Вор Мертвого города. Том 2 - Андрей Глухарёв Страница 29

Молчун без колебаний вложил ониксовую плиту мне в ладонь. Она была на удивление тяжелой, холодной, словно вытягивающей тепло из пальцев. Я расстегнул ремешки своего наплечного мешка, бережно завернул плиту в мягкую тряпицу, чтобы она не звенела о флягу, и сунул внутрь.

— Возвращаемся, — коротко скомандовал я. — Мы и так проторчали здесь дольше, чем планировали.

Мы подошли к провалу в потолке. Оставленная мною веревка сиротливо свисала вниз. Даррен, подгоняемый невидимым кнутом страха, ухватился за нее первым. Он тяжело, с натужным кряхтением подтянулся, упираясь сапогами в неровные края дыры. Его дыхание эхом разносилось по замурованной комнате. Я смотрел ему вслед, прикидывая, выдержит ли крепление. И тут, сквозь гулкое эхо дыхания Даррена и едва различимые шум ветра, бьющегося где-то в куполе Зала Архивов, я услышал что-то странное. Там, в глубине. В бескрайнем, погруженном во мрак колодце библиотечных ярусов.

Бум.

Звук был далеким, приглушенным, но невероятно тяжелым. Словно кто-то уронил на каменный пол кусок свинца размером с лошадь.

Бум.

Следующий удар раздался через пару секунд. Медленный. Совершенно неторопливый.

Я замер. Моя рука, уже протянутая к веревке, опустилась. Я медленно повернул голову и посмотрел на Молчуна. В зеленом полумраке его лицо было неподвижным, но я видел, как его рука плавно, без единого лишнего движения, скользнула под плащ, к скрытому лезвию.

— Козлоногие? — моя мысль вырвалась наружу едва слышным шепотом. Я вспомнил те чудовищные вмятины от раздвоенных копыт, которые мы видели гораздо чаще, чем нам хотелось.

Даррен, который успел вылезти наполовину, застыл в проломе, как пойманная в капкан крыса. Его глаза лихорадочно блестели в темноте.

— Нет, — так же тихо ответил Молчун. — Козлоногие ходят быстрее. Это что-то… тяжелее и неповоротливее.

Бум.

Скрежет. Долгий, протяжный скрежет камня о камень.

Я не стал ждать, пока Даррен освободит проход. Я подпрыгнул, уцепился за край пролома рядом с сапогом наемника и, подтянувшись на одних руках, высунул голову обратно на внешний балкон. Затем я погасил трубком с гномьим мхом, погрузив наш ярус в полную темноту. Мои глаза, быстро привыкая к слабому, рассеянному свету, падающему из пробитого купола далеко вверху, начали шарить по уровням архива.

Бум.

Звук отражался от стен колодца, метался между полками, искажаясь и наслаиваясь. Определить направление было почти невозможно. Он казался вездесущим. Казалось, сам Зал Архивов начал пульсировать в этом медленном, смертоносном ритме.

Я перегнулся через перила, всматриваясь в глубину. Уровнем ниже — ничего. Двумя уровнями ниже — пустота и пыль. А затем, ярусах в пяти под нами, во мраке между стеллажами что-то шевельнулось. Это было большое, серое пятно. Оно двигалось с неестественной неторопливостью. Я прищурился до рези в глазах, пытаясь разобрать увиденное в темноте. Пятно вышло из тени полок на открытое пространство балкона.

У меня пересохло в горле.

Я узнал этот силуэт. Тяжелое львиное туловище, массивная собачья голова с плоским человеческим лицом. Прижатые к бокам костяные крылья. Одна из тех скульптур, что смиренно сидели на гранитных постаментах вдоль чистой аллеи у главного входа. Химера.

Она больше не была прикована к своему месту. Она шагала по балкону, переставляя свои массивные, вырубленные из серого камня лапы. При каждом ее шаге балкон вздрагивал, а пыль взметалась в воздух густыми облаками. Каменные суставы терлись друг о друга с тем самым протяжным, зубодробительным скрежетом, который я слышал секунду назад. Ее слепая морда поворачивалась из стороны в сторону, словно она что-то вынюхивала в воздухе. Вынюхивала нас.

— Теос милосердный, — выдохнул Даррен, который наконец-то выбрался из дыры и теперь лежал рядом со мной, вглядываясь вниз. — Они ожили. Статуи.

— Это не статуи, идиот, — прошипел я, чувствуя, как по спине стекает струйка холодного пота. — Это големы. Тот, кто строил этот архив, не доверял охрану знаний смертным стражам.

Бум. Скррржжж.

Каменная химера внизу остановилась. Ее массивная голова медленно, рывками, поднялась вверх. К нашему ярусу. А в следующее мгновение эхо колодца разорвал новый звук.

БУМ.

Это раздалось с противоположной стороны Архива. Точно на нашем уровне. Я резко повернул голову. Далеко впереди, там, где балкон изгибался, скрываясь за массивной несущей колонной, появилась вторая тень. Еще одна химера медленно выплывала из темноты, перегородив нам путь.

— Они зажимают нас, — процедил Молчун. Он уже стоял на балконе, его ледяные глаза молниеносно оценивали обстановку.

БУМ.

Третий удар. Сверху. Я посмотрел на лестничный пролет, ведущий на верхние ярусы. Оттуда, высекая искры когтями по древним ступеням, спускалась третья каменная тварь.

Глава 6

Бум. Скррржжж.

Звук трущегося друг о друга гранита резал по натянутым нервам хлеще ржавой пилы. Три направления. Три ожившие горы слепого камня, сжимающие вокруг нас свое кольцо.

Я прижался спиной к покосившемуся стеллажу, чувствуя, как древняя древесина мелко вибрирует от каждого их шага. Натренированный годами выживания в самых смрадных подворотнях Столицы и пограничных городов, я лихорадочно перебирал варианты. Их было немного, и все они категорически меня не устраивали. Вернуться к вентиляционной трубе? Я бросил быстрый взгляд вверх, туда, где во мраке пряталось спасительное квадратное отверстие. Нет. Исключено. Чтобы засунуть туда неповоротливого Даррена, мне потребовалась уйма времени и сил. Сейчас у нас нет ни того, ни другого. Стоит нам только зависнуть на стене, пытаясь втиснуться в узкую кишку вентиляции, как эта каменная дрянь просто подойдет и смахнет нас своими когтями, словно перезрелые сливы с ветки. Вентиляция стала мышеловкой. Значит, горизонталь. Нам нужен другой путь. В любом архиве, даже построенном помешанными на химерах садистами, должны быть служебные переходы, мостики между ярусами, пожарные выходы или обрушения в несущих стенах, которые можно использовать как лаз.

— Они тяжелые, — едва слышно, скорее для самого себя, выдохнул я, не сводя глаз с медленно выплывающей из темноты твари на нашем уровне. — Камень есть камень. В нем тонны веса. Они неповоротливы.

Мой взгляд метнулся к лабиринту высоких, забитых глиняными табличками полок, которые тянулись за нашими спинами вглубь Зала Архивов. Стеллажи стояли плотно, проходы между ними были узкими, в них едва бы разошлись двое взрослых мужчин.

— Мы уйдем в ряды, — прошептал я, поворачивая голову к своим спутникам. — Будем петлять, как крысы в амбаре. Их размеры не позволят им быстро развернуться в этих коридорах. Оторвемся, найдем слепую зону и уйдем на нижние уровни.

Даррен часто закивал, судорожно сглатывая. Его рука побелела, намертво вцепившись в эфес меча — совершенно бесполезного куска железа против ожившего гранита. Молчун ничего не сказал, лишь чуть сместил центр тяжести, готовясь к рывку.

И тут, словно сама Бездна решила посмеяться над моими тактическими выкладками, химера, находившаяся на нашем ярусе, остановилась. Она замерла шагах в сорока от нас. Ее гротескная, непропорциональная голова