Полное погружение, вторая книга - Сергей Александрович Васильев Страница 16

— Такой нежный? — усмехнулся Мирский

— Просто немного не от мира сего. Он ведь не просто подводные лодки строит, он в металле философию воплощает. А мы тут порохом пропахшие на отжатой карете. Представляешь, какой контраст? У него — чертежи, расчеты, минный заградитель, гордость империи! А у нас — казаки — разбойники… Да и вообще, мы, с точки зрения хроноаборигенов — личности весьма мутные — не вписываемся в местный сословный менталитет.

— Йес, мэм! — дурашливо вскрикнул Мирский, — обещаю подавать реплики только после предварительного одобрения и вести себя, как настоящий аристократ. Могу пасьянс разложить, дабы подтвердить свое благородное происхождение.

— Шут! — фыркнула Василиса, но уже без прежнего раздражения.

Впереди забрезжили характерные очертания кипарисовых аллей. Максимова дача встречала их тенистой прохладой, неуместной среди выжженного крымского лета.

Бричка въехала под сень деревьев, и звуки копыт стали глухими. Среди искусственных руин, мостиков и каскадов, которые в шестнадцатом году уже начали понемногу зарастать диким хмелем, фигура Михаила Петровича Налетова показалась им внезапно. Он стоял у одного из прудов, держа в руках свернутую в трубку газету, и смотрел на воду так, будто видел сквозь неё не дно с илом, а стальные борта своей стальной красавицы, уходящей вглубь черноморских глубин.

— Михаил Петрович! — позвала инженера Василиса

Налетов обернулся не сразу. Сначала он будто закончил внутренний расчет, поставил в уме точку, и только потом поднял взгляд. Увидев гостей, на на мгновение прищурился от яркого Солнца, потом нахмурился, увидев в качестве кучера незнакомого морского офицера. Вид у инженера был настолько красноречиво настороженным и недовольным, что Даниил захотел спрятаться за бричку, а бричку отогнать за ближайший куст.

— Василиса Георгиевна! — обратился инженер к Стрешневой, косясь при этом на Мирского, — а я как раз хотел как-то с вами связаться, у меня хорошие новости — удалось «оживить» ваш… механизм.

— Круто! — радостно выдохнула Вася, совсем забыв, что такое выражение вряд ли будет правильно понято.- как вам это удалось?

— А это… — Налетов одними глазами указал на Мирского, — вы нас представите?

— Это свой, Михаил Петрович, — поспешно произнесла Василиса, спрыгивая с брички…- Даниил…

— Граф, — перебил ее Дэн, решив, представиться местной фамилией, доставшейся ему в госпитале.

— Ваше сиятельство? — удивленно переспросил Налетов

— Нет, Граф — это фамилия, — улыбнулся Дэн и протянул инженеру руку.

— Надежный, говорите? — проворчал инженер, пожимая протянутую руку и не сводя глаз с Даниила. — Василиса Георгиевна, я ценю вашу рекомендацию, но времена нынче смутные… Да впрочем, чего я вру, они всегда были смутные…

— Простите, Михаил Петрович, — решил перехватить инициативу Дэн, — но я не просто свой. Без меня у вас нет ни единого шанса заставить работать… как вы сказали «этот механизм»

— Это почему? — в глазах инженера загорелся огонек азарта

— Там на входе пароль, — усмехнулся Мирский, — и пароль — это я

— Крайне любопытно, — пробормотал инженер, недоверчиво косясь на Дэна, — ну что ж, пойдемте.

Они прошли по узкой тропинке, мимо искусственных гротов и зарослей глицинии, к уже знакомому Василисе флигелю. В лаборатории пахло озоном и крепким табаком. На верстаке под стеклянным колпаком, как лягушка на анатомическом столе студента-медика, возлежал, разобранный на части и опутанный проводами айфон. Тонкие медные жилы от гальванометров и вольтметров тянулись к его портам, а на его черном экране призывно светилась индикация полного заряда.

— Вот он, ваш гость из будущего, — прошептал Налетов голосом жреца у Щита Марса(*)

Даниил медленно подошел к столу. В антикварной обстановке лаборатории айфон выглядел чужеродным объектом, заброшенным в прошлый век по чьей-то жестокой прихоти. Громоздкие катушки Теслы поблизости едва слышно гудели, создавая в воздухе статическое напряжение, от которого волоски на руках вставали дыбом.

Даниил замер над верстаком, глядя на хаос из микросхем, стекла и проводов. Его лицо выражало смесь благоговения и ужаса.

— Михаил Петрович, — начал он, стараясь сохранить спокойствие. — Объясните мне, как человеку разумному: зачем нужно было разбирать его до последнего винтика? Это же не паровоз! Как мы теперь соберём эту… эту штуковину обратно, чтобы она работала?

Налетов снисходительно улыбнулся.

— Во-первых, сударь, не до последнего, а всего на двенадцать частей. Главной задачей, молодой человек, была зарядка сего дивного агрегата, — произнёс он с профессорской важностью. — Во-вторых мои гальванические элементы для него категорически не подходили. Они не имеют функций защиты от перезаряда, перегрева или короткого замыкания, что делало процесс зарядки потенциально опасным. Пришлось конструировать переходники и вручную контролировать все параметры. В третьих — собрать мы это сможем, ибо я каждый этап разборки фиксировал на фотопластины.

Налетов извлек из ящика стопку стеклянных прозрачных квадратиков, где матово проступали мутные нечеткие линии.

— Вот, смотрите. — ткнул он пальцем в одну из них, подняв на свет, — позиция один — задняя крышка, позиция два — аккумуляторный отсек…

Началось великое собирание.

— Лисси, не трогай эту штуку, это, кажется, фронтальная камера! — шипел Даниил используя свои пальцы, как трехмерную струбцину.

— Это не камера, это тачпад! Или как там его… — парировала Василиса, роняя маленький винтик, который сразу же покатился под верстак.

— Чёрт возьми! Базовый! — Налетов, бросаясь на четвереньки. — Василиса Георгиевна, светите фонарём! Нет, не керосиновой лампой, мы же всё подожжём тут!

— Ах ты, железяка проклятая! — раздалось из-под стола. — Даниил, Бога ради подвиньтесь, вы мне на руку наступили!

Ругань чередовалась с советами, которые становились всё более абсурдными:

— Попробуйте приложить эту плату к экрану и подуть на неё!

— Может, нагреть паяльником? У меня есть отличный паяльник на углях!

— Нет, стойте! Это же процессор! Его нельзя паяльником!

Через час сборочной корриды айфон напоминал скорее современную абстрактную скульптуру, чем телефон.

— Так, стоп! — скомандовал Налетов, — отставить метания, смотрим снимки!

Они уставились на мутные изображения на стекле, пытаясь разглядеть детали при свете лампы. Это было похоже на чтение древних рун.

— На позиции семь… кажется, эта штуковина крепится сюда… — бормотал Налетов.

— Нет, это на позицию восемь! — поправляла Василиса.

— Оба неправы! Это вообще от патефона! —