Реставратор 3 - Николай Некрасов Страница 29

Размышления прервал зазвонивший в кармане телефон, когда я подходил к дому. Я вынул аппарат, взглянул на экран, где высвечивался номер Николая. Я нажал кнопку, принимая вызов, но не успел ничего сказать, как из динамика послышался веселый голос:

— Собирайся, реставратор! Нас ждут великие дела!

— И тебе доброго дня. Куда едем на этот раз?

— Я договорился о встрече с ограбленным Стрельцовым, — отозвался приятель. — Он согласен побеседовать с жандармами и их консультантом, то бишь — с тобой. Сегодня через час. Ты как?

— Участвую, — ответил я без колебаний. — Вы достаточно хорошо мне платите. Да и самому любопытно, что скрывать. Человек, собравший такую коллекцию, наверняка живет среди антиквариата. А мне такое по душе.

— Отлично, — довольно заключил Николай. — Знал, что ты оценишь. Заеду через полчаса. Только оденься… поприличней. Стрельцов Человек уважаемый, не хочется ударить в грязь лицом.

— Я что, плохо выгляжу? — возмутился я. — Вы что, сговорились.

Приятель хмыкнул.

— С вами, творческими, всегда, как с детьми. Нужно напоминать даже самое незначительное.

— Сам ты… — буркнул я.

— А я о чем, — рассмеялся товарищ. — Маме пожалуешься?

«Призраку, который живет в моем доме. А она тебя съест», — хотел было ответить я, но сдержался. Нельзя рассказывать о моей тайной астральной подруге и покровительнице. Да и шутка уже затянулась.

— Дядьке твоему пожалуюсь, — выпалил я, сам того не ожидая, и попал в цель.

— Полегче, реставратор, — поспешно произнес Николай, и я услышал в его голосе настороженность. — Я все понял. Выезжаю. Можешь хоть в халате ехать, главное, будь готов.

— Хорошо, — рассмеялся я. — Буду готов.

Товарищ завершил вызов, и я убрал телефон. Вошел в дом, спустился в мастерскую и вручил Михаилу холст. Положил на стол старые инструменты. По моему виду помощник все понял.

— Работу над иконой отложим? — спросил он с легкой ноткой грусти.

— Придется, — подтвердил я. — Мне нужно ехать по второй моей работе. Но мы обязательно продолжим чуть позже, ты не против?

— Конечно. Главное, у нас есть план. А я пока продолжу с чисткой серебра. Там еще три заказа, плюс полировка сколов, и еще по мелочи.

— Спасибо. Вернусь, как только смогу.

* * *

Я поднялся в свою комнату и быстро переоделся. Надел рубашку, брюки и даже накинул пиджак. Взглянул на себя в зеркало и довольно отметил, что выгляжу я очень прилично. Хотел еще перед выходом побеседовать с графиней, но ее нигде не было. В новом обличье она начала обследовать территорию, в том числе чердак и крышу. Так что вполне могла залезть на самый верх и наблюдать оттуда за кипящей жизнью города.

Я спустился в гостиную, где нашел Настю. Она что-то с неистовостью печатала на ноутбуке, что я поначалу не решился ее тревожить. Но девушка дописала и подняла взгляд.

— Отлично выглядишь, — без тени улыбки произнесла она. — Очень по-деловому. Тебе идет.

— Спасибо. Николай заедет минут через десять. Едем к ограбленному коллекционеру.

— Расскажешь потом? — полюбопытствовала она, и в глазах загорелись знакомые искорки.

Девушка любила истории о работе жандармерии, хотя самих стражей правопорядка не очень жаловала.

Я развел руки, словно извиняясь:

— Все, что смогу. Остальное — только после раскрытия дела.

— Как всегда, — улыбнулась она, и я откланялся. Как раз в тот момент, когда у калитки остановилась знакомая машина.

Я вышел с территории. Подошел к авто, сел на пассажирское сиденье и уточнил:

— Машине ты тоже приказал выглядеть поприличнее?

— Пристегивайся уже, остряк, — с легкой усмешкой ответил сидевший за рулем Николай и нехотя добавил: — Да, заехал на мойку. Все же к серьезному человеку едем. Стрельцов, может, и на пенсии, но связи имеет о-го-го. Дядька с меня три шкуры спустит, если хоть в чем-то проштрафимся.

Машина тронулась, увозя нас в сторону особняка. Некоторое время, в салоне царила тишина. А затем Николай произнес:

— «Рассвет» я проверил.

— И что там? — с интересом уточнил я, и приятель скривился:

— Та еще шарашка…

Он нахмурился, поджал губы, затем фыркнул.

— Не нравятся они мне.

— А что с ними не так?

— Да в том то и дело, что все так, — не отрывая взгляда от дороги, произнес товарищ. — Считай, образцово-показательная организация. Буквально идеальная. Реставрация исторических зданий, поддержка музеев. Публикуют серьезные работы с историческими исследованиями, сотрудничают с университетами. Спонсируют несколько институтов, в том числе Академию художеств. Никаких скандалов в прессе или темных пятен в реестре. Члены — уважаемые люди, живущие замкнутой непубличной жизнью. Выходят в свет исключительно с благими намерениями.

— Значит, чтобы тебе понравиться, нужно иметь запятнанную репутацию, — произнес я, но приятель на шутку не отреагировал.

— Да не бывает так. Если все чисто, значит, темные пятна замыли, грязь подмели и спрятали. Нет идеальных систем и святых людей, и ты сам это прекрасно знаешь. Везде найдется расшатанный винтик. Что у нас, что у вас…

Он покосился на меня и уточнил:

— Понимаешь же, о чем говорю?

Я понимал. Даже в семинарии случались скандалы. И даже в семинарских стенах попались проклятые предметы. Это было неплохо, и нехорошо. Просто данность. Так что подозрения Николая я разделял. Историческое общество «Рассвет» могло быть идеальным только на бумаге. И хотелось бы узнать, что именно они за собой подчистили.

Оставшуюся часть пути ехали почти молча. Каждый думал о своем. Я погрузился в размышления о секретах графини, об истинных мотивах исторического общества и о словах одержимой. Казалось, что меня наматывало на веретено, нитью которого были чужие тайны. Это было волнительно, немного страшно, но безумно интересно.

Наконец, авто остановилось у нужного нам здания. И я взглянул в окно, рассматривая старое, трёхэтажное здание, с тёмно-серым фасадом. Вдоль забора бегало несколько доберманов, которым наше появление явно доставило массу впечатлений. Псы совали длинные морды сквозь прутья забора, скалились и лаяли, не находя себе места. Высокий мужчина в темной одежде взмахнул рукой, произнес какую-то команду, и собаки послушно сели в ряд, все еще немного выдавая нервное напряжение резкими поворотами голов и попытками подавить рвущийся оскал.

Мы вышли из салона и направились в сторону дома. Мужчина нацепил на псов поводки, закрепил их у забора и прошел к массивным воротам, чтобы нас встретить.

— Добро пожаловать, — поприветствовал он нас.

— Добрый, — ответил приятель и достал из кармана удостоверение. — Мы хотели бы поговорить с господином Стрельцовым.

— Мужчина кивнул:

— Прошу за мной, — произнес он, развернулся и направился вглубь сада. Мы последовали за ним. Поднялись по ступенькам крыльца, и провожатый любезно открыл перед нами дверь:

— Добро пожаловать в фамильную усадьбу Стрельцовых, —