Иерусалим: три религии - три мира - Татьяна Всеволодовна Носенко Страница 91

в Париже и посетившего Святую Землю в 1936 г., «положение в Иерусалиме было таково, что посещать «Старый город» туристам не рекомендовалось». Жизнь в обычно оживленных кварталах Старого города напоминала сонное царство. Ладинский отмечал, что ему не попалось ни одного европейца, кроме двух-трех греческих священников. Не увидел он и евреев у Стены Плача. Только «люди в фесках и «галибиях» или в бедуинских «кефиях» и «абайях» (бурнусах) сидели на корточках в тени домов. Все лавки на базарах были заперты, даже лавчонки, что продают крестики и терновые венцы».[307]

Однако за внешне неподвижным фасадом кипела бурная деятельность. Пользуясь тем, что англичане не решались нарушить традиционную закрытость исламских святынь для немусульман, повстанцы превратили Храмовую гору в тайный склад оружия и взрывчатки. Под сенью ее святилищ скрывались мятежники, разыскивавшиеся британской полицией. Сам муфтий Иерусалима Хадж Амин аль-Хусейни, один из самых активных руководителей восстания, которого англичане в 1937 г. пытались арестовать и выслать из страны, провел в священном убежище три месяца. В середине октября 1937 г. под покровом темноты, переодевшись в бедуинские одежды, муфтий бежал из Старого города, чтобы уже никогда не возвращаться в Палестину.

Британская политика в Палестине давала трещины по всем направлениям. И арабы, и евреи теряли веру в способность англичан найти разумное решение палестинской проблемы, поэтому немало насмешек вызвал перевод резиденции Верховного комиссара в 1935 г. на гору Злого Совещания в Иерусалиме. Когда-то в 1922 г. на торжественной церемонии закладки сада будущего Иерусалимского университета в руках У. Черчилля сломался саженец, предназначенный для посадки, и ему не нашлось замены. Никто не придал значения этому эпизоду, а к концу 30-х годов в руках англичан точно так же стала ломаться вся мандатная система, и британское правительство не могло предложить жизнеспособного проекта для совместного проживания в Палестине арабов и евреев. Рекомендации комиссии Пила о разделе страны были категорически отторгнуты арабами. Сионисты на своем конгрессе в Цюрихе в 1937 г. также отвергли проект раздела. Британская политика в Палестине, ориентиром для которой еще недавно служила декларация Бальфура, все более заходила в тупик.

С конца 30-х годов приоритет в ближневосточной политике Лондона постепенно смещается в сторону сотрудничества с арабами, что, естественно, отразилось на политике в отношении Палестины. В 1939 г. правительство Великобритании выпустило официальный документ — Белую книгу, в которой оно обещало в десятилетний срок создать независимое палестинское правительство в интересах арабской и еврейской сторон, а пока же вводило ограничения на еврейскую иммиграцию и приобретение евреями земли. Попытки ограничить въезд евреев в страну вызывали бурю протеста как у общины в Палестине, так и в диаспоре, особенно в свете ситуации, складывавшейся в Европе с утверждением и распространением фашизма. В то время как европейским евреям грозило полное истребление в гитлеровских газовых камерах, английские политические деятели, забыв о библейской сентиментальности, которую так любили демонстрировать творцы имперской ближневосточной политики в начале века, жестоко пресекали так называемую нелегальную иммиграцию евреев в Палестину. Утлые суда с сотнями беженцев на борту, с трудом добиравшиеся из европейских портов до Хайфы, безжалостно разворачивались английскими властями в обратную сторону.

В докладе комиссии Пила впервые прозвучала идея о том, что Англии, возможно, придется отказаться от Палестины, но отдавать Иерусалим «новые крестоносцы» не хотели ни при каких условиях. В рекомендациях комиссии предлагалось выделить его в особую, контролируемую англичанами зону вместе с Вифлеемом и коридором до порта Яффа. В дальнейшем, уже в годы Второй мировой войны, это предложение получило развитие в секретных разработках британского кабинета министров, предполагавших раздел Палестины на еврейское государство, палестинскую территорию и государство Иерусалим под управлением Англии. Но в конце 40-х годов судьба Святого города решалась уже не международными постановлениями и мандатами, а в битвах между теми, кто жил на Палестинской земле.

* * *

Во время Первой мировой войны воюющие державы вновь вспомнили о святых местах христианства. На управление ими претендовали и традиционно соперничавшие по этому поводу Франция и Россия и даже Англия. Германия же предложила своему союзнику турецкому султану просто подарить храм Гроба Господня немецкому и австрийскому императорам, которые затем передали бы его Папе Римскому.

К концу войны Россия — покровительница православных — была выведена из игры, так как ее новое большевистское правительство не интересовалось церковными проблемами. У католиков пробудились надежды вернуть себе в Святой Земле то преобладающее положение, которое они занимали во времена Крестовых походов. В католической литературе и прессе зазвучали восторженные филиппики по поводу того, что в Палестине следует ожидать возвращения эры крестоносцев во всем ее великолепии, что воины-потомки крестоносцев XII в. отомстили узурпаторам и вернули христианству Святой город.[308] Под узурпаторами при этом подразумевались как мусульмане, так и Греко-православная церковь.

На Парижской мирной конференции в 1919 г. францисканский хранитель святых мест в Иерусалиме потребовал от имени всех католиков восстановить положение, существовавшее до 1757 г., опираясь совершенно на ту же историческую аргументацию, которая выдвигалась его предшественниками в преддверии Крымской войны в середине XIX в. Греко-православный патриархат в Иерусалиме, отстаивая свои права и опровергая эти претензии, отвечал ссылками на то, что существующий статус святых мест был признан и утвержден двумя международными конференциями — Парижской в 1856 г. и Берлинской в 1878 г. — и не подлежит изменению.

В конце концов вопрос о святых местах был включен отдельной статьей в мандат на управление Палестиной, предоставленный Лигой наций Великобритании в 1920 г. Мандатные власти брали на себя всю ответственность за обеспечение доступа к святым местам, а также обязались в кратчайшие сроки создать специальную комиссию для изучения претензий различных религиозных сообществ и урегулирования спорных вопросов.[309] Однако продолжавшиеся на протяжении двух лет попытки англичан организовать такую комиссию не имели успеха главным образом из-за разногласий внутри самой католической церкви и из-за требований католиков предоставить им преимущественные права в создаваемом органе. Мандатные власти отказались от идеи создания комиссии, и в 1924 г. вся ответственность за управление святыми местами была возложена на Верховного комиссара в Палестине, которому теперь вменялось в обязанность выступать в качестве конечной инстанции при решении всех касавшихся их спорных вопросов. На практике это означало сохранение статус-кво, установленного при турках в 1757 г.

Несколькими годами позже английская администрация в Палестине разработала закрытый документ «Статус-кво в святых местах», предназначавшийся исключительно для ее внутреннего пользования. Пожалуй, впервые в истории Иерусалима в одном документе были собраны все сведения о распределении святых мест между различными христианскими деноминациями и тщательно описана сложная практика наиболее важных служб в храме Рождества в Вифлееме и в храме Гроба Господня в Иерусалиме. Эти правила