После развода. Курорт для бывшей герцогини - Диана Фурсова Страница 35

Эстелия оказалась прижата спиной к его груди.

На несколько секунд всё остановилось.

Не мир.

Только её способность думать.

— Стоите? — спросил он возле самого уха.

— Кажется, стою.

— Нога не болит? Я могу отпустить?

— Всё в порядке. Теперь удержусь.

Рейнар отпустил не сразу.

Возможно, проверял, действительно ли она удерживает равновесие.

Эстелия предпочла именно это объяснение.

Когда его рука исчезла с её талии, холодный воздух показался значительно холоднее.

Она поправила платье.

— Спасибо.

— Подождите секунду, прежде чем идти.

— Можете не записывать как нарушение.

— Эту ступень — уже.

Эстелия обернулась.

— Вы сейчас серьёзно?

Он показал на ступень.

— Плохое сцепление на мокром камне.

Она смотрела на него несколько секунд.

Потом рассмеялась.

— Мне бы дух перевести, а вы уже нарушение нашли.

— А вы хотели, чтобы я сказал что-то другое?

Вопрос прозвучал слишком спокойно.

Эстелия перестала смеяться.

— Нет… Не нужно.

Он выдержал её взгляд.

— Хорошо.

Снова это слово.

Но теперь прозвучало иначе.

Она первой пошла дальше.

До самой смотровой площадки они разговаривали только о дороге.

За четыре дня до бала свободных мест не осталось вообще.

Не только комнат.

Билетов на вечер тоже.

Эстелия ограничила число гостей шестьюдесятью.

Тесса назвала это жестокостью.

— Мы можем принять восемьдесят.

— Мне и за шестьдесят тревожно.

— Во дворе места много.

— Во дворе да. А потом все пойдут к воде.

— Поставим ещё фонари.

— Фонари не сделают ступени шире. Там два человека едва расходятся.

— Семьдесят?

— Тесса, шестьдесят. Больше продавать не будем.

На следующий день торговец из столицы предложил втрое больше обычной цены за два места.

Эстелия отказала.

Тесса мучилась несколько часов.

— Вы понимаете, сколько это денег?

— Я даже пересчитала, что могла бы на них купить.

— И не жалко отказать?

— Жалко. Но если в тесноте кто-нибудь упадёт, я себе этих денег не прощу.

— Кальдэн на вас плохо влияет.

— Это ещё почему?

— Вы говорите как проверяющий.

Эстелия задумалась.

— Не рассказывай ему.

— При первой возможности. Пусть порадуется.

Ещё через день пришло письмо из окружной канцелярии.

Имущественный спор Кайдена приняли к рассмотрению.

До отдельного решения «Семь облаков» оставались во владении Эстелии.

Комиссия не отменялась.

Рекомендация по источникам могла быть дана условно — до окончательного определения собственника.

Это было не победой.

Но и не поражением.

Рейнар прочитал документ.

— Хорошо.

Эстелия посмотрела на него.

— Вот теперь и я готова сказать «хорошо».

Он поднял брови.

— Нужно внести ваше согласие в протокол?

— Не заставляйте меня передумать.

Вечером перед балом дом казался удивительно спокойным.

После недель подготовки это настораживало больше любой суеты.

Фонари были готовы.

Навесы установлены.

Музыканты приехали из Равенны и разместились в трёх комнатах над кухней, которые не считались гостевыми.

Еда подготовлена настолько, насколько позволяла Марта.

Дорожки сухие.

Погода обещала ясный вечер.

Даже Тесса закончила все списки до ужина и теперь сидела в кухне с чашкой горячего напитка, утверждая, что это исторический день.

Эстелия впервые за долгое время позволила себе пройти по курорту без блокнота.

На террасе никого не было.

Большинство гостей уже разошлись по комнатам.

Новые должны были приехать завтра.

Нижний источник светился серебристым паром.

Золотой — выше.

Рейнар стоял возле второго бассейна.

Эстелия заметила его издалека.

Подумала, что можно повернуть к дому.

И всё равно пошла к нему.

— Проверяете?

— Просто стою, смотрю на воду.

— И ничего не нужно исправлять?

Он повернул голову.

— Хотя бы сейчас не ищу.

Эстелия встала рядом.

Второй источник открыли для гостей только два дня назад, после того как Терен и Хорвен проверили камень вокруг бассейна.

Золотой пар оказался теплее серебристого.

В темноте он выглядел особенно красиво.

— Завтра будет много людей, — сказал Рейнар.

— Больше шестидесяти не будет.

— Знаю. Мне уже рассказали, как вы отказали последним желающим.

— Тесса всё-таки добралась до вас.

— Я по работе должен…

— Не надо. Я почти поверила, что вы отдыхаете.

Он улыбнулся.

Эстелия посмотрела на воду.

— Боюсь.

Признание вышло неожиданно.

Рейнар не спросил «чего».

И это оказалось удобно.

— Первый день открытия тоже боялись?

— Боялась. И ещё как.

— Но теперь другое.

— Тогда было легче оправдаться.

Она опёрлась ладонями о холодные перила.

— Тогда никто ничего не ожидал. Если бы всё вышло плохо, люди сказали бы: развалины оказались развалинами.

— А сейчас?

— Они едут за тем, что им уже нахвалили. Будут ждать чудес.

— Это называется успехом.

— А я думаю только о том, как бы не разочаровать их.

— Значит, ещё раз всё проверите. Это разумно.

Эстелия посмотрела на него.

— За страх тоже хвалите?

— Нет, страх в перечень достоинств не входит.

— Хорошо. А то мне пришлось бы испугаться ещё сильнее.

Они оба рассмеялись.

Не громко.

Почти одновременно.

И когда смех закончился, тишина между ними снова стала слишком заметной.

Рейнар стоял близко.

На этот раз никто не мог объяснить это картой, узким проходом или скользкой ступенью.

Эстелия видела его лицо в золотистом свете.

Он смотрел на неё без привычной насмешки.

Без проверки.

Без официальной холодности.

Она знала этот взгляд.

Не конкретно его.

Мужской.

За пятнадцать лет брака она не перестала быть женщиной настолько, чтобы не узнать интерес.

Но интерес Рейнара отличался от того, к чему она привыкла.

Он ничего не требовал.

Не делал шаг.

Оставлял решение пространства между ними обоим.

И именно поэтому Эстелии захотелось сократить его самой.

Мысль оказалась настолько ясной, что она испугалась не её, а собственной готовности.

Слишком рано.

Не потому, что существовало какое-то правило.

Потому что она ещё сама не понимала, где заканчивается прежняя жизнь и начинается новая.

— Завтра вам придётся быть ревизором, — сказала она.

Рейнар чуть отступил.

— Пока идёт дело, я и сегодня ревизор.

— Можете хотя бы этот вечер не проверять меня?

— Вы просите меня остаться здесь с вами?

— Не знаю. Я ещё сама не решила, что прошу.

Он посмотрел на неё.

— Обычно вы знаете, чего хотите.

— Рядом с вами это стало сложнее.

— Со мной тоже не всё так просто.

Эстелия улыбнулась.

Рейнар тоже.

На этом всё могло закончиться спокойно.

Но снизу донёсся странный звук.

Не громкий.

Скорее короткий