Удивительное тело. Почему наше тело самое нелепое и гениальное создание природы - Такэхито Ямамото Страница 25

загадкой: в первом родильном отделении, где роды принимали врачи общей практики и студенты, смертность от родильной горячки была в разы выше, чем во втором, где работали простые акушерки. Разгадка оказалась в том, что врачи часто проводили вскрытия, а затем – без должной дезинфекции – принимали роды. Земмельвейс предположил, что некие «частицы» с трупов через руки медиков заражают рожениц. В 1847 году Земмельвейс ввел обязательное мытье рук с хлорным раствором для медперсонала родильных отделений, что резко сократило смертность от родильной горячки. Его открытие вызвало бурные споры и было осмеяно авторитетными акушерами того времени.

Помимо господства теории миазмов, сама мысль, что врачи могут быть переносчиками болезни, казалась слишком радикальной для восприятия.

Покинув Вену в 1849 году, Земмельвейс написал книгу о причинах и профилактике родильной горячки, но она не получила признания. В 1865 году у него развилось психическое заболевание, и врач скончался в психиатрической лечебнице в возрасте всего 47 лет.

Доктора той эпохи работали в грязной одежде, не меняли инструменты между пациентами и по современным меркам практиковали в крайне антисанитарных условиях. Хотя теория Земмельвейса была совершенно верна, время для ее принятия еще не пришло. Его заслуги оценили лишь в 1870-х годах, когда стала распространяться практика хирургической антисептики.

Микроскоп пролил свет на невидимый микромир. Однако потребовалось много времени, чтобы человечество приняло факт существования микроскопических возбудителей болезней. К сожалению, гениальные первооткрыватели, первыми обнаружившие эту истину, не получили признания при жизни, а люди тем временем продолжали гибнуть.

Все клетки рождаются из клеток

Проницательность патологоанатома

Все живые организмы – животные и растения – представляют собой сообщества клеток» Наше тело тоже состоит из скопления клеток, их количество оценивается примерно в 37 триллионов. Клетка – это основная структурная единица живых организмов. Теория, известная как клеточная теория, была впервые сформулирована в XIX веке. В 1830-х годах Маттиас Якоб Шлейден описал клетки растений, а Теодор Шванн – клетки животных. Клетки размножаются, объединяются в различные ткани и формируют наше тело. Для ученых того времени это открытие было поистине ошеломляющим.

Если клетки – строительные блоки человеческого тела, то при возникновении болезней в них должны происходить изменения. Блестяще доказал это патологоанатом Рудольф Людвиг Карл Вирхов. В современной медицине повседневной практикой стало исследование клеток под микроскопом для диагностики заболеваний.

В больницах этим занимаются именно патологоанатомы. Если у вас обнаружат опухоль в желудке, гастроэнтеролог возьмет биопсию во время эндоскопии, а патолог изучит образец под микроскопом, чтобы определить, есть ли рак. Когда хирург удаляет патологическое образование, его тонко нарезают, и патолог исследует под микроскопом, чтобы установить причину заболевания. Эта рутинная сегодня процедура была немыслима для ученых прошлого.

Идея Вирхова объяснять болезни с помощью патологических изменений клеток стала революционной. В то время существовала загадочная болезнь под названием «пиемия» (гнилокровие), мгновенно убивавшая пациентов. С помощью микроскопа Вирхов смог поставить диагноз: в крови наблюдалось резкое увеличение лейкоцитов с аномалиями. Хотя в теле не было гнойных ран или видимых причин нагноения, белые кровяные тельца бесконтрольно размножались. Как назвать эту болезнь? Вирхов выбрал греческое слово leukos («белый») и создал термин «лейкемия» (leukemia). Простое, но точное название, отражающее суть заболевания, до сих пор используется для обозначения рака крови.

Рис. 31. Р. Вирхов

Кроме того, сформулированный Вирховым принцип Omnis cellula e cellula («Всякая клетка от клетки») оказал огромное влияние на последующее развитие биологии и медицины.

Глубоко укоренившаяся теория о самозарождении жизни

Если оставить недоеденный хлеб на кухне, меньше чем через неделю на нем появится плесень. Хотя кажется, будто этот грибок возник сам по себе из ничего, мы знаем: микроскопические споры изначально присутствовали на поверхности хлеба или были занесены воздухом, а затем размножились до видимых размеров. То же с личинками на мертвом насекомом или блохами в постели – никто не думает, что они появляются из ниоткуда, ведь мы понимаем: все приходит откуда-то и размножается.

Впрочем, в истории науки это знание весьма ново. Теория самозарождения жизни (abiogenesis), утверждавшая, что организмы могут возникать из неживой материи, оставалась общепринятой вплоть до XVIII–XIX веков. Особенно сложно стало ее опровергнуть после открытия микроорганизмов Левенгуком в XVII веке – ведь их появление невозможно было наблюдать визуально.

В 1760-х итальянский зоолог Ладзаро Спалланцани, усомнившись в этой теории, провел эксперимент. Он прокипятил мясной бульон в стеклянных колбах, уничтожив все микроорганизмы, затем одни герметично запечатал, а другие оставил открытыми. В открытых быстро размножились микробы, а в запечатанных бульон остался стерильным. Это доказывало, что жизнь не возникает сама по себе из ниоткуда.

Однако сторонники теории самозарождения не сдавались, утверждая, будто для возникновения жизни необходим контакт с воздухом. Они интерпретировали результаты Спалланцани иначе: герметизация якобы «блокировала жизненную силу», препятствуя самозарождению. Для окончательного опровержения требовалось доказать, что даже при доступе воздуха спонтанное возникновение жизни невозможно.

Эту сложную проблему разрешил французский химик Луи Пастер. В 1859 году он провел эксперимент, используя колбу с длинным изогнутым горлышком, похожим на лебединую шею. Такая конструкция позволяла воздуху свободно циркулировать, но задерживала микроорганизмы в изгибах горлышка, не давая им проникнуть внутрь. Когда Пастер прокипятил в этой колбе мясной бульон, уничтожив все микроорганизмы, и оставил ее на длительное время, бульон продолжал быть стерильным – несмотря на доступ воздуха, микроорганизмы не появлялись.

На самом деле подготовка к эксперименту началась еще в 1854 году, когда Пастер изучал проблему французских виноделов. Винодельческая промышленность, жизненно важная для экономики страны, столкнулась с загадочным явлением: часть вина портилась, приобретая неприятный вкус, что приводило к значительным убыткам. В то время процессы гниения и брожения еще не связывали с деятельностью микроорганизмов. Хотя факт брожения вина и пива был известен с древности, считалось, что это результат спонтанных химических реакций, а не биологических процессов.

Рис. 32. Л. Пастер

Рис. 33. Эксперимент Пастера

Чтобы выяснить причину, виноделы обратились за помощью к Пастеру. Он доказал, что превращение сахара в алкоголь осуществляется грибками-дрожжами, а когда в процесс вмешиваются другие микроорганизмы, они производят иные кислоты, ухудшающие вкус. Первый процесс мы называем брожением, второй – гниением. По сути, это разные проявления жизнедеятельности микробов, которые люди для удобства разделили на полезные и вредные.

Разработанный Пастером метод нагрева жидкостей до температуры, достаточной для уничтожения вредных микробов, но сохраняющей вкусовые качества, до сих пор носит его имя – пастеризация.

Хирург, распространивший антисептику

Происхождение «Листерина»

Многим известен ополаскиватель для рта «Листерин» – на самом деле этот продукт имеет более