Перерождение - Дмитрий Павлович Орлов Страница 61

не за этим, — произнесла Амурова. — У нас практически нет никакой связи с нижним городом. А после того как координаторы узнали о технологических шахтах они обязательно приступят к их тщательному поиску. Мне неприятно это вам сообщать, но директорат вынужден признать, что контроль над нижним городом полностью потерян.

— Выходит у нас сейчас складывается весьма критичная ситуация, — высказался я. — Оставшуюся часть мегаполиса окружают нулевые секторы, которые постепенно увеличивают свои территории. А теперь к ним добавился и весь нижний город.

— Директорат тоже от этого не в восторге, — заметила Амурова.

— Но ведь у директората полно сообразительных аналитиков, — произнесла Анастасия. — Сколько времени они нам отпускают до того момента, когда нулевые формы полностью возьмут под контроль оставшийся мегаполис?

— От четырёх до семи месяцев, — озвучила приговор Амурова.

— И нет никаких вариантов, при которых мы могли бы выжить? — спросил я.

— Аналитики дали нам от четырёх до семи месяцев в том случае, если мы не найдём выхода из сложившейся ситуации, — пояснила Амурова.

— Значит шанс всё-таки есть, — сделал я вывод.

— Шанс есть всегда, просто те, кто проигрывает не способны его заметить.

— А вы его видите? — посмотрела на Амурову Анастасия.

— Пока лишь очертания, но они довольно чёткие. А для того чтобы окончательно развеять пелену с нашего шанса на выживание, мне и нужны вы.

— Мы готовы, — ответила за нас обоих Анастасия.

— Я в этом и не сомневалась, — кивнула Амурова. — Вам необходимо внимательно наблюдать за всем, что будет происходить в нижнем городе и передавать эту информацию мне.

— Минутку, — поднял я руку для привлечения внимания. — Но ведь вы сказали, что у нас потеряна связь с нижним городом. Каким образом мы сможем туда попасть?

— Во первых я сказала, что связь практически потеряна, ключевое здесь слово практически. Но вам и не нужно самим спускаться туда, это просто не целесообразно. Директорату нужна информация со всего нижнего города, а вы физически это сделать не сможете, если отправитесь вниз.

— В таком случае я не понимаю, каким образом мы сможем помочь в сборе информации? — искренне удивился я.

— А вот об этом мы поговорим не здесь а в лаборатории.

Амурова поднялась из-за стола и направилась к выходу. Нам ничего другого не осталось, как последовать за ней. Я по прежнему терялся в догадках, каким образом мы сможем добыть информацию не спускаясь вниз? Хотя с другой стороны я был полностью согласен с нашей начальницей по поводу того, что мы действительно не сможем собирать информацию со всего города.

Даже если и допустить возможность нашей доставки по городу нейро-пилотами. Но даже в таком варианте нам необходимо каким-то образом протащить туда корабль. А вот это сделать гораздо сложнее, чем нам самим туда проникнуть. Пока мы спускались в лаборатории, мы просто голову сломали над головоломкой доктора Амуровой.

Да и похоже она совершенно не собиралась нам помогать и сохраняла интригу. Зная её нрав я даже не сомневался в том, что она специально так поступает. Хотя если бы она собиралась нам всё рассказать сразу, то просто бы сообщила об этом у себя в кабинете. Наконец мне надоело ломать голову о задачах руководства. Тем более не сложно было понять, что как бы мы не старались, но понять реальные планы Амуровой нам не дано. Она как и Лидов имели особенный интеллект и обходили нас на несколько шагов.

Одно меня радовало в сложившейся ситуации это то, что они играют на нашей стороне. Будь они по другую сторону баррикад, нам бы было совсем худо. В тот момент, когда мы спустились на нижние этажи лабораторного комплекса мы увидели тех, кого я не ожидал здесь встретить.

У входа в закрытую часть лаборатории о чём-то разговаривали Лидов и Ева. Нахождение здесь первого я ещё как-то мог предположить, но вот присутствие Евы для меня оказалось полной неожиданностью. Мне казалось, что её должны держать в самом охраняемом помещении директората, а не разрешать ей болтаться по лабораторному комплексу. Но я опять оказался не прав и Ева стояла рядом с Лидовым и улыбалась, едва завидев нас.

— Вижу директорат всё же решил дать согласие, — произнесла Амурова, когда мы приблизились к Лидову.

— Они назвали это авантюрой, — ответил он.

— И? — глядя в глаза Лидову, произнесла она.

— Да, они санкционировали разрешение на использование архивного кодекса. Хотя санкционирование и было одобрено, но сделали они это без особого энтузиазма.

— Знаю, — улыбнулась Амурова. — И другого выхода у них просто не оставалось.

— Именно это и не вызывало радости, — кивнул Лидов. — Директорат вообще не любит, когда его ставят в положение из которого у него нет выхода.

— Но ведь он сам загнал себя в такие границы, — заметила Амурова.

— А вот подобное направление твоих мыслей я советую изменить, — шепнул он ей. — Сейчас ты в безопасности, но твои авантюрные исследования не всем по душе.

— Это для них они авантюрные, а для меня кристально чисты и логичны. И я даже не буду напоминать, что именно мои авантюры всё ещё прекрасно работают.

— Только этот факт и заставил их смериться и санкционировать разрешение на использование, — кивнул Лидов. — Но имей в виду, едва ты допустишь малейший промах и они набросятся на тебя как стая голодных акул.

— Если бы я их боялась, то давно бы бросила всё это и занялась производством голографических цветов.

— Ты не любишь цветы, даже если они и голографические.

— Верно, поэтому я и ставлю опыты над живыми людьми.

Двери в секретную лабораторию открылись и мы оказались в помещении, где нас Амурова и предполагала задействовать. Я по прежнему не понимал, что нас ожидает, но вид двух знакомых капсул заставил пробежать по спине неприятный холодок. Первая встреча с доктором Амуровой ассоциировалась у меня с сильной болью. В тот раз она проводила нам настройку внешней синхронизации.

После этого у нас было ещё несколько случаев, когда мы становились участниками её экспериментов. Правда, потом они уже не несли такое количество болевых ощущений, как при первой встрече. Возможно я просто привык к боли и банально не воспринимал её, как что-то действительно страшное. Но вот сейчас, когда я опять увидел эти две капсулы у меня где-то глубоко на задворках сознания, всплыли давно забытые страхи.

— Смотрю, мои приборы пробудили в вас воспоминания о нашей первой встрече, — произнесла Амурова подходя к капсулам. — В том, в чём вам предстоит участвовать на данный момент не будет болезненным, — успокоила она нас, поднимая крышки капсул. — Хотя полной гарантии об отсутствии болевых ощущений я давать не могу.

— Это я