Римская история и Плутарх - Алексей Борисович Егоров Страница 59

Жизнь Плутарха, похоже, была столь же спокойна, как и жизнь Греции его времени. После войн 40–30-х гг. I в. до н. э., страна, наконец, получила долгий период мира. Возрождались Коринф и Афины, Дельфы и Платеи. При Августе общим центром новой провинции Ахайя стала Дельфийская амфиктиония с центром в Аргосе. Росло уважение к Панэллинскому союзу, возрожденному Адрианом. Греция не боялась ни внешних войн, ни вражеских вторжений, ни гражданской войны, ее не затронул даже кризис 60-х гг. I в. до н. э., а визит Нерона в 66 г. н. э. носил вполне мирный характер и завершился «освобождением» Греции от налогов, что, правда, было отменено Веспасианом в 73 г. (Suet. Vesp., 2), однако и это не особенно ухудшило общее положение. Возрождалась экономика, сохранялись культурные связи. Уже при Флавиях готовилось массовое предоставление грекам римского гражданства. Входит в моду все греческое (от одежды до памятников искусства), выдвигается лозунг возврата к великому прошлому. Греция выходит из кризиса и постепенно начинается подъем всех стран эллинистического Востока, вначале в Малой Азии, а затем и в Сирии и Египте.

Плутарх очень много писал и, вероятно, значительная часть его «Моралий» была создана в этот, более ранний период. Каталог сочинений Плутарха, составленный его сыном Ламприем, насчитывает 227 сочинений, большинство которых — его так называемые ’Ηθικά («Моралии»). Это была, в известной степени, «литература будущего», такие же сборники будут составлять авторы II — начала III в. н. э., Клавдий Элиан, Авл Геллий, Афиней, а затем — Макробий и Марциан Капелла. Автор, выдающийся своей эрудицией, старался передать читателю все известные ему знания в самых разных областях.

«Моралии» Плутарха носят историко-антикварный и литературно-исторический характер, многие из них касаются философии, политики, религии. Плутарх был приверженцем философии Платона. Он также писал о морали, семейной жизни, о физике, риторике и медицине. Формой произведений были диалоги, трактаты, послания, новеллы.

Небольшой выборочный перечень этих трудов может передать круг интересов и знаний Плутарха.

Это «Пир семи мудрецов», «Пиршественные исследования», «О демоне (6aip6viov) Сократа», «О музыке», «О душевном спокойствии», «О позднем возмездии божества», «О воспитании», «О том, как молодому человеку надо читать поэтические произведения», «Об Озирисе и Изиде». Много трактатов посвящены семье («О любви к детям», «Брачные наставления»), государству («Политические наставления», «О счастье афинян», «О счастье римлян»), литературе и истории («О злонравии Геродота», «Сравнение Аристофана и Менандра») и др. Многие исследователи творчества Плутарха отмечают гуманизм, доброжелательность, мягкость и миролюбие, свойственные и его характеру, и его мировоззрению.

Вероятно, если бы не эпоха Траяна, Плутарх оставался бы известен главным образом, своим современникам, грекам, римлянам и ученым своего времени, но, как и Плиния и Тацита, его востребовало время перемен. Детали мало известны, вероятно, он получил доступ ко двору через одного из своих покровителей, Г. Сосия Сенециона, консула 99 и 107 гг., зятя еще более знаменитого Секста Юлия Фронтина, консула 74, 97 и 100 гг. и автора книг «О военных хитростях» («Стратегемы») и «Об акведуках». Сенецион был близким другом Траяна и Плиния, и посвящение нескольких биографий Сенециону, возможно, говорит о том, что идея «Сравнительных жизнеописаний» была одобрена на самом высшем уровне.

Есть сведения, что Траян пригласил Плутарха ко двору и поручил ему обучение своего двоюродного племянника, будущего императора Адриана, который стал править со 117 г. н. э. Также есть сведения, что Траян дал Плутарху ранг консуляра и отдал приказ всем властям Иллирии сообразовываться с его мнением и оказывать всяческое содействие. Он также стал главным жрецом Аполлона в Дельфах и прокуратором Ахайи и умер около 120 г. н. э. Эти сведения иногда подвергают сомнению, но близость Плутарха к императору, похоже, весьма вероятна, а написанные в это время «Сравнительные жизнеописания» были определенным «социальным заказом» власти. Говоря об этом труде, нам придется повторить ряд уже высказанных положений.

Плутарх ставил несколько целей. Первая вполне очевидна. Предполагалось новое, более тесное сближение уже романизированных западных провинций с Грецией и Малой Азией, а потому нужно было показать римлянам, что Греция — это цивилизация с великим прошлым, а грекам — что Рим — это цивилизация с великим настоящим. Плутарх шел по стопам Полибия, Посидония. Диодора, Дионисия Галикарнасского и других авторов, взяв за основу биографии наиболее значительных военных и политических деятелей Рима, причем, выбор биографического жанра был вызван тем, что он был гораздо более популярен и мог привлечь значительно большее число читателей. Вместе с тем, передать идею близости цивилизаций через личность было гораздо более действенным и наглядным. Наконец, подобный подход, как это было выражено в знаменитой фразе об Александре Великом (Plut. Alex., 1), позволял избавить автора от излишней скрупулезности и полноты при передаче фактов и более глубоко выразить идею, заложенную в этом сочинении.

Фраза в начале биографии Александра, вероятно, имеет еще один смысл. Все предшественники Плутарха (от Геродота и Фукидида до Иосифа Флавия и Тацита) писали о войнах и политической борьбе. Плутарху тоже пришлось писать о войнах, но как «человек мира», он ставил своей задачей сближение людей и цивилизаций, а не демонстрацию их противостояния и взаимоуничтожения. Наконец (и эту цель мы увидим уже при рассмотрении биографий), Плутарх ставил рядом людей, которые в жизни были весьма далеки друг от друга, а зачастую становились смертельными врагами.

В отношении Греции это была борьба Афин и Спарты в V–IV вв. до н. э. Афинская традиция представлена у него Тесеем, Солоном, Фемистоклом, Аристидом, Кимоном, Периклом, Никием и Алкивиадом, а затем — Демосфеном и Фокионом; спартанская — Ликургом, Агесилаем, Агисом и Клеоменом. Из 24 биографий 14 относятся к этому афино-спартанскому циклу. Для Рима это — биографии выдающихся деятелей эпохи гражданских войн (от Гракхов до Марка Антония), которые численно превосходят все остальные (13 из 23). Оба эти кризиса Плутарх считал самыми тяжелыми переломными эпохами в истории обоих народов и также, как и в случае с элегиями Августовского форума, хотел если не примирить Перикла и Лисандра или Цезаря и Помпея, то, по крайней мере, поставить их рядом.

Плутарха часто упрекают в отсутствии критики источников и находят у него множество ошибок и внутренних противоречий. Все это видно любому исследователю Плутарха, но его «некритический» подход не следует преувеличивать.

Список источников Плутарха очень внушителен, тем более, что очень часто, как и другие