Похождения Вечного Принца - Михаил Ефимович Литвак Страница 35

Хочу сказать, что школьные вечера были единственным местом, где хотя бы вот так безопасно можно обняться. Квартирный вопрос был далек от разрешения. Большинство семей жило в одной комнате неизолированной квартиры. А семья нередко состояла из 5–6 человек (двое детей иногда разного пола, мама и папа, иногда еще был кто из прародителей). В общем, домой к себе никого привести было нельзя. Мы, проживая в двух проходных комнатах неизолированной квартиры втроем, считались буржуями.

Второе место, где протекала наша сексуальная жизнь, – это парк и аллейка. В парке была танцевальная площадка, но там нужно было платить, да там еще и собирались местные хулиганы. Правда, на последние 2–3 танца двери открывались для всех, которые на танцы смотрели через решетку. Так вот тогда можно было туда зайти вполне бесплатно и пригласить кого-то с риском получить отказ и по «морде лица», или просто постоять и помечтать. Аллейка – это тротуар улицы, прилегающей к парку. По ней небольшими группками ходили мальчики отдельно, девочки отдельно. Это были как раз мы, ученики 8–10-х классов. Год тогда имел огромное значение. Старшие не хотели встречаться с нами, мы не хотели встречаться с младшими. В общем, была такая возрастная рознь. Иногда девочки шли впереди, мальчики чуть сзади. Иногда шли в ряд по 4–5 человек, перегораживая весь тротуар. По аллейке дефилирование шло примерно с 8 до 11 вечера. Идущих по делу там практически не было. В центре на тротуарах центральной улицы собирался цвет города. В основном студенчество. Причем один тротуар был более высокого ранга и назывался Пижон-стрит, второй более низкого – киндер-штрассе. Это был отрезок между центральными проспектами не более километра. Дальше улица была пустынна. К центральной улице примыкал парк. Там тоже гуляли, но не студенты.

Так вот, на нашей аллейке мальчики и девочки, когда были вместе, говорили в основном об оценках, о противных учителях и местных происшествиях, которых было много. Девочки между собой говорили о мальчиках, а мальчики о девочках. Те, кто уже целовались, ходили в героях. О завершенных сексуальных отношениях, по-моему, нам, школьникам, и не мечталось. Ну, может, где-то в далеком, малообозримом будущем. Я не хочу давать здесь оценок, хорошо это или плохо. Скорее плохо. Если бы было хорошо, то никто ничего бы и не менял. У меня тоже была примерно такая идеология, которая сочеталась с чрезмерно высокой сексуальной конституцией. Только теперь я представляю силу этой идеологии, ибо побеждала все-таки всегда она, причем довольно легко. Уже потом я задумался, а откуда эта идеология берет силу? Понятно, что у меня самого. Вот и выполни после этого свое предназначение. Если прибавить к тому же, что занятия не занимали у меня всех сил, то, представьте себе, сколько времени уходило на внутреннюю борьбу, этакую внутреннюю сексуальную борьбу. Мастурбацией заниматься было нельзя: в свое время напугали. Поллюций у меня не было, а вот эрекции были довольно болезненными и возникали в самом удобном и неудобном месте. Например, когда сидишь в транспорте. Вот и приходилось стоять, даже когда места были свободны. Я думаю, что наше поколение было более сексуально, что вынуждало нас быть вежливыми. Современные ребята запросто располагаются на сиденьях автобусов. Надо думать, эрекции у них при этом не возникали.

К 9-му классу я практически перестал заниматься спортом. Турник за домом сломался. Наш лидер к этому времени женился на своей партнерше по акробатике. Пойти еще куда-нибудь в секцию я не решался. Да еще и шли тогда разговоры о том, что все уже слишком поздно. Секции тогда работали на рекорды. Малоперспективных детей туда не брали. Впрочем, я и не пытался. Почему-то я поверил одному моему однокласснику, который уже год занимался легкой атлетикой, что я безнадежно в этом плане отстал. Я этим разговорам верил. Так, в семье постоянно отец говорил, что ему уже поздно зародить второго ребенка (а было-то ему всего 33 года, когда он вернулся с войны), хотя его сверстники этим занимались вполне успешно. Потом я узнал, что, оказывается, он был болен и не в состоянии был иметь детей. Но и вообще он чувствовал себя старым. Кстати, вот это «теперь уже поздно» меня в свое время заставляло суетиться и делать неверные шаги, с одной стороны, и делало чрезмерно пассивным – с другой. Это сейчас я считаю, что никогда ничего не поздно.

(Понятие возраста, конечно, носит социальный характер. Знали бы вы, сколько вам лет, если бы вы жили в пещере, дорогой мой читатель? Конечно, нет! Вот и забудьте о своем возрасте. Если вам хочется, то, следовательно, и нужно это желание осуществить, если конечно, у вас есть соответствующие навыки. А если этих навыков нет, то их следует приобрести. Ни одно желание не возникает на пустом месте. Вот не хочется мне петь тенором в миланском оперном театре «Ла Скала». Нет во мне таких способностей. А вот если бы хотелось, то следовало бы попытаться это сделать. Туда, конечно, можно и не попасть, но хоть петь научишься. И вообще в писании сказано, что удовлетворенное желание – это древо жизни, а неудовлетворенное иссушает мозг. А ведь ВП хотел тренироваться! – М.Л.)

Комментарий: О сексуальном воспитании

Проблема секса является одной из центральных, которыми занимается психотерапевт. Я свои представления на этот счет высказал подробнее всего в книге «Секс в семье и на работе». Она мне представляется достаточно практичной, ибо после ее прочтения в соответствии с вашими отзывами, мои дорогие читатели, многие успешно эту проблему решали. В жизни многих людей она занимает слишком много места. (Причем незаслуженно!) Так что замалчивать ее нельзя. Замечено, что некачественный и незавершенный секс отнимает гораздо больше времени, чем качественный и завершенный. Например, один молодой человек в мыслях своих был со своей сексуальной партнершей до 9 часов в день, хотя уровень их отношений был только комсомольский. Многие годами мечтают о своем герое, который живет на соседней улице, не предпринимая никаких шагов для сближения. Количество этих примеров великое множество. Когда кто-то из юмористов сказал, что в Советском Союзе секса не было, я думаю, он не подозревал, насколько его «не было». Дело обстоит гораздо хуже, чем мы об этом думаем.