Маня, суровый босс (не) твоя няня! - Мира Цветова Страница 7

Я даже краснею невольно от слов дочери.

Пытаюсь сформулировать мысли, хоть это очень трудно, я всё ещё пребываю в шоке от встречи с бывшим и такой подставой с документами.

— Дядя злодей, — серьёзно смотрит моя дочь на Василенко, — я всё плидумала! Не надо мне никаких конфет за помощь с Этим Шалтаевым, плосто отпустите нас с мамой домой, и мы никому никогда не скажем, что вы пели с глуппой «Колготушки Интэрнэшнл».

Василенко кивает с усмешкой.

— Малая, ты не бандитка, ты дипломатка в колготах.

— Как скажете, дядя злодей… а дипломатка – это динозавр такой?

Чувствую, Машу мою не остановить, поэтому говорю:

— Коль, серьёзно, я понятия не имела, что это фирма твоя, у меня не было никакого злого умысла, я думала, что прохожу стажировку… твоей службе безопасности я всё рассказала, все имена, явки и пароли.

Василенко смотрит на меня то ли презрительно, то ли жалостливо.

— Тебе бы внимательнее подходить к поиску работы, Яна, в следующий раз можешь в такой криминал влипнуть, что…

Дверь кабинета открывается.

— Николай Васильевич, — заглядывает секретарша, — у вас через пять минут большая видеоконференция с инвесторами, вы утром просили напомнить… уже почти все на связи.

— Точно, спасибо, — морщится мой бывший, — со всей этой суетой забыл про неё, подключусь через минуту.

Василенко надевает пиджак.

— Давай, малая, освобождай место, у меня важное совещание. Там все адекватные, справлюсь сам на этот раз.

Но Маша и не думает освобождать место.

Она смотрит серьёзно на моего бывшего.

И вдруг спрашивает:

— Дядя Злодей, может, станешь нашим папой?

Глава 6

Яна

Я ещё никогда не видела в глазах дочери столько надежды…

Но Василенко разрушает все эти надежды одной фразой.

— Нет, малая, я не могу стать твоим папой.

Маша поджимает губы, но не плачет.

Она у меня сильная девочка.

Но всё же спрашивает у Василенко:

— А почему не хочешь стать нашим папой?

Он бросает быстрый взгляд на меня, на неё…

— Потому что я буду плохим папой, малая. Всё, закрыли тему.

Но Маша и тут не теряется.

— Дядя злодей, а может ты станешь моим нянем? У маленькой бандитьки я нянь должен быть бандитским! Научишь меня, как лешать все воплосики по-взрослому.

— Это легко, — отвечает мой бывший, настраивая что-то у себя в ноутбуке. — На любой вопрос или предложение отвечай «посмотрим».

Я беру дочь за руку, говорю мягко:

— Идём, Машуль, видишь, дяде надо работать.

— Сам сплавишься? — интересуется у него моя дочь.

— Уж постараюсь, — усмехается он, — мы всякие сложные штуки и термины будем обсуждать, малая, на чистую воду никого не надо выводить.

Маша кивает понимающе.

— Ну ты зови, если чего. Только скажи кодовую флазу.

— Какую? — интересуется Василенко.

— Люблю колготы!

Дочка тут же расплывается в улыбке, а Николай понимает, что попался в ловушку маленькой бандитки.

— Всё, идите, — говорит, закатывая глаза, — пока будьте дома, служба безопасности свяжется с вами, если возникнут вопросы. И телефон свой не забудь оставить, Ян.

— Уже оставила.

Маша, уже стоя в дверях, добавляет:

— Я тоже свой телефончик оставлю. Если пеледумаешь насчёт няни, набери моего секлетаря.

— У тебя уже и секретарь есть? — усмехается Василенко.

— Ну а ты как хотел, дядя Злодей, — разводит руками Маша, — у нас тут всё по-сельёзному, не в игрушки иглаем.

— Далеко пойдёшь, малая, — отвечает Василенко. — Будешь начальницей большой, не иначе.

— Неть, — мотает головой Маша, — я хочу быть главарём детсадовских. Чтобы все ко мне плиходили ко мне плосить помощи, а я бы гладила котейку и говорила, что помощь у меня плосят без уважения!

Василенко уже с трудом сдерживает смех, отвечает:

— Иди, давай, крёстный отец в колготах. Маму береги, чтобы никакие жулики не пытались её обмануть.

Маша кивает, показывает большой палец.

Как только выходим из кабинета, она мне тихо говорит:

— По-моему, мы с тобой, мам покорили этого злодея.

— Без сомнений, — улыбаюсь, — просто он боится в этом признаться.

— Мущщины, что с них взять, — заключает философски дочь.

Когда проходим мимо секретарши, Маша говорит ей:

— Людочка, если понадоблюсь, я у себя в лезиденции.

Секретарша смотрит удивлённо на неё, на меня.

И кивает…

Похоже, теперь у Машули и вправду есть свой секретарь.

Я же облегчённо выдыхаю, когда мы выходим из офиса Василенко.

Только сейчас приходит полное понимание всего, что случилось за последний час.

Повелась, блин, на вакансию каких-то жуликов, едва не угодила в полицию, встретилась с бывшим, который до сих пор зол за то, что случилось в прошлом… ну и страшная тайна, которую я так долго скрывала, сегодня едва не всплыла наружу.

А если Василенко всё же докопается до правды, он ведь упорный и связей у него много… что тогда? Накажет меня? Отберёт всё, что есть?

Чем больше об этом думаю, тем сильнее загоняю себя в депрессию.

Соберись, Яна, лучше думай о том, где найти работу?

Через неделю за квартиру платить, а денег почти нет…

Как приедем домой, сразу поиском займусь.

Главное, снова не нарваться на мошенников.

— Мам, — дочка будто читает мои мысли, — я тоже могу работать.

— И что же ты умеешь делать, моя хорошая?

— Ну у меня два валиантика есть, — загибает пальцы Маша, — пелвый – это стать наставником для маленьких бандиток и делиться своим бесцельным… ой, бесценным опытом с подластающим поколением.

— Ясно… а второй?

— Отклыть свою школу вокала, — улыбается дочь. — ВИА Колготушки. Как лучше?

— Лучше пока оставить эти варианты про запас, — отвечаю я, — но спасибо тебе, Машуль, за помощь, я рада, что ты стараешься.

По пути к остановке проходим мимо ветклиники, и дочь, увидев кого-то, дёргает меня за руку.

— Смотли-смотли, мам, там Геля и Волькодав.

Я оглядываюсь по сторонам.

И в самом деле…

Из здания ветеринарной клиники выходит маленькая девчушка в колготках и платье с надписью «Папина бандитка», рядом огромный алабай размерами больше самой девочки.

Охраняет девчушку высокий грозный телохранитель.

Кажется, его зовут Гордей.

— Ой, Геля, —