Великая война. 1914–1918 - Джон Киган Страница 72

Британцы удержали фронт благодаря почти нечеловеческой верности долгу солдат дорсетского полка, и, хотя Ипрский выступ отодвинулся к городу на расстояние 3 километров, спрямить его так и не удалось. Разные типы газов, в том числе ещё более сильный удушающий фосген и кожно-нарывной горчичный газ, использовались на протяжении всей войны, а в мае во время немецкого наступления к западу от Варшавы хлор убил тысячи русских солдат. Действенность этого оружия была естественным образом ограничена направлением ветра и быстрым появлением эффективных респираторов, поэтому оно не могло сыграть в войне решающую роль — как могло бы случиться, имей немцы во Второй битве при Ипре достаточно резервов, чтобы воспользоваться достигнутым эффектом внезапности.

У союзников в 1915 году не было технологических сюрпризов для поддержки операций на Западном фронте, и оба их наступления провалились — войска понесли тяжёлые потери, а существенно продвинуться вперёд им не удалось. В мае французы и британцы начали наступление в Артуа, где у немцев имелись выгодные позиции на высотах: 9 мая англичане на гребень Обер, а французы неделей позже на гребень Ними. Несмотря на то что последние, в отличие от своих союзников, не испытывали недостатка в артиллерийских орудиях и снарядах — 1200 пушек и 200.000 снарядов, — и тем и другим не удалось добиться значительных успехов. 1-я армия Хейга была остановлена. Французы, на острие атаки которых находился 33-й корпус Петена, захватили вершину гребня Ними, но успели лишь взглянуть на расстилавшуюся перед ними долину, через которую проходили важные железнодорожные пути, удерживаемые врагом, после чего оказались отброшены назад решительной контратакой немецкого резерва, достигшего вершины раньше, чем их собственные подкрепления, располагавшиеся в тылу на расстоянии 10 километров. Это был ещё один пример действия структурных факторов, предопределяющих неудачу в позиционной войне[347].

Наступление союзников возобновилось в сентябре, на этот раз не только в Артуа, но и в Шампани, но примерно с теми же результатами, хотя обе армии развернули гораздо больше дивизий, чем весной. У французов их число увеличилось вследствие реорганизации, в результате которой сформировались 12 новых дивизий (с 120-й по 132-ю), а у англичан благодаря переброске территориальных подразделений на континент и появлению первых дивизий армии Китченера, состоявших из добровольцев.

4 июля Жоффр представил план кампании сэру Джону Френчу. Предварительной мерой он считал смену британцами своих частей ещё на некоторых участках фронта, чтобы высвободить 2-ю армию, которой теперь командовал Петен, для наступления в Шампани. Хейг ещё в мае занял часть французских позиций во Фландрии, теперь же по требованию Жоффра новая британская 3-я армия двинулась на юг к Сомме, чтобы сменить соединения Петена. Таким образом, британские войска удерживали большую часть линии фронта от Ипра до Соммы, оставив французам короткий участок в районе Вими, откуда должна была начать наступление их 10-я армия, как только закончится подготовка к реализации плана Жоффра.

Она требовала времени. В желании недостатка не было — 7 июля на первом совещании союзников, созванном в Шантийи, французы, британцы, бельгийцы, сербы, русские и итальянцы, которые присоединились к коалиции в мае, выразили готовность к совместным действиям. Другое дело — возможности. В конце июня на совещании министров вооружений Франции и Великобритании Дэвид Ллойд Джордж сообщил своему коллеге Альберу Тома, что для масштабной операции во Франции британским экспедиционным силам не хватает орудий и снарядов. Он хотел отложить совместное наступление до будущей весны. Жоффр возражал. Ему требовались немедленные действия — чтобы поддерживать давление на противника и воспрепятствовать переброске войск на другие театры военных действий. Британское коалиционное правительство консерваторов и либералов, сформированное 26 мая, понимало, что осеннее наступление станет проверкой уверенности союзников в победе, и сняло свои возражения. Для того чтобы британские войска заняли позиции на Сомме, нужно было время — как и на подготовку сражения в Шампани. Обе армии уже знали, что широкомасштабная атака на траншеи не может быть импровизированной: необходимо построить дороги, заполнить склады, оборудовать позиции для артиллерийских батарей. Дату начала сражения, которое получит название Второй битвы в Шампани, отложили с конца августа на 8 сентября, а затем — Петен потребовал продолжительного обстрела позиций противника — на 25 сентября.

От этой задержки выиграли немцы. Все признаки грядущего наступления скрыть было невозможно, и они укрепились на тех участках, где, по их наблюдениям, готовилась атака. Январские инструкции Фалькенхайна предписывали строить вторую линию обороны позади первой, а между ними устраивать бетонные пулемётные точки. Несмотря на громадный объём работ, к осени эта система была закончена, и образовался пояс оборонительных сооружений глубиной до 5 километров[348]. Практика уже показала, что продвижение на такое расстояние под огнём противника с полной выкладкой — это физическая нагрузка на пределе человеческих сил, не говоря уж о нагрузке психологической. Поэтому немецкая оборона на Западном фронте была практически непреодолима, особенно атакой, для которой планировался прорыв в первый же день. Трудности наступающих усиливались тем, что немецкая оборонная доктрина требовала устройства второй линии обороны на обратных склонах всех занятых высот (немцы при отступлении тщательно выбирали позиции, занимая высоты), чтобы она была защищена от артиллерийского огня противника. Немецкой артиллерии, в отличие от артиллерии союзников, предписывалось стрелять не по окопам врага, а по скоплению пехоты и затем, когда солдаты пойдут в атаку, переносить огонь на нейтральную полосу. Те, кто преодолел заградительный артиллерийский огонь, оказывались перед пулемётами, которые, как показала практика, были способны остановить атаку на расстоянии 200 метров и ближе[349].

Эффективность принятых немцами мер была весьма болезненно продемонстрирована 25 сентября 1915 года у Лоса, где британские экспедиционные силы начали наступления в Артуа, вблизи Суше, — там французы возобновили атаки на хребет Вими, а также у Таюра, Ла-Фоли и Ла-Мэн-де-Массиж в далёкой Шампани, где последние наступали одни, без союзников. В обоих секторах операции предшествовала газовая атака. В Лосе облако хлора висело над нейтральной полосой и даже смещалось к траншеям британцев, скорее мешая наступающим, чем помогая им. Как бы то ни было, шесть участвовавших в наступлении британских дивизий — три кадровые (1, 2 и 7-я), две дивизии новой армии Китченера (9-я и 15-я шотландская) и 47-я территориальная — были почти сразу остановлены пулемётным огнём. Когда им на помощь выдвинулись две резервные дивизии (21-я и 24-я, обе из новой армии Китченера), выяснилось, что их исходные позиции оказались слишком далеко в тылу и они не успели подойти к передовой до наступления темноты.