Крылья Огня: Пророчество о дракончиках - Алексей Белоусов Страница 73

— Особенно небокрыльчикам, — согласно кивнула Пустельга, растягиваясь на траве рядом с ней.

Вскоре Беда и Глин вернулись с тушкой молодого оленя, споро разделяя её на всех своими когтями, а Солнышко уже хрустела где-то найденными длинными светло-фиолетовыми корнями дикой моркови, пока Слава глотала ягодки ранней брусники.

Несмотря на этот своеобразный инстинктивный демарш, день определённо был хорошим. Звёздолёт знал, что могло быть и хуже — например, если бы их не нашли, и они бы пару месяцев прожили жизнью одичавших. И не самой плохой жизнью, как по нему.

***

Когда стремящееся к закату солнце окрасило небо оранжевыми тонами, все вернулись обратно. Халькопирит уже ждала там, лучась довольствием настолько, что периодически моргала третьим веком. Оказывается, семьи уломали Рубин на большую развлекательную программу по случаю её коронации.

— Там будет всё! Бои, акорбатические номера, выступление певцов и огневиков! Такое бывает очень редко! Надо остаться завтра! А послезавтра с утра мы будем уже на пути домой.

Звёздолёт вздрогнул. «Горящие от огненной чешуи драконы, рваные раны с вывернутыми чешуйками, кровь…» — вспоминал он видения. Халькопирит это заметила:

— Что такое? Боишься Завтравидец достанет?

— Да нет. Просто… я видел в видениях, сколько страданий и смертей в этих боях. Зачем их вообще придумали?

— Смерти? Страданий? — бабушка была искренне удивлена. «О каких смертях он… ты говоришь? Кто-то из бойцов завтра умрёт?»

— Мам, у Звёздолёта просто во сне были видения несуществующего прошлого. Он мне рассказывал. Там были бои насмерть под руководством Пурпур. Каждый бой, — Кречет повернулась к сыну, оставляя мать удивляться. — Послушай, это только видения. Реальные бои ничего общего с этим не имеют.

— Конечно, несчастные случаи бывали, как и в любом деле. Конечно, Пурпур пыталась ввести практику фактической казни преступника через бой на арене с другим преступником. И даже провела парочку кровавых схваток между пленниками, от которых отказались их семьи по причине невозможности выкупить вещами или делами. Но чтобы каждый день кто-то умирал — это нонсенс. Мы ходим смотреть на выступление мастерства владения телом, а не на бойню! — с неожиданным жаром ответила Халькопирит. — Поверь мне, там нет никаких боёв насмерть!

— Ну ладно… я посмотрю, — несмело улыбнулся Звёздолёт.

Цунами уже заинтересованно подобралась. «Может, у меня удастся подсмотреть пару приёмов?»

— Тебе понравится, обещаю, — немного мечтательно улыбнулась Кречет. «Интересно, Фьорд ещё выступает? Как же у него интересно блестит чешуя, будто инеем покрыта…» пронеслись её мысли, показывая картинку какого-то довольно хорошо сложенного ледокрыла.

— Что, всё его вспоминаешь, да? — немедленно подколола Пустельга.

— Да ну тебя! — её племянница громко фыркнула и шутливо клацнула челюстью в качестве угрозы покусания, получая в ответ тётин смех.

— А ещё знаете что случилось, пока моя дочь летала на природе? — Халькопирит лукаво показала клыки, когда взгляды всех обратились на неё. — Завтравидец сегодня на обеде подошёл ко мне и сказал, что очень извиняется за вторжение в воздушное пространство нашей башни. И что дело в том, что он увидел драконёнка из пророчества, и что он, как автор пророчества о дракончиках, хотел их проверить, а ты вместо этого безрассудно его не пустила, так что он захотел проверить хотя бы одного, и не подумал о том, что это наша башня.

— Наверное потому, что он захотел избавиться от Славы, не? — пробормотала Кречет на слова о том, что она его не пустила.

— Но это разговор неслучившегося будущего, сама понимаешь, — ответила Халькопирит. — Для него это выглядит как демарш ни с того ни с сего.

— С которого и начались его подозрения о моих способностях… — добавил Звёздолёт. — Ибо он решил нас посетить — и вдруг мы отказываем ему в казалось бы безобидной инспекции…

— Он что-то ещё сказал? — нетерпеливо перебила Кречет. — Может быть, требовал чего-то? — «надеюсь мама ни на что не согласилась».

— Сказал только, что завтра мы ещё не раз встретимся, — спокойно ответила Халькопирит. — И тут даже не надо быть особым пророком, завтра коронация, и он как советник будет везде присутствовать, как и мы.

— Значит, таки положил взгляд на моих драконят, — сщурилась Кречет.

— Скорее на меня лично. Его уже даже не заботит Слава, что она не небокрылка, которую предсказывали, потому, что я стал куда более ценным в его глазах, — вставил Звёздолёт

— Не бойся, мы будем за ними следить, и ты тоже, — успокоила Пустельга.

— А я прослежу за ним в видениях, — предложил дракончик с клыкастой улыбкой. — Он сделал ошибку, позволив мне увидеть и учуять его в реальности и даже поговорить со мной. Теперь я могу отследить его будущее.

— Ты и так можешь? — искренне удивилась Халькопирит вместе с Пустельгой, немного отпрянув головой назад. — Да это же… Ты понимаешь, какой это инструмент шпионажа, Звёздолёт? Можно буквально встретиться с врагом, а потом смотреть, что он будет делать каждый день и ночь! — «неудивительно, что ночекрылы такие всезнающие…»

— Никогда не думал об этом в таком ключе… — несмело ответил последний.

— Посмотри обязательно, что он задумает на завтра, — сказала Кречет. — Лучше подготовится к любым его схемам.

Глава 28

Звёздолёт закрыл глаза, вызывая из памяти ощущение Завтравидца. Его морда, его запах, даже его стиль полёта — всё складывалось в знакомый контур памяти. А потом на небосводе космической пустоты загорелись звёзды.

… Завтравидец сидит у светового колодца, что даёт всё меньше света. Наверное, обычное зрение бы уже тут не работало, но его собственное (и того, кто за ним следит), справляются прекрасно. На столе лежат пара свитков. На одном ярлычок «приказ королевы». Другой без ярлыка, и Завтравидец неспешно разворачивает его.

Свиток совершенно чист. Он макает коготь и начинает писать:

«Сегодняшняя встреча семей наконец-то привела к результату. Несмотря на то, что Красноглинные в основном пассивны, а Белокаменные поначалу были строго против, семьи договорились о том, что согласно их наблюдениям Рубин имеет все необходимые качества, чтобы быть королевой. Остаток дня обсуждений проведён в полировке процедуры коронации. Присутствовал легист Ястреб, который так и сыпал прецедентами и обычаями. Очень умный и много знающий представитель семьи Белокаменных, который был во дворце даже когда остальных выгнали.