Грабёж моей фамилии - Кэрол Март Страница 11

— А сколько уже времени? — робко посматривает на часы. — Да, уже пора закругляться.

С одной стороны, я бы лучше быстрее оказался дома. Но, как подумаю, что этот божий одуванчик будет час еще расталкивать бабулек в автобусе, как-то стыдно становится. Нужно бы помочь этому существу.

— Ты сама до дома добираешься?

— Ну да, — мило пожимает плечами и надевает какое-то несуразное пальто. Ну и вкус у этой девчонки, честное слово. Похожа на полевую мышь.

Понятно. Игорек, или как его там, только на пирог польстился. А как сделать что-нибудь толковое, так и нет его. Нет, не могу я ее тут одну бросить. На улице сегодня пускай и было солнечно, но к вечеру пишут, что похолодало. Отвезу барышню до дома. Она в конце концов подруга моей жены.

— Поехали, подвезу тебя, горе ты луковое. Замерзнешь же в своем троллейбусе. Ты где живешь?

— На дубровке.

Твою мать. Она ездит сюда через весь город, чтобы заработать копейку. Не думаю, что труд барышни, которая на входе сидит и на звонки отвечает, хоть сколько-нибудь ценится.

— Далеко же тебя занесло. Не думала, найти работу где-нибудь поближе? Хотя бы в центре?

— Думала, но не получилось.

— Все ясно, прыгай в машину, пока не замерзла.

— Савелий, — набирается то ли смелости, то ли наглости это непонятное мне существо. — Не нужно меня, пожалуйста, жалеть. Работа мне нравится. И ездить на нее мне совсем несложно. Я включаю аудио-книги, и путь становится вполне приятным. Я согласилась с тобой поехать просто из вежливости. И, если ты не хочешь везти меня в такую даль, то высади меня на остановке.

Существо с характером. Маленькая, а кусается больно.

* * *

Ксения

Я точно знала, что сегодня будет хороший день. Еще утром поняла. И словно судьба — я с Ним в одной машине. Ох, что же сказать? Неужели я вновь потеряю дар речи, и буду глотать воздух, словно рыба?

И тут я вижу искорку жалости в глазах Савелия. И меня прет. Изнутри поднимается какая-то невероятная сила. Этот мужчина жалеет меня. Разве можно влюбиться в женщину из жалости?

Нет, такого не бывает.

Я хочу, чтобы он полюбил меня, потому что я лучшая. Пускай это и не сразу видно. Лучший мужчина достоин любви самой лучшей женщины. Сава — лучший. И я сделаю все, чтобы стать достойной его.

Исходя из этих мыслей, которые молнией проносятся у меня в голове, я выдаю свою «тираду» про жалость. Твердо, но без жестокости. Как будто опрокидываю ведро с холодной водой. Только не совсем ясно на кого. На себя или на него, но, что сделано, то сделано.

— Извини, — звучит как насмешка над моей вспыльчивостью и серьезностью. Саву как будто не пробрало. Может и зря я так на него наезжаю — он только посмеивается надо мной. Но, нет. Он не должен относиться ко мне, как к ребенку.

Конечно, теперь я чувствую себя пристыженно, глупо и неуклюже. Тянет сказать: «Нет, это ты меня прости». Но, делаю над собой усилие и сдерживаю свой порыв. Лучше сменить тему. Тут Дина подсказала мне прекрасную тему на все случаи жизни — стройка.

— Как продвигается стройка твоего дома? Звонил насчет окон? Я с братом списывалась, он сказал, что сделает для тебя хорошую скидку.

— Ммм, нет, — теперь Сава не настроен на разговор. Движение на дороге затруднено. Догадываюсь, что нужно внимательно следить за дорогой. — Приеду домой, наберу. Пока времени не было — много работы.

— А чем именно ты занимаешься на своей работе? — Ответ я знаю, но не могу унять соблазн. Я обожаю слушать мягкий, с мужской хрипотцой голос Савы.

— Продажей и установкой автоматического полива на участках. Благо зимы сейчас теплые. Конец ноября, а земля мягкая — можно еще работать и работать. Деньги зарабатывать. Но, как только нагрянут морозы — буду пропадать за отделкой дома.

— Помощь не нужна? — еще один шанс стать Саве ближе. Сейчас это самое важное. Я прекрасно осознаю, что он не может воспылать ко мне любовью за время нашего короткого знакомства. Тут нужно идти шаг за шагом. И цепляться за каждую ниточку, чтобы связать его по рукам и ногам.

Сава вновь усмехается, как будто я очередную глупость ляпнула. Даже поворачивает голову, чтобы взглянуть, всерьез ли я. Наверное, привык, что женщина не может ничем помочь мужчине. Я же смеяться или смущаться не намерена. Поэтому держу спокойное и серьезное выражение лица — он должен научиться воспринимать меня всерьез.

— Спасибо, пока я справляюсь, — сменяет насмешку на вежливость. А говорят, что люди не меняются… — Но буду иметь в виду: вы — девчонки, здорово пригодитесь, когда начнется покраска, выбор обоев и прочего. Динка с пузом вряд ли потянет такое. Но в компании с тобой, может что-то и получится.

Как же режет тот факт, что даже сейчас, когда мы вдвоем — между нами появляется Дина. Глубокий вдох — это временно. Это только пока, пока только начало наших будущих отношений. Скоро должно все измениться. Остается лишь четко следовать своему плану, над которым я немало потрудилась.

Что там писалось в книгах по соблазнению… ах, да — необходим телесный контакт. По-дружески касаюсь его плеча. Но, ему то ли неприятно, то ли он пугается моего невинного действия. С недоумением смотрит на меня. Будто я не коснулась его, а в любви призналась.

Не успеваю сообразить в чем именно проблема, и как быть дальше. Меня отвлекает какой-то странный толчок. Он вырывает меня из привычной комфортной зоны.

Голова улетает вперед, но ремень безопасности беспощадно давит на меня, оставляя полосу боли. Шум, дым, запах гари. Совершенно неясно, что со мной происходит, и почему машина остановилась. Очень странно, но мне не страшно. Время словно замедлилось, и я попала в другой мир.

Несмотря на боль от ремня, понимаю, что в общем я цела. Из чего можно сделать вывод — я не умерла. Просто, случилась авария — наверное, с чем-то столкнулись, или в нас врезалась другая машина.

Плевать на меня — главное, что с Савой? Резко поворачиваю голову. Вижу бледное лицо мужчины, по лбу тянется жирная капля крови. Похоже, ударился о руль. Савелий в сознании, так как глаза открыты, но вид такой — будто он в шоке и не видит ничего перед собой.

— Сава, Савелий, — дергаю мужчину за плечо. — Пойдем, пожалуйста. Нужно выйти из машины.

Из-за дыма и вспотевших стекол ничего не видно вокруг. Непонятно где мы, и что происходит.