Три Ножа и Проклятый Зверь - Екатерина Ферез Страница 31

— Так это совсем другое! Ты что, Юри… Я же просто ношу его, это обычай.

— Как так-то? Ты им не пользуешься что ли?

— Нет, конечно, нет… — Миза растерялась, — То есть меня учили с ним обращаться, но это просто дань традиции, обычай.

— Дай попробовать, прошу! Разочек хоть.

— Ой, ты что! Нельзя!

— Да ладно тебе! Никто ж не узнает.

— Ну… Юри, нельзя тебе… Ну ладно, один раз… Ты же моя лучшая подруга! Лучшей подруге нельзя отказывать, верно ведь? Только умоляю, никому ни слова!

— Ладно-ладно, конечно. Давай его сюда.

Миза нехотя протянула копье. Оно совсем не походило на то, что лежало в сундуке у Рады. Простое древко, узкий длинный наконечник. Юри покрутила копье в руках. Оно оказалось намного легче, чем она предполагала. Размахнувшись, бросила вдоль садовой дорожки, целясь в лежащий на боку старый треснутый бочонок. Копье не долетело и до середины пути. Миза довольно рассмеялась:

— Ты ну вообще все сделала не так, как надо, — выдавила она сквозь смех, — Ты что ли никогда не видела, как это делается? Принеси сюда, покажу.

Она с явным удовольствием принялась растолковывать, как следует разбегаться, как ставить ноги, как держать копье, как отгибаться всем телом назад, чтобы придать ускорение броску. Вскоре у Юри получилось добросить копье до бочонка, а потом и вовсе отправить в такой дальний полет, что Миза не смогла превзойти ее достижение.

— Ладно, хватит, — сказала она, — Я вообще не должна была тебе его давать! Никому не говори!

— Ну, Мизочка, дай еще последний разик бросить, а? Дай в мишень попаду, а? Интересно же.

— Вдруг испортишь его…нет-нет…

— Мы же лучшие подруги, Мизочка! — воскликнула Юри, охваченная жгучим азартом. Копье заворожило ее так же, как когда-то ножи. Она чувствовала, как горят мышцы тела, впервые за долгое время как следует налившиеся кровью. Щеки ее алели, а в глазах танцевали огоньки. Ей хотелось бросать копье снова и снова, чтобы проверить себя, испытать меткость и силу.

— Ладно… — нехотя согласилась Миза, — Один раз, последний!

Юри подпрыгнула на месте, схватила копье и отошла подальше. Разбежалась, замахнулась, целясь в прислоненную к дереву крышку от бочонка, и с криком выпустила копье. Острие раздробило мишень на части и вонзилось в ствол.

— Ха!

Она была счастлива.

— Ох, ну что ты наделала! — заверещала Миза, — Как бы Рада не узнала… Ты совсем бешеная! Я ухожу!

Миза с трудом выдернула копье, придирчиво осмотрела наконечник и ушла, громко топая маленькими деревянными каблучками.

Вечером Юри спросила Раду, где можно раздобыть копье.

— Нигде, негодяйка.

— Ну почему? Что в них такого?

— Копья торров священны. Их передают по наследству или делают мастера, сверяясь со звездами и семь дней подряд воспевая Первопредка. Нельзя просто раздобыть копье, Юри. Тем более тебе. Заморца не может даже мечтать прикоснуться к священному оружию торров.

— А Рем? Он может получить свое?

— Разумеется. Он имеет законное право на лунное копье. Ты видела его. Это оружие нашего рода, его слава восходит к соратнице героя Като Раде, что была с ним, когда он сразил Проклятого Зверя.

* * *

После происшествия с копьем, Миза пропала. До Юри дошли новости о том, что Арри предложили должность распорядителя. Она была уверена, что подруга вот-вот появиться на пороге, чтобы рассказать об этом чудесном событии во всех красках и подробностях, но, увы, так и не дождалась. Миза не пришла. Однажды Юри встретила ее на улице, та прогуливалась под руку с какой-то незнакомой девицей. Обе поджали губы и нарочито торопливо прошли мимо. Разлад с подругой тяготил Юри. Она сама не ожидала, что будет так скучать по болтовне о всяких пустяках и по сплетням о тех, кого в глаза не видела. Но как найти пути к примирению не понимала. Нельзя же в присутствии посторонних извиниться за то, что так неосторожно обошлась со столь важной вещью, как священное копье, — это же секрет. А застать Мизу одну никак не получалось. Потому Юри страдала. Для нее не было ничего хуже затянувшейся ссоры и висящей над головой, как топор, неразрешенной проблемы.

Рада, заметив разлад между подругами, решила вмешаться и, встретив однажды Мизу на улице, привела в дом чуть ли не силком. Посчитав, что, сведя девушек вместе в одной комнате, сделала достаточно, она покинула их, давая возможность объясниться без свидетелей.

— Прости меня, Миза, — выпалила Юри, когда они остались одни, — Теперь я знаю, как важно для тебя копье. Прости, что обращалась с ним непочтительно, прости, что напугала тебя. Мне правда очень сильно искренне жаль!

— Ладно, Юри, — грустно ответила Миза.

Слезы наполнили ее большие глаза, а острый маленький подбородок слегка задрожал.

— Мизочка, случилось что? Я не так поняла твою обиду? — встревоженно спросила Юри.

В ответ подруга шумно разрыдалась, закрыв лицо руками. Потребовалось немало времени, чтобы сквозь всхлипы и стоны разобрать ее рассказ. Причиной горьких слез стал первый подарок жениха — золотой расшитый алыми лалами пояс, присланный Миро Златом в дом ее родителей. Ей ничего другого не оставалось, как принять пояс согласно обычаю. Теперь, если не найдется другого жениха, который пришлет ей все три подарка вперед Миро, то к весне их поженят. Юри поразилась, что и тут в Пенторре такой же свадебный обычай, как у речников — принимая три подарка от жениха, девушка дает согласие вступить в брак.

— Ох, Юри, Юри… я точно погибну! Погибну! — воскликнула Миза и снова залилась слезами, уткнувшись в плечо подруги.

— Мизочка, бедная моя… Если бы я могла тебе помочь! Хочешь, давай, убежим со мной, а?

Миза подняла голову. Удивительно, но слезы сделали ее и без того милое личико еще милее.

— О, Юри! Ты ведь и правда можешь мне помочь, — прошептала она, и широко раскрытые припухшие от слез глаза заметались.

— Да, конечно! Давай убежим далеко-далеко! Спрячемся ото всех! — воскликнула Юри.

— Нет, нет, что ты! Это невозможно! К тому же мне что стать безродной заморцей? Да ни за что, лучше умереть…

— Тогда чем же я могу помочь? — спросила Юри. Ее задели слова Мизы, но она решила не обижаться на несчастную зареванную девушку.

— Юри, ты поговори с тотто Ремушем насчет меня… Все-таки это он виноват, что