметили и то, чего нет. Домовая копия Веры потеряна. Основной журнал Локса в пути. Прямого перевода на счет Герхарда Талена не найдено. Ни одного из этих пробелов нельзя было заполнить уверенной интонацией в финальной речи.

Мы больше ничего не добавляли по существу. В перечень вошли: оригинал печати Савины и домовая копия, три экспертных протокола, журнал ворот, приказ Торвальда, карточка Аделы, журнал доступа, копирные листы Локса, направляющая 312, банковская выписка, адресные карточки, внутренний образец Талена, зарегистрированный отчет Орвена, соглашение Локса и пять доверенностей. Журнал, отправленный сестре, обозначили как ожидаемый, но не сделали условием допуска.

— А новые показания Сорена, если он признается ночью? — спросила Тесса.

— Только отдельным дополнением уголовной палаты. Мы не будем перестраивать дело за час до слушания.

— А домовая копия Веры?

— Если найдется, пойдет в ее индивидуальное дело после надлежащей описи. Не в общий перечень сейчас.

Я подписала список. Ада проверила и поставила вторую подпись. В девять вечера секретарь Высокого суда принял пакет, пронумеровал страницы и закрыл прием новых основных доказательств.

Вернувшись, я нашла Ранара на кухне. Он уже мог держать чашку, но двигался осторожно.

— Перечень подан? — спросил он.

— Да. На этом разговор о деле закончен до завтра.

— Тогда можно спросить, диван по-прежнему обязателен?

Я посмотрела на него. Вопрос был задан без ожидания награды за нагрев или отставку.

— Нет. Но сегодня ты спишь, а не доказываешь выносливость.

— Согласен.

Он лег рядом со мной и почти сразу уснул. Я выключила лампу, убедилась, что вода стоит у кровати, и не стала искать в этой ночи символ будущей жизни.

Все средства для суда уже существовали. Все основные документы находились не в наших руках, а в хранилище. Ранар больше не представлял свой дом и заплатил за последний опыт реальной слабостью, которую невозможно было превратить в драконье преимущество.

Утром Тален должен был оспорить право Савины говорить от имени общего способа. Мы собирались ответить только тем, что подали до девяти вечера.

Глава 19 До решения один день

Глава 19 До решения один день

Утром девятнадцатого дня Тален перестал спорить с тем, что печати нагревали. Он стал доказывать, что ни одна из женщин не имеет права спросить зачем.

Малый зал Высокого суда заполнился за полчаса до начала. Пять клиенток сидели в первом ряду рядом со своими отдельными поверенными. Савина и Клара оставались с нами, Инессу представлял ее прежний юрист, Лидию — ремесленная защитница, Веру — Ада в части жилья. Общую техническую часть вели мы с Адой вместе.

Ранар пришел пешком из моей квартиры, но вошел отдельно и занял место свидетеля. Огненный ресурс восстановился к восьми, врач подтвердил способность участвовать. Мы не обсуждали дело за завтраком. Тесса передала каждому собственный пакет через секретаря суда.

Журнал Локса доставили из Ларена ночью. Местный пристав изъял его у сестры мастера по добровольному акту, опечатал и передал королевскому курьеру. Все звенья стояли в расписке. Журнал подтверждал девять заказов и суммы, но не содержал имен Талена или Аделы: только Дорс, коды Палаты и номера дел. Он усиливал реестр, не заменял остальные доказательства.

Судья Карр вошла в девять. Сегодня она должна была решить четыре вопроса: есть ли общий предмет, действуют ли сроки, какие доказательства допустимы и кого можно вызвать на полное слушание. Саму законность способа и опеку Савины оставляли на завтра.

— Палата признает, что мастер Локс проводил технические операции? — спросила Карр.

Тален встал.

— Признает факт работ по девяти заказам. Не признает их незаконность или связь с решениями. Кроме того, заявительницы не являются надлежащей общей стороной.

— Обоснуйте.

— Савина Вейр вправе оспаривать собственное решение и опеку. Она не может требовать проверки дел Клары Бест, Инессы Фал, Лидии Ерш и Веры Сенн. Остальные решения вступили в силу, сроки истекли. Разные права не объединяются одним недовольством Брачной палатой.

Я передала суду пять доверенностей.

— Савина не действует от имени других. Каждая женщина подала отдельное полномочие на общий вопрос и сохранила индивидуального представителя по последствиям. Доверенности заверены независимо, согласия проверены секретарем.

— Четыре из них подписаны после того, как поверенная рассказала о возможных выплатах.

— В листах рисков прямо указано, что компенсация не гарантирована. Вера получила защиту жилья до подписи и подтвердила отсутствие обмена. Лидия вообще отказалась от денежного требования.

— Их объединили ради процессуального преимущества.

— Закон предусматривает общую жалобу при пяти случаях одного способа. Использование предусмотренного порядка не является злоупотреблением.

Карр решила проверить доверенности не только по печатям. Каждую женщину вызвали отдельно и спросили, какой общий вопрос она поручает нам вести.

Савина ответила:

— Законно ли Палата использовала измененную печать и вручение, чтобы назвать мое изгнание добровольным уходом. Опеку и приданое я сохраняю отдельными требованиями.

Клара сказала:

— Я хочу установить тот же способ и утрату моей коробки. Возврат мастерской будет считаться отдельно.

Инесса назвала усиленный след и вручение управляющему, но отказалась передавать общей стороне право соглашаться на ее долг.

Лидия подчеркнула, что ее отсутствие было рабочим и