Уильям Тиндел. Слово, церковь и государство в раннем английском протестантизме - Татьяна Георгиевна Чугунова Страница 31

сочинение реформатора — «Завещание господина Уильяма Трейси, эсквайра[569], разъясненное Уильямом Тинделом»[570]. Тело Трейси, как уже упоминалось выше, было выкопано и сожжено. Друг Тиндела Фрит написал подобное «Завещание» прежде, чем он прибыл в Англию в июле 1532 г.[571] Тиндел, возможно, написал его в то же самое время, но не издал работу[572]. Она была обнаружена в мае 1535 г. и издана посмертно[573]. Сочинения двух реформаторов были опубликованы вместе в том же году по инициативе Дж. Роджерса. Издателем мог быть уже известным нам Джон Хохстратен. Двое выдающихся людей писали о защите чести У Трейси. В этом сочинении Тиндел комментирует завещание эсквайра[574], его земную жизнь и хвалит Трейси за то, что он вверил свою душу Богу и Иисусу Христу. Реформатор пишет о необходимости веры в воскресение души и отмечает, что «посредничества Христа вполне достаточно для того, чтобы попасть в рай, а другого посредника не нужно, ибо Христос получил от Бога всю власть на небе и на земле»[575]. Тиндел восхищается тем, что Трейси большую часть своего добра еще при жизни раздал бедным, остальное оставил в наследство своим родственникам, подробно указав это в завещании, чтобы не было между ними ссор[576]. По примеру Трейси реформатор выступает против продажи индульгенций, т. н. «разрешительных грамот», которые освобождали христианина от любого греха, в том числе и от мук «чистилища»:

«Умирая, он нисколько не боялся страшных мук выдуманного чистилища, перед которыми трепещут большинство умирающих, как будто бы при попадании в чистилище Христос перестает быть твоим Господом, передавая тебя на пытки…»[577].

В конце сочинения, выступая еще раз в защиту чести и учения Трейси, Тиндел напоминает, что Священное Писание должно стать единственным руководством для христианина:

«Когда он был жив и проповедовал, то папистам это не очень нравилось, ибо совесть подсказывала им, что он был прав, а они нет. Однако они не опровергали его ни устно, ни письменно, не вызывали на допросы. После смерти они сожгли труп в расчете на то, что это запомнится и необразованные люди, не знающие этой истории, поверят в то, что он был грешником. Его урок (Трейси — Т.Ч.) не должен быть забыт: он учил, что надо молиться только Богу, а не людям, а в поиске знаний обращаться к чистому и незамутненному источнику Писания, а не толкованиям позднейших авторитетов»[578].

Еще одним сочинением У. Тиндела, относящимся к 1532 г., является «Толкование V. VI. VII глав Евангелия от Матфея»[579]. Точная дата публикации этого произведения неизвестна, но вряд ли оно могло появиться раньше аналогичного лютеровского толкования, вышедшего из печати осенью 1532 г. От первого издания книги Тиндела сохранилось три экземпляра. Английский реформатор, для которого его немецкий коллега во многом стал примером, не является здесь простым имитатором Лютера, у него даются собственная трактовка и оценка библейских сюжетов, а стиль изложения материала вовсе не похож на лютеровский.

В этом сочинении У. Тиндел помимо религиозно-политических проблем касается вопроса об отношениях мужчины и женщины. В отличие от М. Лютера, английский реформатор не был женат и неизвестно, думал ли он когда-либо о семейной жизни, но говорит реформатор о женщине и браке с благородной нежностью, необычной для того времени. Обращаясь к Евангелию от Матфея, 5: 27–30 он пишет:

«Самый драгоценный подарок мужчине от Бога в этом мире — его жена, сопровождающая его в радости и горе. Позвольте каждому мужчине иметь жену и считать ее самой лучшей»[580].

В «Толковании…» английский реформатор вновь поднимает вопрос о разделении полномочий духовных и светских властей[581].

«Комментаторы смешали воедино светское и духовное правления так, что люди разучились отличать одно от другого. Это они сделали для того, чтобы насладиться тем и другим во имя Христово, который никогда не требовал себе светского правления», — пишет Тиндел[582].

В «Толковании…» Тиндел пишет о том, что многие люди пострадали от того зла, которое причинила им католическая церковь, отказавшаяся от реформирования[583]. Тем временем новости из Англии поступали более чем когда-либо неприятные. Так, в январе 1532 г. Томас Дасгейт (Dusgate), или Бенет, дипломированный специалист Кембриджа, был сожжен в Девоншире[584]. В марте Хью Латимер принужден к позорному отречению от своих взглядов[585]. Следующим мучеником стал Джеймс Бейнхам (Baynham), сын глостерширского сквайра, наверняка, известный реформатору. В 1531 г. Джеймса Бейнхама арестовали за наличие у него пяти книг Тиндела, Фрита и Джоя. В декабре 1531 г. он находился под арестом в доме Мора. Бейнхам признался в обладании этими книгами и был принужден к их сожжению около Собора св. Павла с уплатой большого штрафа. В феврале 1532 г. он отрекся от своих убеждений. По свидетельству Фокса, терзаемый совестью, он прибыл в воскресное утро в церковь, неся в руке Новый Завет, переведенный Тинделом, а на груди у него висел трактат «Послушание христианина…». Со слезами на глазах он говорил, что отверг Бога, поэтому перед всеми людьми берет свои слова обратно. Бейнхам был схвачен, осужден как еретик и сожжен в Смитфилде в последний день апреля[586]. Фокс описывает сцены его допросов Томасом Мором, который всячески обзывал его и хлестал кнутом[587]. Перед смертью Бейнхам провел две недели в Тауэре, где также подвергался насилию[588]. Таким образом, за два с четвертью года в Англии погибло более десятка мучеников. Около половины из них Тиндел хорошо знал.

В июле 1532 г. в Англию прибыл Джон Фрит. Почему он предпринял эту поездку, точно не установлено, вероятно, он путешествовал с проповедями и имел там какие-то дела. Фрит был арестован как бродяга и брошен в тюрьму, где чуть не умер от голода. В отчаянии он отправил посыльного к школьному учителю Леонарду Коксу, ученому, дружившему с Эразмом, а позднее с Меланхтоном. Кокс говорил с Фритом и обнаружил у него хорошие знания по латинскому и древнегреческому языкам и очарованный тем, что тот знает «Илиаду» Гомера в оригинале, убедил управляющего городом отпустить его. Фрит находился в Лондоне и соседних округах, и новости относительно его присутствия в Англии достигли властей. За его голову была установлена высокая награда, поэтому все дороги и приюты оказались под наблюдением. Фрита арестовал служащий Стоуксли при содействии королевских чиновников[589]. В течение пяти месяцев он находился в Тауэре и никаких действий против него не предпринималось. Стоуксли был,