Крылья Огня: Пророчество о дракончиках - Алексей Белоусов Страница 47

Остатки напряжения улетучились из тела Кречет. С благодарным и громким урчанием, она положила голову на мамину спину, пока та тихонько вылизывала её шею, тем самым убеждая, что всё хорошо и она не встречает беду одна — вместе с нею против самодурства Пурпур встала вся семья, и не важно, что это не родные дети. В мыслях обеих витали радость и удовлетворение, и желание наконец разобраться с этой королевой раз и навсегда.

— Я останусь с тобой. Сейчас жить в пещере со всего тремя взрослыми драконами опасно. Кстати, у нас найдётся место им? — показала Кречет на почтительно сидящих в отдалении Ласта и Бархана. — Они помогали мне растить детей, и в связи с тем, что своим демаршем против Завтравидца мы фактически поссорились с Когтями Мира, им некуда идти.

— А кто это такой вообще? Имя похожее на ночекрыльское…

— Автор пророчества о дракончиках собственной персоной.

— С самим автором пророчества закусилась, значит? А ты смелая! Конечно мы найдём им гостевую пещеру. А твоя пещера кстати всё ещё не занята, и ты можешь её занять. Но правда, восьмером вам там придётся всё же потесниться…

— Ничего, мы привыкшие! — вдруг сказала Солнышко. — Просто соберёмся в одну кучку, как в старые добрые времена.

Глин удовлетворённо проурчал. Ему, как их Большому крылу, нравилось, когда все его сиблинги собираются в кучку, и в мыслях он радовался, что они снова так сделают Конечно же, он собирался стать тем, кто укроет её сверху своими большими крыльями, и будет долго-долго урчать.

— А пока пойдём поедим, драконятки, — сказала бабушка, поднимаясь на лапы. — В конце-концов, моя дочь прилетела! — она ненадолго отложила мысли что надо разослать всем семьям новости о том, что она инициирует голосование по недоверию в связи с неоднократными вмешательству текущей королевы в дела подвластных семей, и что через три дня им все соберутся у неё, так как лететь собираться во дворце на землях Пурпур будет в высшей степени самоубийственно, так что надо будет быть хорошей хозяйкой и угостить всех.

Они пошли вниз к речке по высокой зелёной траве, из которой кое-где торчали небольшие камешки. Цунами, завидев реку, мысленно радовалась — несмотря на бурный поток, есть прибрежные более-менее тихие заводи, в которых можно поплавать! Ну а Глин радовался, что они наконец поедят, и про себя благословлял семейное гостеприимство, из-за которого им пока ни разу не пришлось охотиться.

Тем временем, бабушка вытащила из холодной горной реки, рядом с которой росла одинокая высокая сосна, большую цельную тушку, подтащив её к рядом стоящему булыжнику и положив: «Вот вам, подкрепитьесь», — а потом вытащила другую, ведь одной для десяти драконов было бы явно недостаточно.

Когда все поели так, что только за ушами трещало, мама наконец повела драконят в свою пещеру, пока как Бархана и Ласта бабушка повела в гостевые пещеры, и только «Я могу видеть в темноте, так что любая пещерка с водой подойдёт, а если что, я и в реке в ближайшей заводи поспать могу» от последнего донеслось до драконят. Добраться было довольно легко — всего десять минут лёта по долине, по которой они уже летели. Вход оказался довольно узким, и явно нёс следы расширения под драконьи размеры, так что пришлось подобрать крылья поближе к себе. Зато дальше оказался большой зал, украшенный сталактитовыми натёками, на спальных плоскостях которого могло бы спать до четырёх драконов безо всяких затруднений, а из него даже вёл узкий лаз куда-то в глубины, но пришлось бы явно обдирать чешую об него.

Дети сразу же подобрали язычками ароматы, ощущая не до конца выветрившийся мамин запах. Да, это была её пещера — и по телам растекалось спокойствие, как и в любом месте, пахнущем мамой. Потому, что в отмеченном ею месте ничего плохого не может быть априори, и они знали это в самой глубине сознания.

— Точно придётся собираться в кучку, — не скрывая довольства, проурчал Глин. — Как и говорила Солнышко.

— Чур я под самое твоё крыло! — сразу сказала она.

— Значит, мне придётся нести на себе тяжесть ваших тушек, — проворчала Слава, но всё же, она не могла отрицать, что воспоминания о подобном способе сна несли с собой только хорошее.

— Уже устраиваетесь, драконятки? Это хорошо, — довольно заулыбалась мама, лизнув каждого в макушку, добавляя ещё больше своего запаха не только в пространство, но и на детские мордочки. — Я пока отдам свитки в семейную библиотеку, так что оставь себе только те, которые очень нужны.

Звёздолёт сложил несколько самых нужных, включая «Сказания о Ночекрылах» и «Семейные альянсы Пиррии», а так же «Легенды Небокрылов» в свою сумку, что уже лежала в углу, а остальные сложив в мамину, которая после сортировки ещё раз лизнула сына уже в нос, и улетела, оставляя драконят обживать их новую пещеру. Пирит и Уголёк, как уже знакомые с этим местом, улетели с ней, помогая со второй сумкой свитков.

Цунами сразу же вышла наружу, планируя к речке внизу. После утомительного полёта на сухой высоте она наконец-то хотела окунуться в свою стихию, и никакое течение ей не помешает! Звёздолёт проводил её с улыбкой, и устроился со свитком в уголке, где уже потёрлась мордой Слава, оставляя свой слабый и такой знакомый запах, пока она делала так же с другими уголками пещеры, ведомая не до конца осознаваемым желанием показать, что это место именно её. Глин же довольно урчал, ощущая запахи сестры и других сиблингов, наконец-то устроившись отдохнуть неподалёку от Звёздолёта.

— Ну что ж, пока что нам видимо передышка? — наконец сказал грязекрыл, не обращась ни к кому конкретно, пока Солнышко залезала к нему под крыло.

— Думаю, завтра королева всё-таки получит наше, то есть семейное, послание, а там скорее всего всё опять завертится.

— А давай посмотрим, что будет дальше? — спросила Солнышко, наконец удобно устроившись под крылом и довольно оттуда урча.

— Это можно… но предупреждаю, это будет только один из множества вероятных вариантов. Я ещё ни разу с таким количеством одновременно действующих драконов не сталкивался, так