Его сладкая девочка - Кира Шарм Страница 33

Мне под стать зрелые женщины. Такие мне и нужны. И уж тем более, не какие-нибудь глупые дурочки несмышленые. С кучей амбиций и без всякого понятия… Ни о чем.

Ни о бизнесе, ни о жизни, ни вообще о мужчинах!

Тогда… Да какого хрена!

– Эй !

Понимаю что девчонка отключается.

Закатывает глаза и тупо оседает по кафелю под моими руками.

– Эй. Девочка. Очнись. Да твою ж мать!

Обхватываю ее нежное, обнаженное тело обеими руками. Приподнимаю вверх, прижимая к себе.

– Приди в себя!

Встряхиваю, и тут же слегка отстраняю от себя на вытянутых руках.

Обхватываю одной рукой за тонкую талию и слегка хлопаю по щекам.

Черт.

Понимаю, что она совсем в бессознательном состоянии.

И все равно меня ведет.

От талии ее, такой тонкой. Кажется, просто ладонью обхватить можно. От пышных бедер, которые заставляют меня крепко сжать челюсти и зарычать.

Он груди этой, такой упругой. С вишневыми разбухшими сосочками.

Я ведь помню, какие они на вкус, и…

О том, что ниже даже не думаю!

Чем он нее, черт возьми, пахнет? Как будто розой и медом. Чем-то одуряющим. Вышибающим мозги.

И это ведь именно ОНА так пахнет. Никакие духи этого аромата не перебьют!

Даже мой гель для душа, который выдавливаю на губку, аккуратно прислонив непутевую помощницу к стенке ванной. Уже бывшую помощницу, естественно. А, раз бывшую, то…

Может, провести с ней пару жарких ночей?

Потом, естественно. Когда она во вменяемом состоянии будет. И ровно до тех пор, пока я не перестану от нее так сходить с ума!

Растираю ее с силой. Шею, грудь.

Она тихонько стонет, запрокидывая голову, когда слегка задеваю ее сочные соски губкой.

А я сам внутри глухо рычу. Еле сдерживаюсь, чтобы не прикоснуться губами. Языком.

Скользить по этой нежной шейке вниз.

До самой груди. Втянуть в себя сосок.

Ловить, глотать ее такой сумасшедший отклик на каждое прикосновение.

Чувствовать, как задрожит ее тело. Как будто вначале откуда-то изнутри, а после уже и всей медовой кожей….

Черт, Арбенин! Как ты до такого докатился!

Но я понимаю, что еле сдерживаюсь.

Член стоит колом. Налился кровью до боли. Так, что прямо скручивает.

– Все. Хватит.

Рычу сам себе сквозь сжатые зубы.

Я на такое не подписывался вообще. Зачем я с ней вожусь? Сам над собой зачем-то издеваюсь. Или проверяю свою собственную выдержку, прикасаясь к ней?

Аккуратно промокаю ее тело и волосы полотенцем.

Не могу удержаться.

Все же обхватываю ее грудь ладонью.

Ласкаю. Слегка сжимая. Чуть задеваю пальцем сосок и чувствую, как она сжимается внутри.

Ловлю ее тихий стон.

Глаз не могу оторвать от ее приоткрывающихся сочных губ. Для меня.

И рука сама уже скользит ниже. Пробегаю пальцами по подтянутому плоскому животу.

Но…

Черт!

Заставляю себя остановиться.

Просто подхватываю ее на руки и отношу в спальню.

Заворачиваю в свою рубашку и укладываю в постель. Для верности закутываю в одеяло, как в самый настоящий кокон.

Иначе ведь сорвусь. Ну точно не выдержу!

Так, Арбенин! Соберись! Вспомни, что ты не трахаешь пьяных глупых девчонок!

Бросаю последний взгляд на эту глупышку и заставляю себя рывком подняться с постели.

Похоже, сегодня я буду работать до самого утра. В своем кабинете.

Потому что иначе….

Иначе девочка очень сильно пожалеет о том, что отправилась в тот чертов бар!

Так сильно пожалеет, что ноги еще неделю не сможет сдвинуть!

И я даже знаю, как бы сладко она кончала! Раз за разом!

Но черт. Своим принципам изменять последнее дело!

Быстро наливаю себе полный стакан виски. Заперевшись у себя в кабинете.

Главное, постараться забыть, что там, за дверью, да еще в моей собственной постели, спит мой соблазн в чистом виде. Еще и в моей полной власти!

А забыть мне поможет, конечно же, только работа!

14

Агата.

С трудом разлепляю веки.

Они такие тяжелые, как будто на каждом из них по тонне песка.

Разлепляю и тут же со стоном зажмуриваюсь, падая обратно на подушку. Резкий солнечный свет слишком сильно бьет по глазам. Так, что им больно.

Хочется просто закрыть глаза и не шевелиться. А еще лучше, умереть, так раскалывается голова.

Стоп!

Тихонько стону, накрывая голову руками.

Уже совсем светло? Белый день?

О, Боже! Я опоздала на работу! На ту самую работу, о которой так мечтала!

Черт! Черт, черт, черт!

Резко вскакиваю на постели, надеясь, что еще не все потеряно.

И…

Просто замираю, в полнейшей шоке осматриваясь вокруг.

Совершенно незнакомая кровать! Широкая и просто огромная!

Огромная комната с изящным дубовым столиком и мягким диваном у стены… С террасой…

Мамочки! На мне еще и мужская рубашка!

Выглядываю в широкое панорамное окно и тут же отступаю, снова застонав. Высота такая, что отсюда, кажется, видно всю столицу!

О, Боже! Где я?

С силой растираю виски, пытаясь хоть что-то вспомнить.

Но не могу. Там просто провал. Черная дыра. Последнее, что я помню, это парень, который угостил меня водой. Помню протянутую им бутылку, а дальше… Дальше пусто. Совершенно!

Какой кошмар!

Быстро бросаю взгляд на огромные часы на стене.

Еще полчаса до начала рабочего времени!

Я могу успеть, но…

Черт!

Я ведь ничего не сделала из того, что мне поручил Арбенин!

А еще я понятия не имею, где нахожусь. И… Моя одежда! Вернее, одолженное Миланой платье! Оно и для ночного клуба мне показалось слишком откровенным, а для солидного офиса это не просто катастрофа! Меня же в таком виде даже на проходной не пропустят!

Замечаю на тумбочке возле кровати бутылку воды и пачку таблеток . От головной боли.

Морщусь, но быстро глотаю, жадно выпивая из бутылки.

Как же стыдно!

Где я вообще? Кто меня сюда привез? И… Что вчера было?

Выхожу из комнаты, осматриваясь. Длинный коридор. Здесь много дверей, но все заперты.

Ни одной подсказки, у кого я могу оказаться!

Ладно. Меня не убили и не изнасиловали. Это уже повод радоваться.

Ругаю себя, на чем свет стоит. Больше никогда не поеду никуда с Миланой!

Может, для нее такие похождения и норма, но для меня это просто кошмар!

Скорее всего, я дома у Павла, –