Журнал «Юность» №12/2025 - Журнал «Юность» Страница 6

Один недостаток, как и у любой прекрасной книги, – она заканчивается.

АННА ХРУСТАЛЕВА,

литературный обозреватель

ВИКТОР ДАШКЕВИЧ, «ДЕЛА ТАЙНОЙ КАНЦЕЛЯРИИ»

С удовольствием положу под чью-нибудь елочку новую книгу Виктора Дашкевича «Дела тайной канцелярии». С неменьшей радостью презентовала бы и первый том серии – «Граф Аверин. Колдун Российской империи», но подозреваю, что его прочитали уже абсолютно все, кто умеет читать, – вплоть до высоколобых интеллектуалов с ученой степенью, мамой клянущихся, что жанровую литературу – чур меня, чур – они отродясь в руки не брали.

Новый сборник – это восемнадцать самостоятельных историй, действие которых по-прежнему разворачивается в альтернативной России со времен правления Елизаветы Петровны до конца XX столетия (и немного в Португалии). Все наши старые знакомые в сборе: узнаем, как колдун Афанасий Репнин сумел воспитать из строптивого черта Владимира настоящего человека; какие научные эксперименты ставил над фамильяром Анонимусом папенька Гермеса Аверина – Аркадий Филиппович; возьмемся за расследование загадочного преступления вместе с экономкой графа Аверина – тетушкой Марго и отправимся в велопоход с главным дивом Португалии – фадиштой Педру (ну и еще постоим рядом с ним у позорного столба). Как всегда, будет запутанно, напряженно, жестко и… узнаваемо: проблемы альтернативной империи мало чем отличаются от наших собственных. И вновь никакой любовной романтики. Обидно, конечно, но развивает смирение.

МИХАИЛ ЛИТВАКОВ,

генеральный продюсер «Аудио Издательства “Вимбо”»

СЕРГЕЙ ШТЕРН, «КВАРТЕТ КАНДИНСКОЙ»

Скоро закончится еще один год, и у нас появится время подумать о том, что же дальше. И, как всегда, мы будем копаться в прошлом и рыться в своей памяти, тщетно ища там задуманные, но нереализованные желания. И чтобы легче было через это пройти, очень рекомендую прочитать остросюжетный «психиатрический» триллер Сергея Штерна «Квартет Кандинской». Эта книга о том, как ненадежна и избирательна наша память, как искажаются воспоминания и к каким неожиданным последствиям это может привести. Главные герои участвуют в расследованиях секретных служб, все глубже запутываясь в «играх разума» в попытках реализовать свои желания. И все же находят выход из лабиринта, попутно разгадав загадки прошлого.

ЕКАТЕРИНА ПИСАРЕВА,

шеф-редактор группы компаний «Литрес»

ФЛОРИАН ИЛЛИЕС, «ЛЮБОВЬ В ЭПОХУ НЕНАВИСТИ. ХРОНИКА ОДНОГО ЧУВСТВА»

Я выбрала Флориана Иллиеса «Любовь в эпоху ненависти. Хроника одного чувства». Это одна из моих любимых книг, в которой много утешения, света и надежды. По сути, Иллиес создает калейдоскоп из разных жизненных историй. Публичные интеллектуалы «ревущих двадцатых» оказываются перед лицом оглушительных событий – падения Веймарской республики и прихода нацистов. Катя и Томас Манн, Бертольд Брехт и Хелена Вайгель, Симона де Бовуар и Жан-Поль Сартр, Генри Миллер и Анаис Нин, Жозефина Бейкер, Тамара Лемпицка – Иллиес приглашает читателя в удивительное путешествие по произошедшему почти 100 лет тому назад, но чувства его героев кажутся донельзя знакомыми и живыми.

Поэзия

Мария Гришкова

Поэт и переводчик. Родилась в 2003 году в г. Чите Забайкальского края.

Живет в Москве. Выпускник факультета «Международные отношения» Дипломатической академии МИД России. Лауреат VI Всероссийского конкурса молодых литераторов «Зеленый листок», участник Ежегодного всероссийского совещания молодых литераторов СПР (г. Химки), награждена в номинации «За лучшую романтическую лирику» конкурса студенческих литературных объединений «Зачет!». Публиковалась в литературно-художественных журналах «Бельские просторы», «Дальний Восток», «Аврора», «Поэзия. Двадцать первый век Новой эры», «Всемпоэзии. РФ», «Веретено», газете «Забайкальский рабочий».

Попутчиков нечаянная близость

* * *

Накинь на наши головы пальто,

И будем жить в своем закрытом мире.

Мы переждем все слякоти и сыри,

Пока вокруг зеленое – желто.

Не нам сидеть поближе к очагу,

И к телу твоему я – антитело,

Но от дыхания двоих тепло и прело,

Как будто дождь идет, а я в стогу.

Закрыть глаза, упасть худым листом —

Лицом в плечо – и наступает сизость.

Попутчиков нечаянная близость

На время снова заменяет дом.

* * *

Руки-листья ли

Падали мне на плечи?..

Прерывистый стежок сна.

Дождь ступает по крыше,

Как гибкая тень по тебе.

Лапки других кошек

Листья к траве прижимают.

Царапины на сердце.

* * *

Я поэт Бездомный из Домны[1].

Говоришь со мной голосом томным.

А мой смех летит за Улан-Удэ.

В Забайкалье браво. Хама́ угэ![2]

Говоришь: «Напиши, как придешь домой»,

А я все иду по Тверской-Ямской.

«Мысленно я в тайге, беру черемшу»

Ощущается как «больше не напишу».

Геоданные мне не находят метку.

Замени «моей девочкой» «мою детку»

И направь мои песни в другой полет.

И, быть может, тогда мой ответ придет.

* * *

Щелчок двери как выстрел в пустоту.

Приходишь – нет, случаешься со мной.

Как при ранении железа вкус во рту,

Как дрожь по телу в холод затяжной,

Как целовать, не проводя губой,

Когда спины натянута струна…

Смотри, смотри, мой ласковый герой,

Как я совсем в тебя не влюблена.

И тело движется, подобное кнуту,

И моя линия преступно непряма…

Щелчок двери. Железа вкус во рту.

И нас влекущая друг к другу пустота.

* * *

Ты входишь в комнату – бегут

По позвоночнику снежинки.

Их ледяные паутинки

Спины вытягивают жгут.

Развешены, как простыни,

На ниточке цветные льдины.

Я вымерзла до сердцевины

За все непраздничные дни.

Мой мир – застывшая вода,

Узор снежинки на салфетке

И призрак яблока на ветке,

Когда осталась корка льда.

Но входишь ты – и пустоту

Переполняет чудесами —