Хродир Две Секиры - Егор Большаков Страница 142

так же мгновенно, ударом тяжелого боевого молота по шлему, обрушилась на них смертельная усталость. При всё желании, при всём напряжении воли держаться на ногах Вместилища, чьи мышцы в один миг утратили способность к напряжению, уже не могли. Их сил хватило на то, чтобы убраться с пути врага ползком – но и это было чудом, плодом чудовищного волевого усилия, пробивающегося через сомкнутые щиты боли и усталости. Вместилищам удалось избежать того, чтобы их лишенные нечеловеческой силы тела теронгские дружинники пригвоздили копьями к склону холма лишь потому, что их вовремя подхватили и вынесли с поля успевшие подбежать раньше врагов воперны из сотни Уртана.

Востен утверждал, что своих способностей Вместилища не утратили – но им точно понадобится день, чтобы восстановиться. Хродира интересовало, смогут ли они через день сражаться, впустив в себя Красного Сына – Востен заверил, что смогут, и рикс решил взять их с собой на Теронгхафен.

Именно Вместилища послужили причиной того, что Востен отправился вместе с Хродиром на последний город теронгов. Колдун не хотел идти дальше с войском, справедливо полагая, что Хродир и Ремул справятся с остатками сил Стригульда, прижатыми к реке, и без его участия – тем более, что по плану Ремула к Теронгхафену должны подойти также рафары Хальнара и тарутены Хартана, а если Гронтар успеет справится со своей задачей – то и его отряд. В любом случае, даже без Гронтара, вся эта сила явно превосходит то, что сможет собрать в Теронгхафене Стригульд, даже если отведет войско от Суденуфера и сумеет как-то вернуть все пиратствующие по Тарару корабли теронгов домой так быстро. При таком чудовищном превосходстве в числе, особенно в числе дружинников, какое могли создать полные силы Хродира вместе с Хартаном над теронгами, никакие Красные сыны были не нужны. Стригульда с его силами можно было просто закидать снятыми сапогами, причем для этого хватило бы сапог ополчения. Востен считал, что ему следует остаться в Теронгхусене – черный алтарь скрывал множество тайн, которыми необходимо заниматься прямо сейчас. Используя силу алтаря, можно было очень быстро излечить от ран и даже спасти от смерти воинов, что остались в Теронгхусене и не могли продолжать поход. На это Хродир велел Востену оставить в Теронгхусене учениц – раз те уже освоили основы крофта, то пусть они и занимаются ранеными, а сам Востен может вернуться сюда после того, как поможет риксу в Теронгхафене. Колдуну ничего не оставалось, кроме как согласиться, хотя покинуть «свой» алтарь он смог с видимым трудом – Востена влекло к черному камню, будто магнитом.

К Теронгхафену Хродир повёл всех, кто не был ранен. Набралось три полные сотни дружины вопернов, примерно две с половиной тысячи ополченцев – остальных, во главе с Рудо, наскоро поставленным временным ландариксом Теронгхусена, пришлось оставить в городе для борьбы с разбойными шайками и на случай, если жители Теронгхусена попробуют напасть на раненых, около пятисот лучников, отряд Харр – правда, без диких волков, и Вместилища вместе с Востеном, причем Вместилища в этот раз не ехали верхом, а передвигались на телегах обоза. Половину обоза пришлось также оставить в Теронгхусене – раненым требовался уход, и с ними остались их сестры и жены, и до того находившиеся в обозе. В одиночку, конечно, такими силами взять Теронгхафен представлялось сложным, но Ремул и Хродир рассчитывали, что Хальнар и Гронтар сумеют в точности выполнить приказ, да и Хартан не станет сильно задерживаться в Суденуфере.

Радости и рикса, и хейрцога не было предела, когда, подъезжая лесной дорогой к Теронгхафену, они услышали, как в мерный шум Тарара вплетается другой звук – гул сотен воинов, стоящих лагерем.

Под стенами, хоть этот частокол и сложно было назвать полноценной стеной, Теронгхафена собрались две огромных толпы. Одна из них носила красные повязки вокруг шлемов и красные щиты, цвет же щитов и герулок второй был белым. Рафары и тарутены. Хальнар и Хартан. Их лагеря стояли рядом, плавно, без четкой границы, переходя один в другой – сразу становилось понятно, что тарутенарикс и главный мистур рафаров нашли взаимопонимание.

Появление Хродира было встречено громким радостным воплем – оба войска, казалось, уже давно его ждали, хотя по плану Ремула день общего сбора у Теронгхафена был всего лишь вчера. Встречать Хродира Хальнар и Хартан выехали вместе, держась на конях бок-о-бок. Зрелище было забавным – широкоплечий Хальнар на таветской лошадке смотрелся сущим карликом по сравнению с восседающим на катафрактном Ветре Хартаном, хоть сам Хартан ростом и уступал рафару.

– Вы так рады нас видеть? – улыбнулся Хродир, обменявшись приветствиями и дружескими объятьями с командирами рафаров и тарутенов, – неужели боялись, что мы с Ремулом не побьем Стригульда у Теронгхусена?

– В твоей победе никто не сомневался, – усмехнулся Хартан, – воины радуются, потому что ждут штурма. Без тебя и твоих воинов мы просто не штурмовали.

– Ждут штурма? – удивился Хродир, – неужто сам Сегвар снизошел на них, вселив в сердца жажду крови теронгов?

– Не крови, – рассмеялся Хартан, – добычи. Это тебе удалось взять добычу в Теронгхусене, да рафарам в Одурарсхольме – а нам достался пока только Суденуфер. Там из добычи только доски, гвозди и вяленая рыба. Так что, как понимаешь, мои воины злы, голодны ждут сигнала.

– Моим людям надо отдохнуть после марша, – Хродир качнул головой, – раньше вечера к бою готовы не будут.

Хартан шумно выдохнул.

– Ладно, – сказал он, – тогда утром на штурм пойдем. Кстати, о штурме. Я тут подумал, – тарутенарикс почесал нос, – точнее, не я, а Ларций. Пусть он и расскажет, как мы штурмовать город будем.

Хродир и Ремул взглянули на Ларция.

Ферранский посланец прокашлялся.

– План такой, – сказал он, – смотрите: город окружен частоколом. Частокол невысокий – в рост человека. Выходов из города всего два: один – на север, на дорогу к Нортенуферу, второй – на восток, к Теронгхусену. Еще есть береговая линия – город прямо на берегу стоит, там порт и верфи. Я предлагаю...

Выслушав план Ларция, Хродир одобрительно покачал головой и посмотрел на Ремула – мол, одобряешь?

– Отличный план, – усмехнулся Ремул, – узнаю родную ферранскую схолу.

– Вот и отлично, – резюмировал Ларций, – тогда пускай ополченцы берут топоры и отправляются в лес. А мы и дружина пока отдохнем – утром нам силы понадобятся.

Поздним вечером Хродир, Ремул, Хелена, Хальнар, Востен, Ларций, Хартан и его племянник Друнго