Злодейку вызывали? - Людмила Евгеньевна Клемят Страница 5

– Да, он совершенно прекрасен… – согласился Эдвин.

Глава 5

Глава 5

Ладно, котики это, конечно, хорошо, но я тут вообще-то по работе. Вино принц не пьет, в воде «меланхолия» будет видна, так что вариантов у нас мало: время пить чай!

– Как жаль, что испортилось мое пирожное… А я так хотела выпить чаю. Настоящего, с бергамотом, говорят, такой вкусный подают только на королевских приемах. А еще говорят, здесь он исключительный.

У Эдвина сделался виноватый вид, будто это он, а не я, только что размазал заварной крем по платью леди Арабеллы.

– Так давайте я принесу вам ещё одно, – предложил он с готовностью. – И чай тоже.

– Это так ми-и-ило. Но давайте вы возьмёте на себя сладкое, а я принесу нам чай. На две персоны! Никогда в жизни не пила чай с принцем. Ну и с пирожным, что тоже немаловажно.

Эта идея показалась принцу вполне разумной, а я получила доступ к его напитку. Тут самое время было зловеще и по-злодейски рассмеяться – «Му-ха-ха». Но я же под прикрытием! Так что рассмеялась только мысленно – про себя.

– Только постарайтесь не разлить его по пути...

– Я буду сама осторожность, – пообещала я и направилась в сторону чайного стола, слегка покачивая бёдрами.

Искусство ходить на шпильках – недооцененный злодейский навык, между прочим. В Академии нам читали целый курс «Походка роковой женщины: теория и практика». У меня, кстати, была твёрдая пятёрка.

Чайный стол располагался в дальней части зала. Всё как положено: исходящие ароматным паром магические самовары, фарфоровые чашки с блюдцами, вазочки с мёдом и вареньем, щипчики для сахара. Я залюбовалась сервировкой – всё-таки у королевских поваров было чему поучиться… Но тут же одернула себя. Работа, Мирэлла, работа.

Я взяла первую чашку, с гербом Элдора – золотой дракон, кусающий собственный хвост. Пальцы привычно нащупали в потайном кармане флакон «Зелёной меланхолии». Сердце забилось быстрее, но рука была твердой – сказывались годы тренировок. Три капли, не больше. Я аккуратно отмерила дозу. Отличная работа аптекарей! Надо будет написать им благодарственный отзыв.

Я схватила вторую чашку и вернулась к колонне, где оставила принца. На руках у него снова мурлыкал рыжий кот, а на маленьком мраморном столике красовалась тарелка с пирожными. Эклеры, профитроли и что-то воздушное, посыпанное сахарной пудрой.

– Чай, ваше высочество. – Я грациозно поставила чашки на столик. – А это, полагаю, моё пирожное?

– Ваше пирожное и ещё пара его друзей, – кивнул Эдвин. – На случай, если вы снова решите кого-нибудь ими атаковать. Лучше пусть будут запасные.

Я рассмеялась – вполне искренне – и уже потянулась к своей чашке (той, что без яда), как вдруг произошло непредвиденное.

Кот спрыгнул с рук принца, изящно изогнулся в воздухе и приземлился точнехонько на столик, задев пушистым хвостом обе чашки. Раздался мелодичный звон фарфора, чашка с ядом опрокинулась и её содержимое моментально впиталось в ткань.

Да что ж за напасть! Кот между тем уселся на столике и принялся вылизывать лапу с таким видом, будто ничего не произошло. Более того – я могла поклясться, что в его зеленых глазах мелькнуло откровенное злорадство.

Хм, а он мог бы у нас работать. И при определенном усердии даже получить неплохую должность.

– Не волнуйтесь, я сейчас принесу новые чашки, – сказала я, стараясь, чтобы голос звучал беззаботно.

В конце концов, флакон у меня ещё почти полон, да и чая в этих самоварах полно.

– Нет-нет. – Эдвин решительно поднялся и осторожно снял кота со столика, пересадив его на спинку ближайшего кресла. Тот недовольно мяукнул, но подчинился. – Садитесь. Мне неловко, что вы бегаете туда-сюда, а я тут стою как... как какой-нибудь наследный принц. – Он улыбнулся. – Я сейчас всё принесу.

– Но...

– Никаких «но». – В его сапфировых глазах мелькнул упрямый огонек. – Вы моя гостья, и я настаиваю.

Я открыла рот, чтобы возразить, и поняла, что аргументов у меня нет. Не могла же я сказать: «Вообще-то я должна сама принести чай, потому что в одной из чашек должен быть яд, а если чай принесете вы, то добавить яд будет куда сложнее»? Пришлось смириться и опуститься в кресло, изображая светскую непринужденность.

Принц вернулся через несколько минут, аккуратно неся две дымящиеся чашки. Поставил их на столик, предварительно отодвинув кота подальше – тот смерил его уничтожающим взглядом.

Мне срочно нужно было добраться до принцевой чашки. План созрел тут же.

– Ой! – воскликнула я, прижимая пальцы к губам. – У вас тут соринка. Прямо на лацкане.

– Соринка? – Эдвин опустил взгляд на собственный камзол и нахмурился. – Не вижу...

– Сейчас

Я приблизилась к нему, мягко коснувшись пальцами лацкана. Ткань была дорогой и плотной, приятной на ощупь. Принц застыл, затаив дыхание. Другая моя уже тайком подносила флакон к его чашке.

И в этот самый момент за моей спиной раздался мелодичный колокольчиковый голос:

– Ваше высочество, я вернулась, как и обещала! Надеюсь, вы не слишком скучали?

Леди Арабелла. Проклятье, неужели она переоделась со скоростью звука? Я обернулась, и мой каблук предательски подвернулся на мраморном полу. От неожиданности я потеряла равновесие, взмахнула руками, пытаясь за что-нибудь ухватиться, и... рухнула прямо на принца.

Оказалась у него на коленях, в его объятиях, и мое лицо было напротив его лица: так близко, что я видела золотистые искорки в сапфировой глубине его глаз. Он поймал меня рефлекторно, как падающую вазу, и теперь держал, обхватив руками за талию. От него пахло сандалом, морским ветром и ещё чем-то весьма приятным. Мой пузырёк с ядом, слава богам, уцелел – я инстинктивно зажала его в ладони.

Время остановилось. Мы уставились друг на друга, и этот взгляд был долгим, глубоким, проникающим куда-то под кожу. Я не могла отвести глаз, хотя профессионализм кричал мне: «Мирэлла, встань немедленно, ты позоришь Бюро!» Но тело не слушалось.

– Чересчур крепкие объятия для общественного места, а тем более королевского бала, – раздался над ухом сладкий голос Арабеллы. – Вам не кажется, что это несколько... неуместно?

Я перевела взор на неё – она стояла надо мной, поджав губки, и её фарфоровое личико выражало крайнюю степень неодобрения. Платье она и правда успела сменить, теперь оно было бледно-розовым, с жемчужной вышивкой. У неё с собой целый