Уральский следопыт, 1982-01 - Журнал «Уральский следопыт» Страница 25

восстание под предводительством правого эсера Антонова. На разгром банд были брошены крупные силы Красной Армии, командовал ими Тухачевский, эскадроны Котовского были переброшены сюда с Украины. Антоновское воинство изрядно потрепали, но изворотливые главари уходили от возмездия. Укрывали их крестьяне – неграмотные, запутавшиеся в политических событиях, запуганные бандитами. Главарей восстания можно было взять только хитростью – проникнуть в логово врага…

Получив записку от Владимира Ильича, Дзержинский вызвал к себе начальника отдела ВЧК Самсонова.

Тимофей Петрович Самсонов-Бабий родился в Бессарабии в бедной крестьянской семье, с малых лет батрачил на помещика. Юность Тимофея совпала с первой русской революцией. Он организовывал нелегальные кружки среди крестьян, с 1906 года был связан с революционерами. Несколько раз его арестовывали. Четыре года провел в тюрьмах Хотина, Каменец-Подольска, Кишинева. Одесским судом был приговорен к вечной каторге. Ссыльнопоселенец Самсонов мыл золото, работал на пристанях, ходил по Витиму и Лене. И везде сколачивал артели рабочих: жить коммуной была его страсть.

– Так можем помогать слабым, не дадим человеку умереть, вместе мы всегда защитим его. У нас будет возможность заниматься революционной пропагандой, – агитировал Тимофей Петрович за артель, землячество, за коммуну.

В 1914 году в Бодайбо Самсонова арестовали. Просидел он тогда полгода, в тюрьме был старостой политических, то есть и там организовал коммуну. Выпустили его по ошибке. А когда полиция спохватилась и ринулась исправлять оплошку – Самсонов был далеко. В то время по всей Сибири собирали молодых крестьянских сыновей на войну. Тимофей Петрович с паспортом на имя Михаила Немчинова затесался к ним и добрался до Владивостока. Там он устроился кочегаром на пароход «Новгород», отплывающий в Англию, и через три месяца сошел на берег в английском городе Ливерпуле.

Немало бед испытал он вдали от родины. Работал в порту, среди английских и русских рабочих организовывал кружки, вел революционную пропаганду. В Центральном музее Октябрьской революции в Москве хранится документ на английском языке, с английской печатью о том, что некий Мишель Немчинов был арестован и осужден ливерпульским судом на шесть месяцев каторжных работ за антимилитаристское выступление среди рабочих порта и после отбывания срока высылается в Россию.

Это было осенью 1917 года. Он прибыл в Архангельск, готовый взяться за любое дело на пользу революции, но местный эсеро-меньшевистский Совет не нашел для него работы. Вместе с другими эмигрантами Самсонова отправили в Вологду, а затем на Урал.

В Челябинске исполком городского Совета поручил Тимофею Петровичу организовать биржу труда. Он развернул здесь кипучую деятельность. От предпринимателей Тимофей Петрович требовал расширять производство. В Совет шел с предложением организовать очистку и мощение улиц, наладить заготовку дров. На одном из заседаний исполкома настоятельно предлагал «вступить в конкуренцию с спекулянтами, для этого организовать свои лавочки, продавать товары без помощи Стахеевых». Часто выступал на митингах и собраниях. На уездном съезде казаков говорил громко, образно, с характерной для тех дней цветистостью:

– Казачество не есть социальная группа. До революции в России были крестьяне, мещане, купцы, дворяне. Теперь это все лопнуло! Есть две категории – бедняки и богачи!

Тимофей Петрович много работал, ездил по деревням и казачьим станицам, выезжал в Каслинский завод, везде помогал наладить работу первых советских органов управления. В мае 1918 года Челябинский Совет посылает Самсонова на II Всероссийский съезд комиссаров труда. Там он впервые увидел и услышал Владимира Ильича Ленина.

Вот как впоследствии писал об этой встрече Самсонов:

«О чем Ильич говорил? Он говорил о том, что грозит успешному развитию революции в нашей стране. Давал глубокий анализ событиям, революции и контрреволюционным силам, говорил о том, что на чаше весов между этими силами лежит фунт хлеба, который может решить все, борьба за фунт хлеба – борьба за социализм.

Логика его доводов была так сильна, его оптимизм убедил всех, что кроме победы революции другого исхода событий быть не может».

Осень 1918 года. Самсонов в штабе 3-й армии Восточного фронта в должности следователя и инструктора военного контроля. В январе 1919 года в штаб армии прибыла правительственная комиссия, в составе которой были Сталин и Дзержинский – расследовать причины сдачи города Перми колчаковцам и для принятия экстренных мер по укреплению фронта, для наведения порядка в тылу.

На второй день Дзержинский пригласил к себе Самсонова. Феликс Эдмундович попросил доложить об обстановке в армии, в тылу и каково мнение Самсонова о причинах поражения. Попросил подготовить обстоятельный письменный доклад.

Доклад был подготовлен в срок и вполне удовлетворил правительственную комиссию. С этого времени между Ф. Э. Дзержинским и Т. П. Самсоновым установилось полное взаимопонимание. Тогда же Тимофей Петрович получил дорогой подарок – оружие и удостоверение, в котором писалось: «…мною ему подарен для ношения личный револьвер системы «Кольт» № 75350, что и удостоверяю». И подпись – «Председатель Всероссийской Чрезвычайной комиссии Ф. Э. Дзержинский». (Хранится в Центральном музее Октябрьской революции в Москве.)

Вскоре Самсонова назначили начальником Особого отдела Реввоенсовета 3-й армии.

Весной 1919 года Тимофей Петрович приезжал в Москву к Феликсу Эдмундовичу. На Восточном фронте дела поправились, и он попросил перевести его на более трудный участок – на Дон, на Украину. И его направили в распоряжение Всеукра-инского ЦК РКП(б), а конкретно – к С. В. Косиору. Но район, в который предполагалось послать Тимофея Петровича, был занят белогвардейцами, и он возвратился в Москву. А в сентябре 1920 года Самсонова назначили начальником отдела ВЧК.

Разработать план борьбы с ан-тоновщиной Дзержинский поручил Самсонову. Через бывшего министра Временного правительства Кошкина антоновцы надеялись выйти на кадетскую партию за границей, на ее лидера Милюкова. Как, каким образом свяжутся между собой антоновцы и московские контрреволюционеры? Необходимо к ним внедрить своего человека, да такого, чтоб ему доверяли и тамбовские мятежники, и московские антисоветчики. Нашел такого человека Дерибас, заместитель Самсонова.

Евдоким Муравьев [1]. Длинные волосы, небольшие усы и бородка, очки в позолоченной оправе – типичный интеллигент народнического типа.

[1 Е Ф Муравьев, член КПСС с 1921 года Пенсионер, живет в Москве]

Сын середняка, воронежский студент, левый эсер, арестовывался чекистами, заведовал губземотделом, возглавлял воронежскую левоэсеровскую организацию, то есть был с подходящей для антоновцев биографией.

На самом же деле Муравьев к тому времени отошел от эсеров, примкнул к большевикам. Но об этом знали только чекисты…

А через некоторое время антонов-ца Федорова, холеного дореволюционного барина, в Москве встречал «видный представитель деникинского штаба» – чекист Самсонов. Водил на «заседания руководителей штаба московской эсеровской организации», показывал большие склады оружия и боеприпасов, знакомил с «агентами повстанческих армий Украины и Северного Кавказа».