Семнадцатая - Виталий Хонихоев Страница 74

- Ахаха! Прекрати, у меня ребра сломаны! Ахах… - хватается за живот Слава и медленно валится набок: - я не могу! Ахаха! Розовая! Это … маскировка! Ебушки-воробушки! Маскировка!!

- Чего ты ржешь? Это искусство прятаться. Неожиданно же? Вот ты – не ожидала? Вот это и есть маскировка! В дикой природе надо прятаться и быть незаметным, а в социуме, в городе – стать похожим на других, затеряться в толпе и …

- Ахаха! Ты свое лицо в зеркале видела?! – Слава медленно катается по земле от смеха: - ахах… сука, больно… ауч… ауч… ууу… ахаха! Прекрати!

- Да я ничего и не делаю! Ты сама тут катаешься и ржешь как лошадь! Чего смешного, объясни… - складываю я руки на груди. Кости у меня заживают, что-то хрустит в спине, и я начинаю чувствовать себя заметно лучше. Классная все-таки способность у Мясника.

- С твоей мрачной харей и такой футболкой ты как только в город выйдешь – на тебя оглядываться будут! – говорит Слава: - да, надо затеряться в толпе, надо быть как все, но нельзя клоунский колпак, красный нос и лыжи на ноги напялить, нельзя внимание привлекать. А ты… о, господи…ахаха… маскировка. Незаметная ты наша… ладно. Вставай. Понесу тебя.

- Куда это?

- Как куда? Ты – злодейка, ты проиграла. Все, в камеру. Руки на затылок и все такое прочее. Права тебе зачитывать не буду, сама не очень хорошо помню. Ну, да на месте тебе зачитают.

- Серьезно? – я смотрю на нее с нескрываемым скепсисом. У нее сломаны ребра, распухла переносица, она подволакивала ногу, если не перелом, то уж отбила я ей бедро знатно. Сейчас Слава была способна только очень медленно лететь и то не в самой приглядной позе. Понятно, Панацея, самый знаменитый кейп-целитель – ее родная сестра, так что я не переживаю что Слава калекой останется. В то же время прямо сейчас Слава у нас инвалид, который без «ауч-ауч» и шага не сделает. Как и положено после хорошей драки. Ей бы полежать, отдохнуть, лекарства выпить и переломы зафиксировать, а не в драку бросаться снова. Тем более, что я-то уже в форме, как будто и не дралась вовсе. Жаль, что у Мясника нет способности других лечить.

- Вообще-то есть. – говорит у меня в голове Эдвард: - во-первых это способность управлять кровью, а во-вторых…

- Блять, молчи! Молчи! – рычит Мясник: - молчи и все тут!

- Слюной. – продолжает Эдвард: - будешь смеяться, но эта способность…

- Молчи, сука! Урою!

- … от оригинального Мясника.

- Ну, все, тебе не жить!

- А почему же я не знаю про нее? – спрашиваю я у Эдварда и чувствую ментальный аналог пожатия плечами.

- Наверное потому, что эта способность действует на других а не на себя, - логично предполагает он: - когда это Мясник хотел кого другого вылечить?

- Ну хорошо! Млять, просто прекрасно! – закатывает глаза Мясник: - шалава очкастая! Не вздумай! У Мясника есть Наследие! Мясник никого не лечит! Мясник – калечит!

- Мы же договаривались насчет очкастой…

- Я больше не называю тебя очкастой шлюхой!

- О, господи…

- Она уже больше не очкастая. – встревает в разговор Свара: - очки не носит, ты что, тупой? А ты, Тейлор – у тебя есть прекрасная возможность…

- Что еще за возможность?

- Вылечить свою подружку-героиню. Просто нанеси на пострадавшие места немного своей слюны. Хм… даже и не знаю как… наверное языком? Интересно, тебе надо ее всю облизать или достаточно язык в глотку засунуть?

- Фу! Ну все, я вас не слушаю… - переключаюсь на другие каналы восприятия. Смотрю на Славу. Она смотрит на меня в ответ. Она боец и прекрасно понимает, что вот сейчас она мне не соперник. Но сдаваться не собирается и более того – грозится меня в камеру посадить. Хм.

- Слушай, а что это у тебя тут… - отвлекаю я ее внимание и прежде, чем она успевает среагировать – вытаскиваю у нее из кармашка телефон.

- Это бесполезно… - начинает было она, но я быстро прижимаю ее палец к экрану и отпрыгиваю в сторону.

- Эй! А ну верни! Слышишь?! Это частная собственность и …

- Да пожалуйста… - я отдаю ей телефон обратно: - я просто твой номер записала. И подмогу вызвала.

- Подмогу?

- Ну… ты же одна меня в СКП не утащишь. Правда, ждать я не буду. Но ты – подожди, через пятнадцать минут прибудут. А то если тебя тут оставлю, завтра в газетах напишут, что я тебя оставила на Кладбище Кораблей, а ты заблудилась и от голода умерла. И жажды. И так из меня кровожадного маньяка делают…

- Стой. Погоди… ты – Ядовитый Плющ?!

- Дурацкое имя как по мне.

- Ты – Мясник Пятнадцать?!

- Идиотская привычка называть людей числительными. Пятнадцатая. Между прочим, у меня имя есть. Я – Тейлор. – протягиваю руку для рукопожатия. Слава – машинально берет ее в свою.

- А ты – Виктория Даллон, приятно познакомиться. Однако поскольку подмога едет, а я не хочу оказаться в комфортабельной камере СКП, мне, пожалуй, пора.

- Мама меня убьет… - едва шевелит пересохшими губами Слава: - мне не жить. И Панацея…

- Если задумаешь убежать из дома – я тебе там смс скинула, это мой номер. Ну и … подраться если захочешь. У нас поединок не закончен.

- Что?

- Ну, ты же сама сказала – поединок закончится, когда ты меня в камеру СКП проводишь. До тех пор – ничего не закончено. Ладно, мне в самом деле пора, у меня дел куча. А ты просто подожди, сейчас за тобой СКП приедет.

- Ебушки-воробушки… - тянет Слава: - охренеть. Я с … тобой, с Мясником Пятнадцать на кулаках дралась?!

- И показала себя достойно! Таких люлей мне выписала. О! На вот. – я вкладываю ей в руку небольшой предмет.

- Что это?

- Мой зуб. Так-то ты их у меня десятками повыбивала, везде тут валяются, но этот – на память. Я себе