Король Яков II Стюарт и становление движения якобитов (1685–1701) - Станков Кирилл Николаевич Страница 42

Многие историки, основываясь на анализе событий «Процесса над семью епископами», когда большая часть английской армии открыто приветствовала вынесение прелатам оправдательного приговора, утверждают, что уже в июне-июля 1688 г. Яков II потерял контроль над своими вооруженными силами[827]. Однако военный историк Дж. Чайлдс обратил внимание на тот момент, что разногласия между главой государства и его армией, которые могут возникать в мирное время, не означают, что солдаты перестанут защищать свое правительство, когда в их страну вторгнутся иноземцы, какими бы лозунгами они не прикрывались. По мнению Дж. Чайлдса, в ноябре-декабре 1688 г. «наивная верность, которую солдаты продемонстрировали в отношении англиканских прелатов, трансформировалась в подобную же простодушную преданность своему королю»[828].

Дж. Чайлдс впервые провел количественный анализ офицерского состава и пришел к выводу, что офицеры, примкнувшие к Вильгельму Оранскому, составляли меньшинство среди командного состава британской армии. В качестве основополагающих причин, по которым офицеры Якова II остались верны ему вплоть до его бегства во Францию в конце декабря 1688 г., исследователь выделяет следующие: во-первых, традиционную верность дворянства монарху; во-вторых, тактику Якова II по распылению своих сухопутных вооруженных сил по территории всей страны, в результате чего в заговор в армии были втянуты лишь офицеры, постоянно находившиеся в Лондоне или его округе, в то время как большинство представителей командного состава проходило службу в удаленных от столицы гарнизонах и не подозревало о существовании конспирации в пользу Вильгельма Оранского; в-третьих, «аполитичность профессионалов, которую Яков II стремился привить своим офицерам»[829].

Во время военной кампании ноября-декабря 1688 г. (как и позже) среди британских военнослужащих наибольшую преданность Якову II продемонстрировали его ирландские и шотландские контингенты. По подсчетам Дж. Чайлдса, в ходе якобитских восстаний 1689–1691 гг. Якова II поддержало более ста сорока шотландских и ирландских офицеров его бывшей армии[830]. Многие из них активно проявили себя еще в 1688 г. Так, например, 24 ноября на военном совете граф Дамбартон, возглавлявший один из лучших шотландских пехотных полков, заявил Якову II, что готов броситься в бой против войск Вильгельма Оранского с одним лишь своим полком[831]. Командир шотландской кавалерии виконт Данди и генерал граф Дамбартон вплоть до получения приказа о роспуске британской армии не оставляли мысли дать Вильгельму Оранскому сражение и в начале декабря 1688 г. пытались встретиться с главнокомандующим графом Фивершемом, чтобы обсудить план военных действий[832]. После получения приказа о демобилизации виконт Данди продолжал держать при себе не только собственный полк, но и другие шотландские части, надеясь, что представится возможность использовать их в борьбе против оранжистов[833]. Во время встречи с Яковом II 17 декабря 1688 г. граф Балкэррес заявил: «Достаточно того, чтобы король дал согласие, и за 24 часа будет подготовлена армия в 20 тыс. человек»[834].

Зимой 1688–1689 гг. шотландские полки оказывали столь упорное сопротивление назначению в них новых офицеров, преданных Вильгельму Оранскому, что английские власти были вынуждены отправить наиболее лояльные Якову II части в Нидерланды[835]. Дж. Рересби отмечал, что в марте 1689 г. в Англии широкий общественный резонанс вызвало восстание «полка лорда Дамбартона…, расквартированного в Ипсуиче[836] и состоящего полностью из шотландцев, числом 1.300 человек» (сам граф Дамбартон в начале 1689 г. бежал во Францию)[837]. Для подавления мятежа был направлен нидерландский генерал барон де Гинкель с тремя эскадронами нидерландской кавалерии, поскольку новые власти опасались, что британские солдаты не будут действовать против своих соотечественников[838].

Большинство военнослужащих армии северного королевства были выходцами из Хайленда или северо-восточных графств и некоторые из них принадлежали к католической или шотландской епископальной церквям, и в следствии этого «идентифицировали свои интересы с интересами короля Якова»[839]. Кроме того, офицеры и солдаты, составлявшие ядро шотландской армии, находились на службе у Стюартов в течение многих лет (так, например, якобит граф Эрли начал свою военную карьеру еще при Карле I), и в отличие от своих английских сослуживцев, большая часть которых начинала военную службу наемниками на континенте, и смена флагов была для них привычным явлением, шотландцам было несвойственно после первой же неудачи своего монарха переметнуться на сторону противника[840].

Практически все солдаты, предоставленные Якову II лордом-наместником Ирландии Тирконнелом, были готовы сражаться за своего короля вплоть до получения приказа о полной демобилизации. В ходе немногих кровавых столкновений кампании ноября-декабря 1688 г. (при Уинкентоне и Рединге) вооруженное сопротивление армии Вильгельма Оранского оказали именно ирландцы. В этих стычках отличился один из будущих лидеров якобитов — полковник Патрик Сарсфилд. Даже после полного поражения Якова II ирландские офицеры и рядовые отказалась служить Вильгельму Оранскому и стали пробиваться к себе на родину[841]. В ходе «Славной революции» многие шотландцы и ирландцы обоснованно опасались, что со сменой власти в Англии произойдет резкое изменение политики в отношении британских окраин.

Вследствие политической неблагонадежности и слабой боеспособности Вильгельмом Оранским были распущены целые полки 24-тысячной британской армии[842]. В результате большое количество профессиональных военных оказались не у дел. Многие из них влились в формирующееся движение якобитов: одни отправлялись к эмигрантскому двору Якова II во Франции, другие остались в Британии, где «плели заговоры против Вильгельма»[843].

Верность Якову II сохранили католики. В частности, их подозревали в убийстве в Лондоне в середине декабря 1688 г. нидерландского солдата[844]. В начале декабря 1688 г. солдат-католик во время смотра своего полка совершил покушение на герцога Грэфтона. Дворяне-католики северных графств посылали своих представителей ко двору Якова II во Франции[845].

Высшее духовенство англиканской церкви в период «Славной революции» заняло колеблющуюся позицию, но окончательно не отказалось от поддержки эмигрировавшего монарха. Архиепископ Кентерберийский Уильям Сэнкрофт и еще шесть англиканских прелатов 11 декабря 1689 г. подписали декларацию английских пэров принцу Оранскому, в которой протестантские аристократы благодарили нидерландского статхаудера за избавление «от угрозы папизма и рабства»[846]. Однако это стало единственным и последним реверансом главы англиканской церкви новому правительству. Согласно сведениям историка начала XIX в. Дж. С. Кларка, опиравшегося на несохранившиеся до нашего времени документы, в период пребывания короля в Рочестере У. Сэнкрофт был единственным из английских лордов, отказавшимся принять участие в обращении английских пэров к Вильгельму Оранскому с предложением статхаудеру занять королевскую резиденцию — дворец Сент-Джеймс. Архиепископ Кентерберийский отказался явиться на личную аудиенцию к принцу Оранскому и вступать с ним в какое-либо общение, пока Яков II находился в Англии[847]. 25 декабря, после повторного бегства короля из Англии, У. Сэнкрофт с пятью другими англиканскими епископами отказался подписать обращение английских лордов к принцу Оранскому с просьбой взять на себя управление страной[848]. Вплоть до объявления 6 февраля 1689 г. Вильгельма Оранского и его супруги Марии Стюарт королем и королевой Англии духовенство англиканской и епископальной церквей во всех трех британских королевствах продолжало считать Якова II своим законным монархом и главой церкви и каждый день публично возносило о нем молитвы[849].