Человек с тенью - Григорий Константинович Шаргородский Страница 45

Бисквит тут же замолк, явно коря себя за чрезмерную болтливость.

До цели поездки доехали молча. Это оказался еще один малоквартирный трехэтажный дом. Точно такой же, как и его соседи. Несмотря на стандартизацию, в нем обитали явно небедные люди.

Все пространство перед домом уже привычно забито жандармскими фургонами. Летающий мобиль шефа и игрушечный фургончик мышоура также присутствовали на месте. На лестничных площадках хватало и людей, и гоблинов, но пройти можно было без проблем. Судя по отсутствию орков группы захвата, жандармы явились к шапочному разбору.

Нужная нам квартира находилась на втором этаже. То, что там повторилась прошлая история, стало понятно по запаху. В прихожей нас встречал мышоур, который сразу протянул парочку респираторов.

– Что тут? Где шеф? – нацепив казавшуюся на его морде слишком маленькой маску, спросил на общем Бисквит.

Мышоур в ответ что-то пропищал.

– Понятно, – кивнул орк.

А вот мне совсем не понятно.

Похоже, мысли как-то отразились на моем лице, потому что орк покосился и протянул свою лапищу.

– Дай смартфон. И разблокируй его.

Я протянул Бисквиту свой телефон, при этом, кажется, немного покраснел. А все потому, что из лени никогда не ставил блокировку на вещь, которая по нынешним временам является более интимной, чем нижнее белье.

– Кто бы сомневался, – фыркнул орк.

Он быстро застучал по экрану когтями, затем вернул смартфон мне. Я украдкой осмотрел экран в поисках царапин, но ничего не увидел. При этом сделал вид, что пытаюсь разобраться во внесенных артефактором изменениях.

– Здравствуйте, Назарий Аристархович. – Голос из динамика моего телефона прозвучал так неожиданно, что я едва не уронил гаджет на пол.

– Потому обзаведись наушниками, – хохотнул довольный подколкой орк. – Так будет удобнее, да и не нужно, чтобы шифрованный голосовой чат слушали посторонние.

Удивление быстро прошло, и я сообразил, что через телефон со мной общается мышоур. Он продолжал попискивать, а программа переводила все на общий:

– Меня зовут Тик-тун, – перевел телефон писк эксперта.

Не знаю, стандартный ли это голос, но из динамика лился приятный мужской баритон. Не очень-то клеится с образом низенького, покрытого шерстью существа с мышиным лицом, но и не сказать, чтобы так уж сильно диссонировал.

Мышоур чуть поклонился. Я постарался скопировать его поклон.

Вот и познакомились. Дальше эксперт еще раз обрисовал ситуацию, теперь уже для меня:

– Все как и в прошлый раз. Супружеская пара в клочья. Разница в том, что они что-то почувствовали и успели запихнуть ребенка в сейфовую комнату. Назарий Аристархович, вы знаете, что это такое?

– Да, господин Тик-тун, знаю. Можете называть меня просто Назаром.

– А вы меня просто Тик-туном.

Мы опять обменялись почти церемонными поклонами.

От подобного расшаркивания Бисквит прыснул в маску респиратора.

– Собственно, для этого комиссар и вызвал вас. Мы не смогли открыть дверь в сейфовую комнату.

Внезапно мышоур чуть присел и даже сместился в угол. Похоже, он среди нас самый чуткий. Потому что даже орк услышал тихие шаги Иваныча только через пару секунд.

– Ага, явились, сладкая парочка. Вы теперь уже вместе ночуете? – Гоблин сдобрил свои слова максимальным количеством сарказма и издевки. Явно чтобы дошло до представителей всех рас.

Орк сцепил кулаки и обиженно засопел. А вот я на обиды размениваться не собирался. В родном учреждении обижаться было опасно, если не хочешь ходить в лохах до самого выпуска и даже после него. Чувство обиды у нас заменяет злость, которая тут же выплеснулась из меня. Я даже непроизвольно сделал шаг к гоблину, хоть и не собирался его бить. Особенно после рассказанных Бисквитом жутких историй.

– Господин особый комиссар, – сказал я гоблину, предварительно стянув респиратор, чтобы голос звучал увереннее. – Вы забываетесь. Уверен, причиной тому непонимание кое-каких нюансов человеческой культуры.

Слова вроде не несущие ни грамма угрозы, но, опять же, напитывать их дополнительными смыслами умеют не только гоблины.

Как я и думал, намек на межрасовый конфликт гоблин воспринял серьезно. Впрочем, как и все пришлые в подобных ситуациях. Как по мне, это их слабость, на которую я и надавил.

– Вы правы, Назарий Аристархович. Приношу свои извинения. – Гоблин практически в точности скопировал поклон мышоура и тут же, без паузы, резко сменил тон: – А теперь бегом открывать сейф! Если сейчас же не докажешь мне свою полезность, вечером будешь куковать в человейнике.

Вот тут обижаться было не на что. Никаких оскорблений. Просто начальник – самодур в состоянии крайнего раздражения, которое я вполне понимал. Самого начинали напрягать все эти убийства. А Иванычу наверняка еще и сверху постоянно стучат кулаком по его бурой, пучеглазой башке.

Эти мысли усилились, когда увидел бойню в гостиной. Хорошо хоть, успел обратно нацепить респиратор. Дверь в сейфовую комнату обнаружил сразу. Там копался какой-то мужик с инструментами. Он как раз примерялся противно жужжащей болгаркой к бронированному полотну. Уверен, если внутри ребенок, ему это сильно не понравится.

– Одну минуточку, – остановил я начинающего вандала.

Сразу напрягло то, что замок электронный. Опыт у меня небольшой, но его хватило чтобы понять – то, что собрано не руками, а на роботизированной линии, мне не подвластно. Так оно и оказалось. Никакого отклика неживая электроника не дала, но отчаиваться было рано, как и допускать к двери мужика с болгаркой.

– Даже так? – хмыкнул я, когда сработал мой дар. Для этого пришлось прижаться к двери как к родной.

Альтернативные способы аварийного открытия мастерил человек с фантазией. Похоже, он был фанатом одного голливудского фильма про шпионов-пенсионеров. Я сместился на метр в сторону и ударил кулаком в стену, пробив тонкий гипсокартон.

– Развлекаешься? – спросил незаметно подкравшийся Иваныч.

– Работаю, – спокойно ответил я, дергая потайной рычаг.

Рычаг тоже имел небольшой секрет. Нужно два раза дернуть и один раз толкнуть от себя. Замки в двери щелкнули, и еще пискнул цифровой замок, который, вполне возможно, был бутафорией. Поняв, что ни человек с болгаркой, ни гоблин с тростью помогать мне не собираются, я потянул дверь на себя. Она пошла хоть и туго, но без особых проблем. По ощущениям никаких ловушек тут не было, но все равно как-то напряжно. Может, позвать парней? Если я правильно понял, Бисквит и Тик-тун являют собой спарку ищеек, дополняющих друг друга. Орк по артефактам и духам, а мышоур по всему, что можно услышать, унюхать и, вполне возможно, опробовать на вкус.

Мысль о подмоге исчезла, когда увидел замершую в позе эмбриона девочку лет пяти. Даже представить боюсь, что пережил этот ребенок. Так что, не особо раздумывая, я шагнул внутрь и склонился над бедняжкой.

– Все хорошо, – заговорил я по-французски. – Мы пришли помочь.

И только когда прикоснулся к ребенку, заметил, что именно она так судорожно сжимает в объятьях. Это была матерчатая кукла с короткими задорными косичками и пусть примитивно нарисованным, но милым личиком. Сразу захотелось прикоснуться к кукле, скорее всего потому, что в нее было вложено достаточно большое количество энергии творения.

Сделать того не получилось. Сильная рука буквально отволокла меня от девочки. Я возмущенно обернулся и удивленно замер. Это была первая орчанка, увиденная мною вживую. Для своей расы она была небольшой – лишь на полголовы выше меня, но в плечах пошире. Так что неудивительна ее сила.

Сопротивляться я не стал, потому что был уверен – сейчас в квартире случайных людей попросту быть не может.

Орчанка тут же заговорила с девочкой, причем на оркском. Удивительно, каким мягким может быть этот язык – не рычащим, а каким-то урчащим.

Через пару секунд девочка вышла из оцепенения и шустро, как маленькая обезьянка, переползла на шею зеленокожей тетки с акульим набором зубов. Похоже, орчанка владеет какими-то магическими возможностями в общении с детьми. Точнее, ее тотемный дух имеет такую направленность.

Провожая глазами эту странную парочку, я почему-то подумал