Последний Паладин. Том 16 - Роман Саваровский Страница 3

— Так ты о мертвецах пришла поболтать или просто похвастаться новой силой? — поймав одну из немногих пауз в тираде девицы, спросил я.

— Нет и нет, — обиженно надула губки Октавия, — но ты ради приличия мог и восхититься моими успехами! Или ты каждый день видишь смертного, который вернулся из загробного мира живым и подчинил его без потери рассудка?

— Насчет рассудка еще вопросики, — хмыкнул я, — но ты права, далеко не каждый кандидат в Паладины Смерти на такое способен. Но сложно назвать тебя обычной смертной, и обычным кандидатом, знаешь ли. Уверен с такими проводниками, посещение загробного мира оказалось легкой прогулкой.

— Ты про мою верную упряжку бешеных лошадей? — ничуть не смутилась веселая Октавия, — да, с ними вышло быстро, но ты не хуже меня знаешь, на что я пошла, чтобы их подчинить. И даже сейчас я не до конца уверена, что мне удалось. В отличие от жителей загробного мира, эти ублюдки болтливые и настырные. Держать их в узде непросто… вот знаешь ли ты Паладин, что это такое, когда тебя постоянно, каждую секунду твоей жизни пытаются сожрать изнутри?

То, что она выговаривает все это мне, а не Мордину, немного утомляло, но признаю, поведение и нападки девицы меня забавляли. Глядя на ее искреннее возмущение и азарт, я видел часть прошлого себя. И это заставляло меня улыбаться.

— Тебе напомнить, как работает Тьма? — с улыбкой спросил я.

После слова «Тьма», Октавию передернуло от воспоминаний. На мгновение она впала в ступор, а красивое личико исказилось гримасой ужаса, но она быстро вернула самообладание и отогнала неприятные воспоминания куда подальше.

— Поняла, ты знаешь, — прокашлявшись, признала черноволосая девица, и ее взгляд стал чуть более серьезным, — ладно, Маркус, я на самом деле пришла не силами меряться, и не хвастаться.

— А зачем тогда?

— Мордин прислал меня, — ответила Октавия прямо в лоб.

— Привет передать просил? — усмехнулся я.

— Передать да, — кивнула девица, — но не привет, а вот это, — зажала она между пальцами и вытянула перед собой перстень, который крутила все это время в руках.

— Передать безделушку мертвого рода владельцев борделя? — удивленно поднял я бровь.

— А? — недоуменно качнула головой Октавия, после чего глянула на предмет в руках и засмеялась, — упс, прости, — стукнула она себя по лбу, после чего зажала его в кулаке, потрясла, и с улыбкой до ушей, вытянула вперед раскрытые ладони, в которых лежал совершенно другой предмет.

Это все еще был перстень, но совершенно другой. Его форма, герб на печатке и структура полностью изменились. И его стихийный ответ теперь не был нулевым.

Мягко говоря.

Ведь его стихийный ответ под стать этому месту равнялся ста процентам.

И этот ее фокус… это была не трансформация, не иллюзия, а перенос. С помощью мира Смерти, Октавия поменяла два предмета местами. Предметы равноценного веса, размера и формы, но совершенно разного содержания. В обычной ситуации такой мощный артефакт при перемещении исказил бы любое пространство, через которое двигался, но будучи артефактом мира Смерти, только через него и можно было его переместить.

И это очередной высокоуровневый фокус, которому Мордин обучил свою преемницу. Пожалуй, стоит признать, что он был прав на ее счет.

Таланты и шанс стать Паладином Смерти у нее действительно есть.

— Это перстень основателя Рода Фон Грэйв, — с нескрываемой гордостью произнесла Октавия, и, подержав его в руках еще несколько секунд, молча бросила его мне.

Я поймал источающий запах самого мира Смерти предмет. Покрутил его в руке. Провел пальцами по старым трещинам и сколам. Никакого подвоха.

Это оригинал.

— Почему ты отдаешь его мне? — спросил я.

— Хм… потому что мы союзники и должны помогать друг другу? — хмыкнула она с серьезным видом, а потом сама засмеялась, и весело отмахнулась рукой, — шучу конечно! Если честно, когда ты убил моего отца, последнее, о чем я думала, это отдавать тебе этот артефакт. Я и отца-то не попыталась спасти во многом потому, что боялась, что перстень достанется тебе. Вернее, чтобы наверняка убедиться, что он никогда тебе не достанется.

— О как, — искренне удивился я, — и почему передумала?

— Не передумала, — показала зубки Октавия, — отдать перстень не моя инициатива. Это все Мордин, будь он неладен. Сказал, что только в обмен на этот артефакт ты скажешь мне как завершить обучение и стать Паладином.

— Вот же козлина! — в сердцах возмутился я.

— Во-во! — подорвалась Октавия и согласно закивала головой, — скажи же! Скажи! Козлина самая настоящая! Я же все сделала! Со всем справилась! А он заладил, «отдай Маркусу перстень», «отдай Маркусу перстень», засранец! Я же все перепробовала! Предлагала ему десятки, сотни, тысячи других вариантов! Была готова на все! На все, что угодно! Но нет, он не дал никаких альтернатив и просто меня игнорил! Ну не тварь ли⁈

— Очень не хотела отдавать перстень мне, да? — усмехнулся я.

— Какая теперь разница, — фыркнула Октавия, — говори давай, как там стать Паладином, и мы в расчете. Клятву там какую дать, кровью расписаться, святыню поцеловать, на ритуальном алтаре возлежать, или что вы там извращенцы старые еще придумали. Говори. Артефакт у тебя, я свою часть сделки выполнила.

— Я не заключал с тобой никакой сделки, — напомнил я.

— Отказываешься рассказывать? Серьезно⁈ — искренне возмутилась девица.

— Не отказываюсь, просто констатирую факт, — пожал я плечами и, покрутив перстень в руке еще раз, убрал его во внутренний карман, после чего вернул взгляд на Октавию, — ладно, — сжалился я, — а ты сама как думаешь, почему Мордин тебе сам этого не рассказал?

— Да я откуда знаю? Потому что хотел помочь своему паладинскому собрату? Выполнить какой-нибудь тупой паладинский долг? Или мне поднасрать и просто посмотреть, как я мучаюсь? Я не знаю! Не знаю! Да и наплевать мне уже, если честно! Только ты, Маркус, не отправляй меня дальше, пожалуйста! И не ври, что ничего не знаешь! Мордин сказал, что именно ты мой последний этап обучения! Сказал, что когда я