Бандерос для училки, или Мечты сбываются… - Мари Александер Страница 4

Не знаю, что было тому виной: длительное воздержание, а может, уже начали шалить гормоны, или то, что я была именно с этим мужчиной, не знаю, но мне казалось, что всё наше соитие – от того момента, когда я почувствовала, как его член вторгается в мою киску и растягивает меня, и до последнего резкого глубокого проникновения, когда Бандерос что-то прорычал и всё-таки нашел в себе силы в последний момент и кончил не в меня (доказательство этого я потом смывала со своего живота), всё это время слилось для меня в один непрерывающийся экстаз.

Я, обычно тихая и даже скромная в сексе, не сдерживалась и уже после радовалась, что хорошо, что я всё-таки съезжаю с этой квартиры, а то было бы стыдно встречаться с соседями. Думаю, было громко, так как горло немного саднило с непривычки.

– Моя секси-училка.

Эти слова взорвались в моём мозгу, когда Мой Бог немного погодя сжал меня в своих железных объятиях и поцеловал шею, а точнее бешено бьющуюся венку у основания шеи. По телу пробежала волна от ранее испытанных ощущений и предвкушения будущих (ведь это не может быть на один раз?!).

И я уже хотела ему ответить, назвав его Моим Богом, но в этот момент тишину нарушил сначала один громкий хлопок в ладоши, а потом он повторился, но уже вкупе с громким смехом моего бывшего мужа.

– Браво!!!

Глава 2

Дар речи у меня пропал, а чувство стыда выросло несоразмерно со всеми остальными, и я не придумала ничего лучше, чем спрятаться за широкую спину моего случайного любовника.

Почему за спину, да потому что, в отличие от меня, Антон не испытывал ни капельки смущения, но, как показалось, был раздражён появлением непрошенного гостя.

Он сначала предпринял попытки привести в более-менее приличный вид меня, вернул на место лиф сарафана вместе с бюстиком и отдернул подол вниз. А потом, уже одеваясь сам, развернулся в сторону входной двери и при этом успел скользнуть губами по моимв ласковом, мимолётном поцелуе.

Всё это время мой бывший не унимался, и в мой адрес летели не очень лестные эпитеты, самым цензурным из сказанного им было "жирная шлюха", а всё остальное – сплошной мат и непередаваемая игра слов и выражений из «великого и могучего».

– Высказался? – спросил Антон, развернувшись к нему лицом, потёр руки, размял плечи и, сделав шаг в его сторону, сказал: – А теперь я все твои слова вобью тебе обратно в глотку.

Я вцепилась в него и по инерции соскользнула следом за ним. Это затормозило Бандероса, он кинул взгляд на меня через плечо.

– Мира, не вмешивайся, – так ласково сказал мне и снова повернулся в сторону бывшего.

Надо отметить, пыл Влада после слов Антона поубавился, и он уже не обливал меня грязью. Я по удаляющимся звукам и щелчку замка входной двери поняла, что бывший муж уже открыл дверь, увеличивая расстояния и обеспечивая себе пути отхода. Что неудивительно, в голосе и словах Стрельцова чётко слышалась угроза.

Сейчас щелчок замка и звук открывающейся входной двери был так чётко слышен. Это же насколько я была увлечена, что не расслышала его в первый раз?

"Интересно, а как давно Влад зашёл?" – эта мысль стучалась в моём мозгу и создавала эффект дятла, пытающегося достать червячка из дерева.

Долбило прямо в виски, причём сразу в оба.

Но, как оказалось, это было ещё не всё.

Влад, открыв дверь, громко сказал кому-то, кто стоял на лестничной площадке:

– Всё, можете входить, они натрахались.

Не смогла превозмочь своё любопытство и чуточку выглянула из-за спины Антона, при этом я всё ещё так и стояла, вцепившись в него обеими руками.

Я упоминала раньше, что, поняв, что Влад мог, а скорее всего, был свидетелем нашего…, даже не знаю, как будет правильно сказать, если чисто физиологически, то полового акта (ну не любовью же мы занимались почти одетые и в коридоре?). В общем, мне уже было стыдно, так как никогда ещё в своей жизни.

Так вот я ошиблась. Вот когда я увидела в дверях пару пожилых людей, вот в этот момент я поняла, что просто сгорю со стыда, не сходя с того места, где стояла, просто превращусь в пепел.

– Тётя Лиза, вот видите, какая она на самом деле. А вы всё переживали, что я несправедлив к ней, – вещал "истину" мой бывший, заискивая перед своей тёткой.

– Елизавета, нам нечего здесь делать. Ты убедилась, что Мирослава в порядке? – это уже говорил Сергей Юрьевич, муж тёти Лизы.

А я что, я снова спряталась за спину моего любовника и мечтала, чтобы всё это закончилось.

– Даже если это и так, Влад, зачем выставлять Мирославу из квартиры? – ответила с виду старушка божий одуванчик, а на самом деле та ещё стервочка.

Влад её терпеть не мог, но она могла быть вторым душеприказчиком его отца, поэтому он и стелился перед ней. А я никогда не лебезила перед ней, наверное, именно поэтому мы и подружились (как я наивно тогда ещё думала) со старшей сестрой моего свекра. От этого мне сейчас было ещё хуже

– Мира, здравствуй. Ты представишь нас своему мужчине?

Ну конечно, тётя Лиза не собиралась уходить без ответов. Да и мужчина, за спиной которого я пряталась, развернулся ко мне и так вопросительно посмотрел, что я чётко прочитала в его взгляде вопрос: "Мне выставить их всех за дверь или…?"

Поняла, что прикинуться шлангом не удастся, посмотрела на своё отражение в зеркале. Насколько это было возможно в сложившейся ситуации, привела себя в порядок и (пытаясь не задумываться о том, что на мне нет трусиков, и где они я даже не представляю), всё ещё цепляясь за мою "каменную стену" в лице Антона Стрельцова, предстала перед тётей Лизой.

– Здравствуйте, Елизавета Владленовна, – поздоровалась я с ней.

Её мужу кивнула, на Влада даже не посмотрела.

– Ну, как я вижу, дела у тебя в порядке, – улыбнулась она мне и протянула руку для приветствия…

Только не мне, а Бандеросу, со словами:

– И как зовут того, кто знает толк в женской красоте, а не кидается на кости, как все современные мужчины?

Моя каменная стена, обнимая меня одной рукой, двинулся навстречу этому чёрту в милом старушечьем обличии и поцеловал