Милан. Том 10 - Arladaar Страница 27

— Турин понравился больше, чем Милан! — уверенно ответила она.

Пожалуй, это было верное решение, так как Милан — это уже был отрезанный ломоть, прожитый период жизни Стольниковой, который она не застала. О чём тут вообще можно говорить?

— Вопрос всем троим фигуристкам! — сказала Габриэла. — Скажите, пожалуйста, почему была такая тайна насчёт вашего участия в показательных выступлениях? Даже телекомментаторы и журналисты, а также фанаты фигурного катания не знали, что вы будете принимать в них участие. Многие беспокоились, что вы вообще не получили приглашение или сами снялись, по своей инициативе. В списке участников стояли лишь какие-то три безымянные местные фигуристки.

— Наверное, так рассудили организаторы, — пожала плечами Людмила. — О своём тройном показательном мы объявили администрации сразу же, как только приняли решение, и это было ещё вчера. Наверное, местные власти решили, чтобы наше участие стало сюрпризом для зрителей. Как видим, сюрприз состоялся.

— Ну и последний вопрос: какие у вас планы на будущее? — спросила Ирина Тен. — Планируете ли вы что-либо менять в своих программах, разучивать новые прыжки либо ещё как-то улучшать свои способности? Например, ставить новые программы?

— Я менять ничего не буду! — заявила Сашка. — У меня и так сильная, сбалансированная программа, так же как показательный номер. Такими они останутся до конца этого сезона.

— Я тоже ничего не буду менять! — согласилась Акатова. — Мне не в чем улучшаться. Я и так катаюсь на максимуме.

— А я хочу улучшиться! — решительно сказала Людмила. — Я бы хотела поставить новый показательный номер, потому что этот мне уже порядком надоел, вдобавок я хотела бы восстановить хотя бы один четверной прыжок, например, четверной тулуп. Я достигла максимума в результате и дальше не смогу повышать техническую часть своих программ, упёрлась в потолок. Буду решать что делать к чемпионату России вместе с моими тренерами.

Пока Арина отвечала на этот вопрос, Анна Александровна случайно посмотрела на Бронгауза и увидела, как его лицо скривилось от досады. Что такое? Неужели Брон не хочет, чтобы его ученица учила и восстанавливала четверной тулуп? Ведь очевидно, что сейчас Аря полностью, на 100 процентов готова к тому, чтобы сделать решительный шаг вперёд, нужно только не мешать ей!

— Ну хорошо, милые дамы, наш разговор получился очень интересным и содержательным! — похвалила Габриэлла Рубио. — Спасибо вам огромное за выделенные несколько минут своего личного времени. Больше вас не можем задерживать.

Раздались громкие аплодисменты, и Людмила, Сашка и Соня встали со своих мест и направились к столам с закусками. Немного взволновались, поэтому следовало волнение закусить и запить.

После того как интервью с медалистками женского турнира было закончено, журналисты стали расспрашивать остальных спортсменов, которые давали согласие на интервью, но всё-таки интерес к этому перфомансу начал спадать и буквально за очень короткое время совсем угас. Большинство фигуристов и тренеров теперь находились в обеденном зале, продолжали закусывать, и танцевать под бойкие зажигательные итальянские народные мелодии.

Так продолжалось примерно до полуночи. К этому времени Люда окончательно наелась, напилась и порядком устала. Да и вечеринка понемногу сходила на нет. Всё-таки здесь было немного однообразно…

— Дамы и господа! — весело сказал Андреас Джиос. — Прошу накинуть верхнюю одежду и пройти на улицу.

В декабре на улицу в босоножках с голыми ногами — это, конечно, круто! Однако всё-таки пошли абсолютно все, и даже без верхней одежды. Откуда её взять-то? В номер что ли возвращаться? Да и зачем? И так можно потерпеть пару-тройку минут, ведь наверняка Джиос ведёт на улицу, потому что там будет фейерверк.

Люда почему-то сразу подумала, что будет фейерверк, и она не ошиблась.

Когда вышли из гостиницы, прямо перед входом стояли несколько длинноволосых парней, одетых в роскошные камзолы, треуголки с перьями и страшные венецианские маски. В руках ярко горящие факелы. Вид у них был как у людей, только что сбежавших из XVIII века. Увидев фигуристов, итальянцы разыграли настоящее театрализованное представление. Эх, ну умеют блин эти итальянцы во всякие такие штуки!

Подъехала красочная старинная карета, запряжённая четвёркой вороных фризских лошадей, как будто шагнувших из фильмов фэнтези. Из кареты с достоинством ступая по ступеням, вышла девушка в красном платье, с корсетом, из которого вываливалась пышная белоснежная грудь, и длинным шлейфом, стёкшим за ней как вода. Пышные завитые волосы каскадом спускаются до пояса. Конечно, это парик, но очень красиво и натурально сделанный. На лице у девушки тоже венецианская маска с изображением огня. Парни в камзолах и с факелами по очереди кланялись и подходили к ней, целуя руку, как королеве. Потом сообща низко наклонились и одновременно показали факелами в сторону длинной аллеи с бассейном, которые были хорошо видны из номеров гостиницы и окон ресторана. Бассейн сейчас, естественно, был пуст, и в нём были расставлены установки с пиротехникой.

— Дорогие друзья! Раз, два, три, четыре! Огонь! — с восторгом сказал Андреас Джиос.

Естественно, ничего не произошло, пока соизволение на салют не дала Огненная королева! Девушка в маске Огня махнула рукой, и сразу же многочисленные устройства начали грохотать, с каждым выстрелом выпуская вверх георгины, пионы, золотые ивы и прочие виды салюта, взрывавшиеся множеством разноцветных огней. С шумом взмывали и вертелись кометы, разрываясь где-то там, в небесной выси, и растекаясь сотнями белых ярких огней. Начали вращаться с десяток огненных колёс, приводимых в движение миниатюрными ракетами, источающими шлейф искр. Это было очень захватывающее зрелище!

Нарядно одетые фигуристы и участники банкета уже забыли про холод и про то, что они, особенно женщины, стоят на улице при нулевой температуре в лёгкой и даже открытой одежде. Все с восторгом закричали и громко зааплодировали при виде такой красоты. Салют продолжался примерно 10 минут и был очень обильным, наверняка видимым из любой точки Турина. Также его видели все люди, находившиеся поблизости, начиная от обычных прохожих, останавливающих шаг, и заканчивая постояльцами гостиницы, которые смотрели на фейерверк из окон.

Когда салют перестал грохотать, Андреас Джиос пригласил всех обратно в обеденный зал ресторана.

— Пропустим стаканчик напоследок! Согреемся, так сказать! — улыбнувшись, заявил председатель Федерации ледовых видов спорта Италии. — И скажем прощальную речь!

Радостные гости вернулись в обеденный стол, где официанты к этому времени успели немного прибраться и выложить ещё несколько новых блюд. Правда, они уже практически никому не лезли: все наелись досыта.

— Уважаемые дамы и господа! Прошу наполнить ваши бокалы! — заявил Андреас Джиос, и Людмила с удивлением услышала, как дрогнул его голос. — Скажу честно, мне сейчас очень трудно говорить.