Власть книжного червя. Том 4 - Kazuki Miya Страница 103

ничего необычного в том, что забеременевших служительниц свиты заменяли на других, а это означало, что леди Флоренция, которая брала в свиту только вассалов женского пола, неизбежно придется взять кого-то нового. Когда пришло время, она решила не брать слуг, тесно связанных с леди Вероникой, и пригласила мою мать служить ей. На это без сомнения повлияло то, что Мать держалась на расстоянии от леди Вероники, а мой отец служил предыдущему аубу.

Лорд Карстед, впечатленный усердной работой моих родителей, взял Ангелику в качестве ученика рыцаря-стража леди Розмайн. Мои родители, конечно, хоть и не напрямую, но выразили бы свое несогласие с этим предложением, если бы с ними заранее посоветовались, но командор рыцарей с этим предложением подошел прямо к Ангелике, которая тут же согласилась.

— Я думала, что все кончено, когда леди Ангелика провалила выпускные экзамены и ей велели брать дополнительные уроки, — продолжала Фридель, качая головой.

Необходимость в дополнительных уроках сама по себе была поводом для того, чтобы стать посмешищем в благородном обществе, и если бы Ангелику также попросили оставить службу в качестве рыцаря-стража, она, несомненно, потеряла бы всякую надежду когда-либо найти подходящего партнера для замужества. Более того, она была выбрана в качестве ученицы рыцаря-стража только из-за доверия, которое мои родители заслужили своей службой. Её освобождение от обязанностей означало бы, что эрцгерцогская чета и рыцарь-командор более не доверяют нашей семье. Никто из знатных людей не хотел бы видеть нас своими вассалами, и нам, сестрам, скорее всего, было бы очень трудно найти работу и выйти замуж. Тот период времени и вправду был очень страшен для нас.

Ангелика, тем временем, не проявляла никакого беспокойства по поводу необходимости брать дополнительные уроки. В какой-то момент даже казалось, что она может не окончить полный курс обучения в Академии. Те, кто не проходил полного обучения в Королевской академии, не считались дворянами в глазах благородного общества, а это означало, что ее штаппе был бы запечатан, и она была бы низведена до служения нашей семье в качестве скромной слуги.

Тем не менее, Леди Розмайн относилась к ней, как к вассалу и даже помогла организовать учебную группу, чтобы убедиться, что она сможет успешно сдать проверочные экзамены. Она спасла не только мою сестру, но и всю нашу семью. Я испытывала к ней просто безграничную благодарность.

— Теперь, когда Леди Розмайн в Королевской академии, моя сестра очень воодушевлена продолжать учебу. Она уже совсем не та, какой была в прошлом году, — отметила я.

Эмерика кивнула.

— Она, должно быть, рада, что в последний год ей представилась такая возможность.

— Если бы только она и Леди Розмайн с самого начала учились на одном курсе! — сказала Фридель с задумчивым вздохом. — Нам всем было бы гораздо легче.

Я поправила юбку, пока две служанки сдержанно смеялись над последней фразой.

***

Как только я была готова, пришло время будить мою сестру. Первой начала действовать Фридель.

— Просыпайтесь, леди Ангелика. Леди Лизелета закончила одеваться.

— Мнн… Но у нас нет занятий, и сегодня у нас нет практики… — пробормотала Ангелика, обнимая свое одеяло и отворачиваясь, её шелковистые синие волосы развевались позади нее. Она была так же красива и очаровательна, как и всегда, и точно так же совершенно не похожа на девушку родом из благородной семьи. Фридель раздраженно вздохнула, когда я шагнула вперед, чтобы предпринять следующую попытку.

— Сестра, даже в выходной день у тебя по утрам тренировка диттера, не так ли? Пожалуйста, вспомни, Корнелиус сказал, что ты не сможешь участвовать в тренировке, если сначала не закончишь учебу. Я понимаю, что тебе трудно, но Леди Розмайн будет разочарована, если ты не сделаешь все, что в твоих силах.

— А, точно… Утром мне нужно учиться… Я должна учиться, хотя у меня нет занятий… — простонала Ангелика сонным голосом и наконец начала двигаться. Сначала её движения были довольно неспешными, но как только она встала с постели, все пошло намного быстрее. Теперь она прекрасно справится и без меня.

— Лизелета, — сказала она, протирая заспанные голубые глаза. — Я переоденусь и сяду за учебу, а ты пойди спроси Рихарду, как дела у Леди Розмайн.

Мне было очень странно слышать, что одними из первых слов, которые Ангелика произнесла по пробуждении были “учеба” и “Леди Розмайн”. В прошлом году она занималась только тогда, когда Корнелиус загонял её в угол в общей комнате, но теперь она собиралась заниматься одна в своей комнате. Тем не менее, эта готовность, вероятно, проистекала только из того факта, что ей было запрещено исполнять обязанности рыцаря-стража, пока она не сдаст свои письменные уроки.

Присутствие Леди Розмайн по близости имеет просто огромное влияние…

— Конечно, — ответила я. — Пусть наша разлука будет краткой.

***

Я вышла из комнаты, доверив утренние труды над Ангеликой Фридель и Эмерике. Я прошла вдоль по коридору, и легонько постучала в дверь, где собирались остальные вассалы. Затем открыла её как можно тише.

— Доброе утро, Рихарда. Как себя чувствует Леди Розмайн? — спросила я.

Рихарда, что доливала в заварку кипятка, остановилась на полпути и посмотрела на дверь, ведущую в комнату Розмайн.

— Я проверила её минуту назад, и, похоже, зелье, которое она выпила прошлой ночью, заметно улучшило её здоровье. Она должна быть полностью здорова после сегодняшнего дня, проведенного в постели.

Вчера Леди Розмайн отправилась в Самый Дальний Зал, чтобы найти свою Божественную Волю, но на обратном пути потеряла сознание. Она вернулась на своем ездовом звере, двигаясь гораздо медленнее, чем обычно, и затем была оставлена на попечение одной единственной Рихарды, чтобы свести риск окрашивания Божественной Воли чужой маной к минимуму. Нам всем было строго запрещено приближаться к Леди Розмайн, пока она не впитает в себя Божественную Волю.

— Я просто очень волновалась, потому что никогда раньше не слышала, чтобы кто-то терял сознание в Самом Дальнем Зале… Корнелиус и Хартмут были особенно обеспокоены за прошлым ужином, так как ни один из них не имеет права подниматься на третий этаж. Даже моя сестра упомянула Леди Розмайн почти