После развода. Любовь без срока давности - Марта Макова Страница 8

— Максим у вас? — пропустила мимо ушей хамский тон и оскорбления.

— Что, бестолковая, и сына потеряла? — засочился довольным ядом голос свёкора. — Ни на что не способная. Ни мужа удержать, ни сына. Я всегда говорил, что ты непутёвая.

— Так у вас или нет? — сцепив зубы, переспросила я.

— Нет. — отрезал свёкор. — Игнату звони.

Сбросив звонок, уставилась пустым взглядом в темноту за окном. Я была уверена, что если не к друзьям, то Максим поехал бы к деду. В последнее время они очень сошлись. Свёкор под любым предлогом заманивал нашего младшего сына к себе. Дарил то дорогой телефон, то плейстейшн последней модели. И, как оказалось, настраивал моего сына против меня.

Ближе к одиннадцати, так и не дождавшись от Максима ответов на мои звонки, решила набрать Игната.

— Что-то случилось, Лида? — голос мужа звучал устало и обречённо.

— Игнат. — я слепо таращилась в ночное окно и потирала ладонью грудь, пытаясь разогнать скопившиеся в ней боль и страх. — Максим не у тебя?

— Нет. — обострился голос мужа. — Что случилось?

— Он ушёл ещё в обед и до сих пор не вернулся. — я устало присела на стул и закрыла глаза. Не у Игната. А вдруг с сыном случилось что-то плохое? — Он на звонки не отвечает. Я переживаю, Игнат.

— Вы поссорились?

— Я ударила его. — призналась, чувствуя, как печёт лицо от стыда и раскаяния.

— Я понял тебя, Лида. — сухо произнёс Игнат. — Оставайся дома, я сам найду его и верну.

Минуты казались бесконечными, я потеряла счёт времени, и не в силах больше бродить по дому, накинула тёплый кардиган и вышла во двор. Как часовой ходила по тропинке от дома до калитки и потом вдоль забора, оплетённого цветущей бугенвиллией и клематисом. Туда и обратно, отмеряя шагами расстояние.

Устав до головокружения ходить по заданной траектории, присела на ступеньку крыльца. Прислушиваясь к звукам, доносящимся с улицы, куталась в тёплый кардиган и кусала губы.

Где-то на соседней улице, шумно шурша колёсам, проехала машина и снова тишина. Только фонарь у дома напротив разливал жёлтый, тревожный свет, в котором короткими вспышками мелькали ночные мотыльки.

Наконец, освещая фарами дорогу, к дому подъехала машина Игната. Я поднялась со ступеньки и обняла себя руками.

Муж не стал открывать ворота и въезжать во двор. Остановился снаружи перед домом. Громко хлопнула дверца машины, и через секунду в калитку ворвался Максим. Взбешённым ураганом промчался по дорожке к дому, тяжело и зло сопя, пролетел мимо меня, не удостоив даже словом, рывком открыл дверь и исчез за ней.

Я проводила его взглядом и снова повернулась к калитке. Муж даже не зайдёт? Так и будет избегать меня до самого суда? Или на суд тоже придёт только его адвокат-людоед?

Глава 9

Игнат уверенно и не торопясь, будто вернулся домой после долгого и трудного дня, шёл по дорожке к крыльцу. Вмонтированная с обеих сторон в бордюры ночная подсветка, которую муж шутливо называл взлётно-посадочной полосой, не давала достаточно света, чтобы разглядеть лицо мужа. Но было заметно, что широкие плечи слегка опущены, и все движения усталые, чуть замедленные.

— Где он был? — спросила поравнявшегося со мной Игната.

— В компьютерном клубе. Резался в Доту со своей командой. — глухо проговорил муж. — Напоишь кофе? Мне ещё обратно ехать. Не высыпаюсь дьявольски.

Молодая жена спать не даёт? И снова ревность и обида комом подступили к горлу. Я не двинулась с места, только поплотнее запахнула кардиган и обняла себя руками. Кофе он мог выпить и на автозаправке, которая стояла на выезде из нашего посёлка на трассу.

— Нам нужно поговорить, Лида. — тихо, но уверенно произнёс Игнат, привычным движением обнял меня за плечи, разворачивая к дому и увлекая за собой.

Я резко дёрнулась, освобождаясь от тяжёлой руки на своих плечах. Это невыносимо. Это как подсохшую корочку со свежей раны содрать. Жжёт до невольной дрожи.

— Не надо. — просипела осевшим голосом.

— Прости. Привычка. — кажется, не меньше моего удивился своим действиям Игнат и уже не оглядываясь на меня, вошёл в дом.

Всё это выглядело так обыденно, так привычно взгляду, что я растёрла лицо ладонями, пытаясь согнать морок. Игнат на нашей кухне. Чуть взъерошенные, как после сна волосы. Знакомые до мельчайших нюансов действия. Муж подслеповато щурился, стоя возле запущенной кофемашины, и тряс головой, пытаясь разогнать сон. Заученными до автоматизма движениями открыл дверцы шкафчиков, достал кофейные чашки, сахар для меня, ложки.

— Тебе с молоком? — не задумываясь, по накатанной задал вопрос, и я не выдержала.

— Игнат. — позвала, пытаясь выдернуть и его, и себя из иллюзии прежней жизни.

Муж медленно повернулся и посмотрел на меня. Озадаченно свёл густые брови.

— Поговори с сыном. — я нервно хрустнула пальцами. Дурацкая привычка, выдающая меня с головой. — Ему сейчас очень нужна опора, крепкое мужское плечо. Он к деду бегает за поддержкой, а тот настраивает его против меня. Максим даже гадости говорит мне прямо словами и интонациями твоего отца.

— Я поговорю с отцом, Лида. — беря чашку с приготовленным кофе, кивнул Игнат. — Этого больше не повторится.

— И с Максимом. — тихо настояла я.

— У нас сегодня состоялся очень серьёзный разговор с сыном. Думаю, Максим понял всё, что я старался до него донести. — Игнат поставил вторую чашку в кофемашину и замер на секунду, бросил на меня быстрый взгляд. — Так тебе с молоком сделать или покрепче?

— Я не буду кофе. — отказалась я. После него вообще не усну, и так всю неделю нормально не спала, организм уже начал давать сбои. Давление скакало, голова была словно свинцом залитая, сердце сбоило, зрение плыло. Вместе с разрушенной жизнью рассыпалась и я.

— Он попросился переехать жить ко мне. — Игнат поджал губы и сосредоточенно нахмурился.

Моё сердце пропустило удар. Я судорожно вздохнула и замерла.

— Я не против, но считаю, что в такой момент Максим должен быть рядом с тобой, поддержать тебя как мать, как самое уязвимое и пострадавшее звено в этой ситуации. Я постарался объяснить ему это. Кажется, он понял. А ты поговори с Никитой. Он написал заявление на увольнение. Что этот балбес удумал? — осуждающе хмыкнул Игнат.

— Я поговорю. — прошептала я, уже зная, что это бесполезно. Все эти разговоры с сыновьями бесполезны. Парни были на сто процентов Градовы. Упрямые и несгибаемые. Если приняли решение, будут действовать по-своему, без оглядок на мнение других.