Велесовы сыны - Дмитрий Васин Страница 96

Последовал новый взмах кнута и снова собачий визг, заставивший замереть всех, кто находился в этом подвале.

От удара, суконная куртка на конверсе лопнула, словно она была скроена из бумаги.

— Запомни, скот! С ними, решите всё без меня! Быстро и без мучений! — Видимо, даже у неё в груди было что-то наподобие обычного человеческого сердца. Всё-таки столько лет прожитые вместе накладывали свой отпечаток, а Агата как-никак была женщиной.

— Я уйду через боковые ходы, точно так же, как и попала сюда! А вы, пойдете напрямую, через центральные двери. Ты меня услышал, Бертран?

И еще раз!

Если я узнаю, что ты ослушался, пожалеешь! — Все в подвале стояли с опущенными головами, как нашкодившие мальчишки. — И пока не уйду, не вздумайте предпринимать никакого действия, относительно этих двух. Не хотелось бы видеть, как все это произойдет!

Повернувшись Агата быстрым шагом проследовала туда, откуда и появилась в этом подвале.

Этот незаметный проход уводил к Арсеналу, комнате охраны и помещению, где в монастыре хранилась казна, а также все его сокровища и реликвии.

Таких вещичек, за прошедшие столетия, накопилось достаточное количество. Все они представляли огромную ценность, даже для такого богатого государства как Франция.

Послышался звук проворачиваемого в замке ключа, а затем в воздухе повисла тишина, более не нарушаемая ничем.

И лишь через значительный промежуток времени все присутствующие обрели способность двигаться и разговаривать меж собой.

Двое подручных неспешна подняли и посадили лежащего на полу Бертрана, ещё не полностью пришедшего в себя от невыносимой боли. Удары хлыстом наносимые его хозяйкой были чрезвычайно болезненны и почти не поддавались лечению.

Почему? Никто, из докторов, до сих пор не дал внятного объяснения этому феномену. Не помогали ни мази, ни растирания, ни присыпки, коими лечили раны ландскнехтов и рыцарей сражающихся на поле боя.

— Откройте центральные двери! — Сквозь зубы приказал Бертран, ещё не пришедший в себя от удара бичом. — От неё ничего не скроешь! Поэтому делайте так, как приказала эта гадюка! При первом же удобном случае, надо будет с ней поквитаться, а пока молчим и делаем то, что нам говорят.

Один из его приближенных не торопясь подошёл и поднял засов, на двери центрального входа в монастырские винные погреба. А затем, двери подвала стремительно распахнулись и в обе створки ввалилась куча народу под предводительством Джакомо-библиотекаря.

Хитрый неаполитанец, стремительно ворвавшийся в подвальное помещение, за за один миг сумел оценил обстановку, увидев связанных словно бараны отца-эконома и настоятеля.

Через секунду путы на руках и ногах у обоих несчастных были разрезаны, а они сами оказались окружены теми, кто пришел сюда вместе ним. Поиски пропавшего главы монастыря завершились, и нельзя сказать, что это происходило не совсем вовремя.

Здесь же находились Рене и Эмиль, конверсы, посланные настоятелем прикончить иезуита, в ту роковую ночь, в трапезном зале монастыря.

Сейчас, Дитмар был ему таких же товарищем, чудом избежавшем смертельной опасности и с этим тоже еще предстояло разбираться долго и кропотливо. Но всё это будет гораздо позднее, а сейчас в другом углу винного подвала сгрудились те, кто и должен был осуществить эту казнь.

Настоятель поднялся и взяв в руки услужливо поданный ему кинжал-базелард неторопливо подошёл к Бертрану, который стоял не жив ни мёртв, вжавшись в стену подвального помещения. Улизнуть через боковой проход эти преступники не смогли.

Уходя, Агата заперла дверь на ключ, который она забрала с собой, бросив на произвол судьбы остальных.

Заглянув Бертрану в глаза, Франсуа де Готье произнёс: «Встретимся в аду!» А затем вонзил базелард в глаз предателя до самого основания.

Глава 32. Средневековье. Новые обстоятельства