День из жизни мозга: Что происходит в голове, пока мы спим, работаем и пьем кофе - Бент Фрайвальд Страница 9

представить, как воплощение твоего страха становится смешным и безобидным. Невиллу Лонгботтому — тому самому неудачнику, который в финальной части саги станет настоящим героем, — боггарт является в образе профессора Снейпа, загадочного и мрачного преподавателя зельеварения. Невилл до смерти его боится. Он произносит «Ридикулус» — и вот боггарт-Снейп уже стоит перед ним в бабушкином платье, шляпе с перьями и с дамской сумочкой в руках.

Репетиция мысленных образов работает по тому же принципу. Если вам, скажем, раз за разом снится, что вас преследуют, вы можете мысленно превратить преследователя в участливого полицейского, который всего лишь хочет вернуть вам монетку, выпавшую из кармана. А громко крикнуть при этом «Ридикулус» точно не повредит.

Впрочем, кошмары большинства людей не настолько яркие, и снятся они не столь часто, чтобы требовалась терапия. Есть и более простые приемы, которые можно попробовать дома. Например, перед сном произнести вслух что-то вроде декларации о намерениях. Лечь в постель и сказать вслух: «Я хочу увидеть сон об отпуске в Италии!» А если вы уже знаете, в каком именно доме будете жить, — еще лучше! Распечатайте фотографию, рассмотрите ее перед сном, а то и положите на тумбочку. Сновидения — процесс прежде всего визуальный, и такие картинки вкупе с намерением вполне могут повысить шансы на то, что вам действительно приснится Италия. А каждый сон об Италии — это минус один кошмар.

Поскольку дневной стресс и тревога повышают вероятность ночных кошмаров, всегда имеет смысл снижать уровень напряжения в течение дня. Проще говоря: меньше работать, не стесняться просить о помощи. Помогают и такие практики, как медитация, йога или упражнения на осознанность, — они действуют как эмоциональный фитнес. Тот, кто учится осознаннее обращаться со своими чувствами днем, дает мозгу меньше поводов заново «перебирать» эмоции ночью.

Возможно, вы помните начало этой главы, где я говорил о том, что сновидения начали связывать с работой мозга сравнительно недавно. Происходит постепенное осознание роли мозга — и это может послужить утешением. Ведь если кошмары рождаются в мозге, а мозг пластичен — то есть способен постоянно перестраиваться и меняться, — значит, мы в силах повлиять на то, чтобы кошмаров стало меньше. Но ни медитация, ни йога, ни самовнушение не избавят от кошмаров полностью. По-настоящему здорово было бы научиться дергать стоп-кран прямо внутри сна. Не просто заниматься профилактикой, а влиять на ход сновидения в процессе. И это действительно возможно.

Как научиться управлять своими снами

Случалось ли вам во сне осознать, что вы спите? Должен признаться: со мной такое произошло всего один раз — и, как назло, именно в те месяцы, когда я работал над этой книгой. Мне приснилось, будто я стою у окна своей новой гамбургской квартиры и смотрю на город, а заодно и в пропасть, потому что живу на четвертом этаже. Высоты я немного побаиваюсь, но тут вдруг понял: это же сон! И сразу полностью расслабился. Перестал смотреть вниз, отошел от окна. Просто так. Не припомню, чтобы подобное случалось со мной раньше. Для таких снов существует специальный термин — люцидные, или осознанные, сновидения. Суть в том, что сновидец понимает: он видит сон, пока еще находится внутри него.

Представление о люцидных снах часто идет дальше простого осознания: речь идет не только о том, чтобы понимать, что спишь, но и о том, чтобы управлять содержанием сна и собственным поведением в нем. Да, я знаю — это снова напоминает фильм «Начало». Неудивительно, что в научном мире к люцидным сновидениям долго относились скептически. Казалось немыслимым, что можно сознательно влиять на такое причудливое явление, как сны. К тому же сновидения долгое время считались слишком субъективными, чтобы их можно было исследовать научными методами. Что это не так, мы уже убедились. Со временем методы стали еще тоньше, и ученые разработали весьма хитроумные экспериментальные схемы, чтобы доказать: осознанные сновидения — вполне реальное явление.

Несколько лет назад исследовательской группе из мюнхенского Института психиатрии Общества Макса Планка удалось переубедить многих скептиков. Все участники эксперимента были уверены, что способны видеть осознанные сны. Их — разумеется — уложили в томограф, поначалу в состоянии бодрствования. Лежа в аппарате, они должны были поочередно сжимать в кулак левую руку, потом правую — и повторять это снова и снова. Тем временем ученые записывали активность мозга и таким образом определили, какие зоны включаются при сжатии каждой из рук. Среди них, конечно же, оказалась моторная кора — область мозга, без которой невозможны целенаправленные движения. Она задействована на всех этапах: от планирования движения («Сейчас я пробью штрафной в верхний правый угол!») до его выполнения. Заодно ученые смогли установить, какие нейроны в мозге «отвечают» за руки — то есть какие клетки активируются, когда вы двигаете руками или чувствуете прикосновение к ним. Сегодня мы знаем, что у каждой части тела есть свое маленькое представительство в мозге. Если бы вам сегодня проводили операцию на мозге, хирург мог бы прямо во время процедуры определить, какой именно участок отвечает за ваши руки. Достаточно коснуться его зондом, подать слабый электрический импульс — и вы почувствуете покалывание в ладонях.

Схематическое изображение этого распределения в мозге называется гомункулусом. Это слово обозначало искусственно созданного маленького человечка. А в нейронауке гомункулус — это карта мозга, на которой каждому участку соответствует определенная часть тела. Карта эта двойная: сенсорный гомункулус показывает, куда поступают все сигналы, которые вы ощущаете, а моторный — откуда мозг управляет движениями. Вы можете увидеть это на рисунке. И вот что любопытно: вовсе не обязательно крупные части тела (скажем, спина) занимают в мозге больше места. Все определяется сложностью задачи. Руки способны совершать невероятно точные и тонкие движения — писать, играть на фортепиано. Для этого мозгу требуется множество нервных клеток и обширная область в моторной коре. В руках, реагирующих на прикосновение, боль, температуру и вибрацию, также сосредоточено огромное количество сенсорных рецепторов. Поэтому и на сенсорном гомункулусе руки занимают непропорционально большой участок.

А вот спина устроена более грубо. Именно поэтому работает так называемый тест слепой зоны, особенно любимый детьми. Нужно одновременно и мягко приложить два или более пальцев к разным точкам на спине человека и спросить, сколько прикосновений он чувствует. Чаще всего он ответит: одно. Дело в том, что на спине сравнительно мало нервных окончаний, и потому мы довольно плохо определяем, до какого именно места дотрагиваются, куда нажимают или где покалывают. Неудивительно, что на сенсорном гомункулусе спине отведен совсем скромный участок.

Гомункулус состоит из сенсорной коры (левая стрелка) и моторной коры (правая стрелка).