История искусства для развития навыков будущего. Девять уроков от Рафаэля, Пикассо, Врубеля и других великих художников - Зарина Асфари Страница 13

безымянную минималистичную инсталляцию (иногда её называют Loverboy{42} – «Любовник»). В это время от СПИДа умирал его возлюбленный Росс Лэйкок: он быстро терял вес, болезнь буквально съедала его. Феликс положил на полу в галерее стопку голубых листов бумаги, сопроводив её инструкцией, призывающей посетителей уносить с собой по одному листку. Таким поразительно простым способом он добился того, что гости галереи выносили из арт-пространства не только впечатления от современного искусства, но и материальное напоминание об эпидемии, убивающей людей вокруг них, и о том, что безразличие к эпидемии равно соучастию в её распространении. С каждым новым посетителем, уносящим листок, метафорическое тело Росса таяло, уменьшалось в размерах, пока не исчезло совсем. А Феликс с помощью этой инсталляции разделил свою боль с другими[23].Целительная сила искусства: как продлить себе жизнь

Пожалуй, самый яркий пример – Фрида Кало. Для неё искусство было буквально способом жить, и я глубоко убеждена в том, что без его помощи Фрида не прожила бы те 47 лет, на которые её хватило. Для обычного человека, даже в первой половине XX века (а сегодня тем более), 47 лет – это очень мало, но не для Фриды. Она родилась с патологией репродуктивной функции, в шесть лет переболела полиомиелитом и из-за этого хромала, в восемнадцать попала в аварию и получила тройные переломы позвоночника и таза, переломы ключицы и рёбер, вывихи плеча и стопы, одиннадцать переломов правой ноги, а кусок арматуры прошил ей влагалище, порвал матку и вышел в области бедра. В последующие 29 лет она перенесла 31 операцию, включая ампутацию пальца из-за гангрены, а потом и ноги до колена вследствие рецидива, удаление аппендикса и три аборта по медицинским показаниям.

Фрида не только посвящала своей боли, душевной и физической, картины и рисунки, но и занималась рефреймингом. К примеру, когда из-за гангрены пришлось ампутировать ногу до колена, Фрида справлялась со страхом и отчаянием через искусство. Она рисовала себе крылья и писала: «Зачем мне ноги, если у меня есть крылья, чтобы летать?»[24]

Рефрейминг (смена рамок восприятия) позволяет на неприятный факт посмотреть под другим углом и примириться с этим фактом, а то и найти в нём положительные стороны. Недавно весь мир столкнулся с ситуацией, в которой рефрейминг оказался остро необходим: карантин с удалённой работой, дистанционной учёбой, отсутствием возможности сменить обстановку и отдохнуть от домочадцев в первые недели вызывал зубовный скрежет везде, где вводился. Однако в канун 2021 года социальные сети наполнились благодарностями году уходящему: оказалось, что мы не страдали от невозможности отдохнуть от родных, а стали ближе с нашими семьями, а время, сэкономленное на поездках в офис, использовали, чтобы научить детей играть в шахматы. Все эти плюсы не отменяют сложностей и общей кризисной обстановки 2020 года, но гораздо легче жить, если воспринимать неподконтрольную нам ситуацию как возможность для сближения, а не досадную необходимость сидеть взаперти вместе с домочадцами.

Современные исследования доказали, что страх перед операцией усиливает боль после неё, замедляет реабилитацию и влияет на качество жизни в течение следующего полугода[25]. Побеждая страх с помощью искусства, Фрида уменьшала душевную и физическую боль, причём не только свою.

При всей нашей индивидуальности наши состояния универсальны. Нечто похожее на ваши сегодняшние переживания испытывают и испытывали тысячи людей, если не миллионы. Со многими случаются одни и те же несчастья: они становятся жертвами аварии, получают направление на аборт, сталкиваются с изменой… То, что кому-то помогло пережить травму, может поддержать многих. Так произошло и с картинами Фриды, посвящёнными потере ребёнка. До 1930-х эта тема в искусстве не затрагивалась, поскольку, как мы уже говорили, большинство художников и их клиентов были мужчинами. Фрида писала не ради денег и признания – она считала своё дарование весьма скромным, и её искусство при жизни не приносило значительного дохода. Поэтому она могла позволить себе не задумываться о вкусах окружающих и писать то, что важно лично для неё. «Летающая кровать»{43} стала первой картиной, посвящённой переживаниям женщины, только что потерявшей ребёнка, которая публично выставлялась и получила широкую известность. Благодаря этой картине миллионы женщин смогли осознать, что они не одни перед лицом утраты и что об этом можно говорить. Возможность поделиться душевной болью уменьшает её, так же как возможность поделиться радостью её приумножает.

Вероятно, у вас возник вопрос, почему я в разговоре об эмоциональном интеллекте упомянула малоизвестного Феликса Гонзалеса-Торреса, но обошла вниманием легендарного Эдварда Мунка. Однако Мунк в этом контексте – пример скорее отрицательный. Дело в том, что эмоциональный интеллект не тождественен эмоциональности. Можно быть весьма эмоциональным человеком с низким уровнем эмоционального интеллекта, и это случай Мунка. Его мало заботили чужие эмоции, он был редкостным мизантропом и не особо интересовался, как его картины воздействуют на публику. Мунк, безусловно, гениален, но в эмоциональном плане токсичен: если провести слишком много времени наедине с его искусством, есть риск ощутить, как из вас высасывается вся радость, как вас накрывает чувство безысходности, желание срочно покинуть выставочный зал, увидеть ясное небо, вдохнуть свежий воздух. Я знаю человека, который после выставки Мунка расстался с девушкой: в мрачных женских образах Мунка он узнал свою спутницу и ужаснулся этому сходству. Мунка стоит принимать в малых дозах и всегда иметь под рукой антидот: возможность посмотреть картины Матисса, Ренуара или просто прогуляться с друзьями.

Резюме

Эмоциональный интеллект – тема необъятная, и в этой главе мы рассмотрели лишь малую часть ситуаций, в которых он помогал художникам. Для меня было важно продемонстрировать его универсальность: он решает самые разные задачи, помогает в различных ситуациях. О незаменимости EQ для рефлексии и управления собственными эмоциями свидетельствует пример Фриды Кало. Он же показывает, что тот, кто помог себе, наверняка может помочь и другим. В то же время низкий уровень эмоционального интеллекта делает человека токсичным или, как минимум, неприятным в общении, – пример тому Эдвард Мунк.

Также трудно переоценить роль эмоционального интеллекта для взаимодействия с аудиторией, формирования общественного мнения и прогнозирования реакций. На примерах художников XVII–XIX веков мы рассмотрели успешные кейсы применения EQ в политических и религиозных целях: для создания или корректировки имиджа первого лица, в целях пробудить патриотические чувства в сердцах соотечественников, для героизации политического союзника и осуждения оппонента, для провоцирования религиозного экстаза и укрепления позиций Церкви в кризисное время. Вне религиозно-политического контекста роль эмоционального интеллекта ещё очевиднее: Тициану он позволил вызвать у зрителя ощущение интимности, Мане – дать пощёчину общественному вкусу, Жерико – создать произведение, в котором каждый найдёт себя.

Инструменты

1. Посмотрите на картину «Плот „Медузы“»: Жерико запечатлел широкую палитру эмоциональных состояний, возникающих в одной и той же ситуации. Без внимания