Иран и его соседи в XX веке - Алекс Каплан Страница 2

которое добывалось где-то очень далеко и которое требовалось привозить за тридевять земель в буквальном смысле слова. Чтобы обеспечить стабильные поставки нефти для флота, господин Черчилль в 1914 году настоял на том, чтобы британское правительство приобрело контрольный пакет акций в вышеупомянутой Anglo-Persian Oil Company. Так Лондон появился на персидской политической сцене в новой для себя роли – особо заинтересованного политического лица. Такая особая заинтересованность у Великобритании имелась лишь в очень немногих местах, к примеру, в Египте, поскольку там находился Суэцкий канал, или в Индии – поскольку она была жемчужиной в короне империи. Суть особой английской заинтересованности в Персии была очень проста. Открытый здесь в 1913 году Абаданский нефтеперерабатывающий завод на протяжении полувека с момента своего открытия был самым большим в мире. Хотя господин Черчилль думал лишь о своем флоте, его настоятельное требование к правительству войти в персидский нефтяной бизнес оказалось на редкость проницательным. Первая мировая война привела к настоящей бензиновой революции. К моменту ее окончания бензин требовался для миллионов грузовиков, без которых война была уже немыслима, для десятков тысяч танков, броневиков и самолетов. Затем Генри Форд с его конвейером, автомобильная революция, экономический бум ревущих 1920-х гг. довели дело до конца и превратили нефть в самое необходимое полезное ископаемое на планете. Персия с ее Абаданским нефтеперерабатывающим заводом, самым большим в мире, попала, как результат, в невероятно крепкие сперва английские, а затем американские политические объятия. Для многих на Ближнем Востоке, не только для персов, нефть стала не столько источником богатств, сколько источником проблем. Англичане и американцы всегда предпочитали договариваться с местными эмирами, шейхами и шахами, чьи мозги со временем заплыли золотом за счет простых людей, имевших несчастье проживать на этих нефтеносных песках. Не в англо ли американской политической неразборчивости уже столько лет кроется главная причина ближневосточной диктатуры. которая кажется уже вечной и безальтернативной.

Бакинские нефтеприиски, крупнейшие в мире на то время, находились неподалеку от найденной англичанами персидской нефти. Именно бакинская нефть подтолкнула англичан к поискам черного золота в Персии.

Персидскую цивилизацию многие ученые считают «первой супердержавой» в истории человечества. Держава Ахеменидов, созданная Киром Великим в VI веке до н. э., включала в себя чуть ли не половину проживавших тогда в мире людей и простиралась от Эгейского моря до Индии. Персы правили миром раньше, дольше и больше, чем римляне и древние греки. Когда от последних на мировой политической сцене уже не осталось и следа, Персидская империя все еще оставалась довольно внушительной, а главное – живой. Главным соперником персов в Средние века стала соседняя Османская империя, однако рухнули персы скорее от рук русских, нежели турок. В первой половине 19-го века они потеряли огромные территории на Кавказе – современные Грузию, Азербайджан, Дагестан и Армению. В то время как Россия продвигалась в Персию с севера на юг, навстречу ей, с юга на север, из Индии в Персию продвигалась Великобритания. Так началось одно из самых знаменитых в истории мировой дипломатии геополитических противостояний под названием «Большая игра». Англичане и русские стали цинично играть слабыми персидскими шахами, как пешками в шахматы. Это была действительно большая игра, в которой шахматной доской являлись огромные территории в Южной и Средней Азии, а фигурами служили местные шахи, эмиры и ханы. «Большая игра» оказалась довольно долгой, продлилась столетие и закончилась только в начале 20-го века, незадолго перед тем, как разразилась Первая мировая война. Англичанам и русским перед лицом общей германской опасности пришлось заключить в Азии мир. Персия, согласно заключенному между Петербургом и Лондоном миру, делилась на три части: север страны находился в российской зоне влияния, центральная часть страны становилась буферной зоной, и юг Персии находился в британской зоне влияния. Персидская нефть оказалась на юге, у англичан, хотя россияне были уверены, что они найдут нефть на севере, ведь совсем рядом были Бакинские прииски – одни из самых крупных в мире на то время. Крупнейшие на планете запасы нефти, однако, оказались не на Каспии, как думали в начале 20-го века, а в зоне Персидского залива, как выяснилось к середине 20-го века.

Знаменитая карикатура того времени: напуганный афганский эмир между двумя «друзьями» – русским медведем и британским львом.

Подобно Османской империи, Персия была страной многонациональной, а потому стала к концу 19-го века плохо управляемой, когда начался рост национального самосознания. К началу 20-го века она стала совершенно неуправляемой после того, как в ней произошла революция. Лишь в 1925 году, когда на трон взошел казачий офицер, азербайджанец по национальности, Реза Пехлеви, в Персии появилось некое подобие государственного порядка после многих лет хаоса и революции. Почти полвека – до 1896 года – страной правил Насреддин-шах. При нем жизнь в Персии была относительно спокойной, но ужасно бедной. Особенно тяжело стало во время и после страшного голода 1870–1872 гг., в результате которого умерла чуть ли не четверть населения страны. Виной всему, конечно, была засуха, но немалую роль в том, что трагедия достигла таких ужасных масштабов, сыграл правящий режим, прогнивший до основания. Насреддин-шаха застрелили в 1896 году. На престол взошел его сын Мозафереддин-шах. Жить в Персии стало еще труднее, поскольку к тотальной бедности добавилось отсутствие стабильности. В иностранные долги влез еще Насреддин-шах, но его сын, Мозафереддин-шах окончательно довел страну до финансового коллапса, одолжив, у кого только было возможно, огромные суммы денег на всякие глупости, вроде персидского кинематографа по образцу французского, который он увидел в Париже. В стране большая часть населения ложилась спать голодной, в то время как шах со стадом придворных колесил по Европе, тратя на развлечения колоссальные казенные средства. Ситуация в Персии была очень похожа на ту, что случилась в Турции. Иностранцы дали шаху деньги в долг, чтобы разграбить страну, в чем отменно преуспели. Со временем они уже занимались сбором местных налогов в счет погашения долгов и владели практически всеми заводами, банками, пароходами. Шаху, чтобы привлечь еще денег, приходилось уже продавать за бесценок концессии на табак, на транспорт, на нефть… вы помните 20 тысяч фунтов стерлингов за первую большую нефть Ближнего Востока сроком на 60 лет. Если в Константинополе правили бал британские и французские капиталы, то в Тегеране это были британские и русские капиталы, но смысл их действий оставался тем же. Москва и Лондон де-факто владели Персией как колонией, хотя она и считалась независимым государством. Серьезные волнения в стране начались в