Думские речи. Войны темных сил - Николай Евгеньевич Марков Страница 86

«Российская Империя видимо катится под гору. Все силы ада как будто в заговоре против России, но ни одна из стихийных сил не причинит русскому народу столько зла, сколько конституционно-масонский строй, если только он утвердится в России… Поэтому борьбу с конституционалистами нельзя называть иначе, как борьбою со злом».

Не один П. Ф. Булацель – множество русских деятелей сознавали тогда и громко исповедовали свое твердое убеждение в чрезвычайной опасности для монархии и в несомненной вредности для России всякого подобия конституции и парламентаризма. Образовавшийся в конце 1905 г. Союз Русского Народа явился мощным и всенародным выразителем этих здоровых, истинно русских, глубоко национальных убеждений. Построенный на тех же основаниях, на которых семнадцать лет спустя построился итальянский фашизм, Союз Русского Народа в первые годы своего существования сыграл крупную историческую роль и действенно помог ослабевшей в борьбе с темной силой государственной власти осилить совсем было разыгравшуюся революцию 1905-1907 гг. Как только руководители революционного еврейства увидели, что наглое и вызывающее поведение их боевых дружин разбудило задремавшее было в народе чувство государственного самосохранения и что стихийный рост Союза Русского Народа явился угрозой для захваченных еврейством позиций, сразу были даны надлежащие указания, и недавно из кожи лезшие вперед шайки бесноватых еврейских боевиков тотчас сократились и как в воду канули.

Одновременно быстро пошла на убыль заливавшая Россию кровью и бедствиями волна террора и грабежей.

Открытая борьба с организованным в патриотические союзы русским народом отнюдь не входила в планы международных владык.

Стовосьмидесятимиллионный русский народ невозможно было покорить прямым насилием; для достижения этой цели необходимо было его обмануть, одурманить и хитростью заманить в такие ловушки, из которых ему не было бы иного выхода, как в темницы всемирного Интернационала.

В 1906 г. это не удалось еврейству. Помешало этому не растерявшееся Правительство, а стихийное движение против революции простого народа.

Я далек от того, чтобы уменьшать геройские подвиги некоторых воинских частей императорской армии и доблестных военачальников, или не признавать заслуг тех, увы, немногих государственных людей, которые честно, твердо и до конца служили монархии. Но я должен определенно заявить, что все эти действия и министров, и военачальников, и верных Царю полков фактически проявились тогда, когда началось общенародное движение против революции и против евреев, когда в Петербурге стали сознавать, что массы народные стоят за Царя, а не за еврейскую революцию.

В частности, преж де чем Семеновском у полк у от п равить-ся на усмирение московского восстания, по приглашению генерала Мина полк часто посещали выдающиеся члены Союза Русского Народа и Русского Собрания (среди них профессор Борис Никольский, впоследствии расстрелянный большевиками) и объясняли офицерам и солдатам смысл и значение творившейся по еврейской указке разрухи государства.

При деятельном содействии военно-монархических ячеек здоровое народное настроение захватило весь гвардейский корпус, и результатом явилась известная организация полковых командиров и старших офицеров, которая, действуя снизу вверх, побудила нерешительное начальство на принятие немедленных и надлежащих мер к быстрому подавлению государственной смуты.

Историческая заслуга Союза Русского Народа та, что он на деле показал и Правительству, и обществу, что с затеянным евреями «освободительным» движением можно и должно бороться силою, применяя те именно способы, которыми пользовались сами «освободители».

Вполне естественно, что еврейство и зависимая от еврейства российская либеральная и революционная печать со всех сторон накинулись с бранью, клеветой и доносами на сразу ставший им ненавистным Союз Русского Народа и на его основателя – доктора А. И. Дубровина.

Самые гнусные, самые нелепые обвинения посыпались на эту народную организацию. «Погромщики», «убийцы», «сыщики», «черная сотня» – пестрели страницы «освободительной» печати, не могшей простить Союзу Русского Народа провала революции. «Союзник» изображался в жидовских карикатурах не иначе как в виде дюжего волосатого мужика с бутылкой водки в кармане и с отрубленной головой еврея в окровавленной руке. «Чайная Союза Русского Народа» стала нарицательным именем всякого не угодного еврейскому нанимателю патриотического собрания.

«Освободительные» демократы более всего издевались над Союзом Русского Народа за то, что он состоял преимущественно из простонародья.

Впрочем, поначалу к этому общенародному движению примкнуло немало дворян, духовенства, купечества, чиновничества. Испуганные разгромами своих имений и герценштей-новскими «иллюминациями», многие помещики не только вступили в Союзы, но даже их возглавляли. Так, председателем Шацкого Союза Русского Народа явился князь Влад‹имир› Мих‹айлович› Волконский, будущий подручный товарищ г. Родзянки105 и «заложник думского прогрессивного блока» в Министерстве внутренних дел.

Но эти примеси постепенно отстали – по мере того как выяснилось, что Правительство, толкаемое либералами и масонами, едва терпело это стеснительное «государство в государстве» и терпело лишь до поры до времени, пока помощь народной организации казалась слишком необходимой. Как только наступило «успокоение» (то есть разрушительная работа иудо-масонства ушла в Госуд‹арственную› Думу и в подполье), Союз Русского Народа стали определенно теснить, принижать и вести его к разложению.

Даже такие крупные государственные люди, как П. А. Столыпин, думали, что «мавр сделал свое дело», и что «мавру время уйти». Либеральная же министерская мелочь вроде Коковцова, Философова106, Тимирязева107, князя Васильчикова108, барона Нольде109 и им подобных злобно шипели на Союз Русского Народа и в своих ведомствах учиняли на членов Союза формальное гонение. Этим достигалась двоякая цель: устранялись из ведомства непрошеные наблюдатели и обличители противогосударственной подпольной работы и одновременно заслуживалось одобрение и благоволение высших сфер иудо-масонства и еврейских банков.

Государь Император весьма благоволил Союзу Русского Народа, справедливо видя в нем надежную опору монархии. Но Государь был одинок в этом отношении и, встречая постоянное противодействие со стороны почти всех своих министров и приближенных, не настоял на своевременной и надлежащей государственной поддержке и развитии организаций народной самообороны.

Союз Русского Народа возник стихийно, как народный порыв для защиты царского Самодержавия, оказавшегося под ударами сорганизовавшихся сил разрушения. Пока продолжались открытые революционные выступления и нападения на власть, эта защита выражалась в разгоне революционных скопищ на улицах, в оказательстве народной преданности Царю, в демонстрациях народного убеждения в необходимости сохранения Самодержавия. Но как только иудо-масонство убедилось в невозможности повалить монархию открытою силою и скомандовало своим палачам и боевикам уйти в подполье, а своим пособникам и укрывателям из интеллигенции – укрыться защитной одеждой «легальной» оппозиции, перед Союзом Русского Народа как организацией не только контрреволюционной, но и противоконституционной возник вопрос: что делать далее?

Государь, обманутый министром Витте и либеральными петербургскими советчиками, уступил домогательствам крамольников и, издав Манифест 17 октября 1905 года, дал право утверждать, что народу дарована конституция. И что, следственно, Царь перестал быть