Империи в мировой истории. Власть и политика различий - Джейн Бербанк Страница 49

Рабы султана

Наложницы императорского гарема были не единственными рабынями, занимавшими высокие посты в империи: предводители армий, адмиралы флота, губернаторы провинций, главы казначейства и налоговой бюрократии, члены императорского совета также были личными рабами кул - султана. В течение столетий строительства империи османы включили самый основной элемент рабства - отрыв человека от его социального окружения - в технику правления.

Рабство было широко распространено на основной территории Османской империи. Поскольку исламский закон запрещал порабощение мусульман или христиан, живущих в мусульманских землях под защитой, мусульманские правители были вынуждены приобретать рабов за пределами своих владений. Рабы, многие из которых были "славянами", издавна вывозились с севера Черного моря в Средиземноморье, Северную Африку и Центральную Азию; победоносные армии в этих регионах также обращали в рабство побежденные группы населения. Рабов заставляли работать по-разному - в качестве рабочих, прислуги и солдат. Аббасиды и сельджуки использовали рабов в своих армиях; мамлюки, остановившие наступление монголов в XIII веке, сами были солдатами-рабами, чье название произошло от аббасидского термина, обозначавшего военных рабов (глава 3). Османы, победившие мамлюков в 1517 году, разработали новые методы вербовки как солдат, так и высших чиновников.

Набеги на рабов были активным бизнесом вдоль подвижных границ Османской империи, в частности на Кавказе. Но по мере присоединения территорий к империи этот источник иссякал, и османы, обходя исламские запреты, обращались к собственному населению в поисках рекрутов на службу султану. Систематический сбор мальчиков из числа преимущественно христианских подданных в XIV-XVIII веках был известен как "девширме" или "сбор". От общин требовалось предоставить определенное количество мальчиков, начиная с восьмилетнего возраста, султанскому офицеру по вербовке. Только сыновей не "собирали", поскольку в противном случае у их отцов не было бы средств для уплаты налогов. Турок не брали в армию по другой причине: их мусульманские семьи без рабства могли попытаться завязать отношения с султаном, чтобы получить привилегии, например, освобождение от налогов. Смысл призыва христиан заключался в том, чтобы привлечь на службу султану мальчиков, которые были чужаками во дворце, так же как размножение султана с наложницами-рабынями предотвращало союзы с влиятельными османскими семьями.

Рисунок 5.2

Девширме: набор детей на службу султану. Османский офицер (сидит, в высокой шляпе) руководит записью информации о детях, которые изображены с сумками с вещами. Горожане наблюдают за происходящим, а фон наводит на мысль о христианской деревне на Балканах. Из книги "Сулейманнаме: Иллюстрированная история Сулеймана Великолепного", Музей дворца Топкапы. Библиотека искусств Бриджмена.

Обработка новобранцев девширме была строго регламентированным делом. Мальчиков собирали, регистрировали, отправляли в Стамбул, обрезали, а затем подвергали отбору, определяющему судьбу. Большинство мальчиков начинали многолетнее обучение, чтобы стать янычарами - членами императорской гвардии. Возможно, по образцу мамлюкских рабских солдат, янычары набирались с христианских Балкан. Меньшая группа мальчиков, отобранных для службы в султанском доме и правительстве, скрывалась во дворце, где за ними присматривали евнухи-опекуны, требовали молчать на людях, обучали исламским учениям и праву, османскому языку, ремеслам и спорту правящей элиты. Некоторые из них становились высшими слугами султана - губернаторами, дипломатами, министрами и даже великими визирями, самыми высокопоставленными администраторами королевства.

Для мальчиков, взятых во дворец, коллекция открывала путь к восходящей мобильности, исполняя мечты многих христианских крестьянских семей. Для султана создание административной и военной элиты из зависимых чужаков было новаторским решением проблемы поддержания имперской власти. Каждый великий министр или советник был творением султана и мог быть уволен и заменен им. У Сулеймана I было восемь различных великих визирей. Казнь таких влиятельных людей была такой же частой практикой, как и братоубийство. И то, и другое завладевало умами оставшихся в живых.

Практика королевского наложничества и подбор высших советников из "собранных" и обращенных в христианство мальчиков означали, что султан правил через созданную им самим семью. Освобожденный от связей со знатными семьями, получавший советы от чиновников, зависящих от его воли, султан осуществлял крайнюю форму патримониализма над своими личными рабами и через них над империей.

Консолидация элитного сервиса

В этой системе зависимых, несвободных чиновников было два слабых места. Одно из них заключалось в том, что императорская гвардия - проблема и других империй - быть вооруженной, воинственной и находиться рядом. В бою янычары окружали султана в центре поля, обеспечивая его выживание; во дворце янычары также защищали султана, но они могли обернуться против него. В 1622 году султан Осман II был убит своими янычарами после того, как нанес им множество оскорблений - слишком суровый режим наказаний, настойчивость в продолжении войны с Польшей вопреки желанию янычар, отказ казнить советников, обвиненных в коррупции, и, предположительно, план замены янычар другим видом вооруженных сил.

Второе слабое место в системе было создано по типичному имперскому сценарию, который мы наблюдали на западе Средиземноморья и в Китае. Османам нужно было собрать достаточно доходов и солдат для защиты своей империи, не позволяя потенциально мятежным и всегда жадным дворянам закрепиться в провинциях. В первые века османской экспансии султаны решали проблему могущественных семей, перемещая их за пределы своих территорий и делая владыками в отдаленных районах. Но проблема контроля над местными владыками повторилась, когда империя достигла своего наибольшего размера в конце XVI века. В то же время защита империи стала еще более дорогостоящей, поскольку инновации в военной стратегии и технологиях - в частности, мобильная артиллерия и новая конструкция кораблей - требовали средств на переоснащение армии и флота османов.

Османы придумали несколько ответов на проблему получения ресурсов и сохранения лояльности, эффективности и безопасности имперской элиты в своих областях. Первый принцип вытекал из теории о том, что вся земля принадлежит султану, и он может распределять или регулировать ее по своему усмотрению. Основываясь на византийской системе "земля в обмен на вооруженную службу" (глава 3), османы наделили военных слуг полномочиями собирать налоги и сборы в округе, а также участки земли (тимар) для собственного пользования. К концу XVI века эта система была преобразована в налоговые фермы, продажа которых приносила доход дворцовым чиновникам в Стамбуле. Налоговое хозяйство не могло создать новых ресурсов, но оно давало элитам вескую причину искать покровительства султана.

Второй принцип заключался в непостоянстве должностных полномочий. Султан мог менять чиновников по своему усмотрению, поощряя за верную службу и наказывая некомпетентных. Назначения также могли использоваться