Предатель. Ты не узнаешь о сыне - Нэнси Найт Страница 8

─ С чего бы вдруг мне его бояться? ─ смеется он. ─ Я в курсе того, что ты крутишь с Усмановым шашни, но ребенок точно не от него. Даже не пытайся меня одурачить.

─ Ты сам себя дурачишь! ─ не отступаю от своего. ─ Сам придумал себе что-то и веришь в это. Ваня не твой сын, Рома! Не твой!

─ И что же ты не живешь вместе с Усмановым, если это его ребенок? ─ победно усмехается Радов.

Нервно сглатываю, понимая, что меня почти раскусили, а мой план близок к провалу.

─ Он специально скрывает свое отцовство от таких, как ты, ─ фыркаю я. ─ Чтобы никто не навредил нашему сыну. Ваш бизнес слишком кровожаден, и в нем не жалеют даже детей.

─ Я бы никогда даже не подумал вредить конкуренту через его семью, ─ чеканит он. ─ А вот Усманов ─ легко. Ты, видимо, еще не понимаешь, с кем я связалась.

─ Он отец моего сына, и тебя вообще не должно волновать, с кем я связалась. Отпусти нас и не создавай ни себе, ни нам проблем. Обещаю, я ничего не расскажу Андрею о произошедшем, если ты сейчас одумаешься. Не совершай ошибку.

Радов ничего не отвечает, и во мне зарождается. Может, я все же смогла убедить его в том, что Ваня не его сын?

─ Просто отпусти нас, прошу, ─ вновь повторяю я, пытаясь додавить Радова до принятия решения.

Но он по-прежнему молчит, отвернувшись к окну. А через несколько минут автомобиль останавливается возле медицинской лаборатории, и Радов, наконец, произносит:

─ Ты не очень убедительна, Соня. И тест мы все равно сделаем. Но если окажется, что я ошибся, а это в принципе невозможно, то я оставлю тебя навсегда.

С этими словами Радов выходит из машины, обходит ее и открывает мне дверь.

Крепче прижимаю сына к груди и выхожу. Меня шатает, а ноги подкашиваются. Что мне делать теперь? Ведь Ваня ─ его сын, и тест это покажет. Надеяться на лабораторную ошибку? Очень глупо и почти нереально. Прямо сейчас убежать? Тоже не выйдет, меня нагонят быстрее, чем я успею добежать до соседней улицы.

Остается только попробовать договориться с сотрудником, который будет брать биоматериал. Может, он сжалится надо мной, если я предложу приличную сумму денег? Наличных, правда, у меня сейчас нет, только деньги на карте, и их не так много. Но я готова отдать все до копейки, лишь бы Радов оставил нас в покое!

Заходим в лабораторию, и я сажусь в кресло, пока Радов договаривается о тесте. Бегло оглядываю помещение, надеясь ускользнуть через какой-нибудь другой выход, но лишь огорчаюсь ─ дверь здесь только одна, а прямо за ней стоят охранники Радова.

─ Тест будет готов через четыре дня, так что будешь это время с сыном жить в моем доме, чтобы никуда не сбежала, ─ грозно произносит Радов, подойдя ко мне.

Меня переполняет возмущение, но я даже не успеваю ничего возразить, как нас приглашают в кабинет для проведения теста.

─ Иди, а мы после тебя зайдем. Не будем толпиться, ─ обращаюсь я к Радову, ведь если мы будем в кабинете вместе, то я уж точно не смогу ни о чем договориться.

─ Заходи, ─ твердо произносит он и кладет тяжелую ладонь мне на талию, направляя в кабинет.

Ну все. План провалился. Теперь остается надеяться только на ложный результат теста. Пусть так и случиться, пожалуйста!

Женщина-лаборант берет у Радова мазок из ротовой полости, убирает в специальную колбу, закрыв ее крышкой, а затем подходит к Ване.

─ Ну-ка, открой ротик, ─ с игривой улыбкой произносит она, а затем демонстративно открывает свой рот, чтобы Ваня последовал ее примеру.

Но сынок непреклонен, и женщине приходится взять мазок силой, отчего Ваня пускается в плач.

─ Ну-ну, тише, ─ пытаюсь успокоить его, покачивая на руках, но он весь изворачивается и продолжает плакать. ─ Это ведь было совсем не больно. Не расстраивайся так, пожалуйста.

Хочется и самой зарыдать вместе с сыном, но я держусь. Быстро выхожу из кабинета, взглядом нахожу уборную и иду прямиком туда.

─ Куда ты собралась? ─ хватает меня за руку Радов, останавливая.

─ Хочу покормить Ваню, чтобы он успокоился после твоей идиотской приходи, ─ фыркаю я.

─ Подожди, сейчас я попрошу выделить тебе кабинет, где вам будет удобно…

─ Не нужно никого просить, на это нужно время, а Ваня уже в истерике, ─ недовольно отвечаю я и снова направляюсь к уборной, и на этот раз Радов меня уже не останавливает.

Захожу внутрь, запираюсь и прикладываю сына к груди. Причмокивая, он начинает сосать молоко и всхлипывает.

─ Бедный мой. Издевались над тобой, да? ─ жалобно протягиваю я и оглаживаю голову сына. ─ Мой маленький сладкий котик. Не бойся, я ни за что не отдам тебя этому ужасному дяде.

Вскидываю голову кверху и тяжело вздыхаю, из последних сил сдерживая слезы. Сейчас Радов отвезет нас в свой дом. А что дальше? Дождется результата, а потом выкинет меня прочь? И, кстати, что на это вообще скажет его жена? Он ведь не развелся? Надеюсь, что нет, и тогда хотя бы она его сможет образумить.

Пытаюсь придумать еще хоть какой-то выход из ситуации, и вдруг взгляд падает на окно, приоткрытое на проветривание. Делаю несколько шагов вперед, отодвигаю штору и смотрю вниз. Первый этаж, до земли не так уж и далеко, да еще и баки для отходов стоят прямо под окном. Надеюсь, они выдержат мой вес…

Глава 6

Вылезти из окна кажется довольно просто, но как только я решаюсь перейти к действиям, меня сковывает дикий страх. А если я случайно поскользнусь и упаду? Неважно, если я получу какую-то травму, ─ переживаю только за Ваню. Если из-за меня с сыном что-нибудь случится, то я никогда себе этого не прощу.

Я уже готова смириться со своей участью и вернуться к Радову. Что-нибудь обязательно придумаю, выкручусь из ситуации. Возможно, смогу заставить его сжалиться надо мной, хоть это и будет непросто.

Но вдруг замечаю, как из-за угла выворачивает светловолосая девушка, и решение проходит в голову само собой.

─ Девушка! ─ как можно тише зову ее, чтобы Радов не услышал меня из-за двери.

Блондинка явно слышит мой зов, вот