Сладкая ложь против горькой правды - Елена Полярная Страница 11

— Ну ладно. Но тогда я сама выберу ресторан. А то мне надоело, что ты вечно приводишь меня в какие-то отстойные места, где даже сфоткаться нельзя.

— Как скажешь. Сегодня ты у нас главная.

Договорившись с Лизой, я вызвал такси, не ответив на звонок жены, и на несколько часов забыл, что вообще женат, не думая о проблемах и ни о чём не переживая.

И домой я вернулся ближе к полуночи, хотя мне и хотелось заночевать с любовницей, чтобы не выслушивать недовольство Оли, поджидавшей меня у самой двери. Но, представив, какой скандал будет меня ждать, если я вернусь только утром, я решил не играть с судьбой и лишний раз не провоцировать жену. К тому же она могла что-то заподозрить.

— Марк, у меня просто нет слов! Такое ощущение, как будто ты не мой муж, а бунтующий подросток, который в обиде на меня! — чуть ли не прошипела Оля, стоило мне только переступить порог квартиры.

Ненакрашенная, в коротком чёрном халате, с волосами, собранными в забавный маленький хвостик, в пушистых тапочках алого цвета, она выглядела по-домашнему мило, но... Но во всём проигрывала той же Лизе. Так что я и не представляю, что с ней будет лет так через пять, когда морщины станут глубже, а кожа окончательно потеряет упругость. У меня-то уже, как оказалось, на неё не стоит. Потому что с Лизой у меня не возникло такой проблемы.

И стойко вынеся нагоняй от Оли, так устав за этот день, а заодно получив желанную разрядку, что мне уже не хотелось с ней спорить, не говоря уже о том, чтобы как-то оправдаться или приструнить жену, я не стал спрашивать, как прошёл её ужин с Денисом и Аней, и сразу же лёг спать.

Глава 10

Глава 10

Ольга

Я была так возмущена поступком мужа, его грубостью, попыткой оскорбить меня, а потом побегом, что на следующее утро я не сказала ему ни слова, чувствуя, что не так уж и сильно меня теперь пугает наше расставание.

И я не могла не заметить, что Марк вернулся в хорошем настроении, уставший, но уже без былой злобы в карих глазах, что указывало на то, что пока я переживаю за наш брак, он хорошо проводит время, не думая ни о чём, кроме как о себе.

Он даже не соизволил извиниться и спросить, как там дела у Дениса, не заметил моего внимательного взгляда и подозрительности, проигнорировал моё недовольство и даже небрежно оставил телефон в прихожей, чем я воспользовалась.

Стоило только мужу перед сном зайти в ванную, как я тут же проверила список его контактов, пытаясь найти Лизу, точнее её номер. Но вот в чём дело, в истории вызовов не отображался телефонный номер моей бывшей подруги, которая якобы звонила ему несколько недель назад.

Правда, я также не нашла ничего подозрительного, что могло бы указать на неверность.

Но это также могло указывать на то, что Марк умеет хорошо подчищать за собой все следы.

Так и не найдя в телефоне мужа ничего интересного, я всё равно отметила про себя отсутствие номера Лизы.

Вот какой смысл было удалять его из списка звонивших номеров?

Всё это очень странно и подозрительно. И кажется, я уже не смогу успокоиться, пока не докопаюсь до правды.

Проснувшись, Марк тоже не спешил нарушать молчание, как будто ждал от меня первого шага, не чувствуя за собой никакой вины. Но когда он заметил, что я больше двадцати минут копаюсь в своей шкатулке с украшениями, перед этим несколько раз перепроверив каждый уголок в комнате, он спросил:

— Ты что-то потеряла?

— Ого, кто решил заговорить со мной.

— Оля, давай обойдёмся без этого ехидного тона, а то всё закончится точно так же, как и вчера. Ты этого хочешь?

— Ты имеешь в виду, что ты опять убежишь, хлопнув дверью? Какая же у тебя, оказывается, ранимая натура.

— Оля, я не хочу с тобой ссориться. — Говоря непривычно мягким голосом, что сбивало с толку, Марк подошёл ко мне, встав так, что я больше не могла его игнорировать и делать вид, что я полностью поглощена поиском золотых серёжек, которые всё никак не могла найти.

А ведь я точно помню, что вчера, после того как на одной серьге сломалась застёжка, я положила их на стол, прямо на самое видное место, чтобы не забыть в понедельник отнести к ювелиру.

— Вот только пока ты делаешь всё, чтобы настроить меня против себя. И я, как ни пытаюсь, всё никак не могу тебя понять.

— Ну ты же знаешь, что у меня сейчас непростое время и иногда я могу реагировать слишком резко, за что мне потом самому стыдно. Ты просто в такие моменты не принимай всё близко к сердцу и не трогай меня, тогда всё будет хорошо.

— То есть ты даже не будешь пытаться сдерживаться? И ты предлагаешь мне терпеть твои закидоны? А хорошо ты это придумал! Жаль только, что не подумал обо мне.

Выпрямившись, я шагнула к двери, но Марк остановил меня, встав передо мной и взяв за руки.

И снова он казался тем самым мужчиной, которого я когда-то полюбила. И от вчерашней раздражительности не осталось и следа.

— Оленька, ну прости меня. Обещаю, я стану лучше. Вспомни, как я намучился с тобой, когда ты была беременная. И я не сказал тебе ни одного плохого слова, молча делая всё, что ты от меня требовала. А требовала ты многого, знатно помотав мне нервы.

— Ты, наверное, забыл, что тогда мне было двадцать четыре года и на меня в буквальном смысле влияли гормональные сбои. А ты уже взрослый мужчина, и ты уж точно не беременный, чтобы оправдать свои скачки в настроении.

Марк в ответ просто улыбнулся, попытавшись притянуть меня к себе, но я отстранилась от него, чувствуя себя как-то некомфортно в его объятиях, хотя раньше так любила прижиматься к его груди.

Зачем он это делает? Зачем даёт надежду, что у нас с ним всё ещё может быть хорошо, что это не более чем временный кризис в отношениях, после которого всё наладится? То я для него старая и уже не сексуальная, а то он смотрит на меня с такой нежностью, что всё во мне хочет ответить ему той же взаимностью.